Встретимся на Косой Аллее..

      Звёзды… В ночном небе их тысячи, даже нет, миллионы, и все они такие разные, такие непохожие друг на друга. Они соединяются в причудливые сплетения и даже не знаешь, на какую из звёзд обратить свой взгляд. Но две звёзды выделялись от остальных своим ярко-холодным немигающим светом. Гермиона знала что это две самых больших и ярких звезды — Сириус и Альфа, она знала что везде, из любой точки мира сможет увидеть их и разглядеть, как в мире маглов, так и в Хогвартсе, и знала что эти две звёзды всегда последуют за ней, куда бы она не пошла. Девушка любила сидеть вот-так, на траве и смотреть в ночное небо. Это отгораживало ее от мыслей, отвлекало от своих переживаний. Грейнджер обратила внимание, что одна из звёзд погасла, словно спряталась за темное одеяло ночи, а вторая-Сириус, начала подмигивать, будто ищя свою верную спутницу. Будь Гермиона сейчас на уроке прорицания, она бы сказала, что это знак, который означает потерю близкого человека, но сейчас Грейнджер сидит на поляне у Норы и неспокойные предзнаменования ей совсем ни к чему. Ветер развевал волосы девушки, из-за чего той приходилось их откидывать назад движением головы. Белое платье с вышитыми на нем одуванчиками, с короткими рукавами и оборками по краю, развевалось от любого дуновения.       Прошел ровно год после войны, после всех потерь, после всех расставаний. Грейнджер переехала к Рону в Нору, так как после смерти одного из сыновей у миссис Уизли подорвалось здоровье и она не могла даже встать с кровати. Всегда сильная, смелая и веселая женщина словно завяла, как цветок, который больше не видит воду. Видеть ее такой было непривычно и больно. Чувства самих ребят давно остыли, но они продолжали изображать влюбленных, дабы не расстраивать ещё больше мать Рона. Гарри забрал Джинни к себе на площадь Гриммо. Все было спокойно и тихо, но Гермиона была этому не рада. Ей нехватало какого-то экстрима, каких-то приключений. Когда-то правильная и послушная девочка теперь не могла жить в спокойствии, не могла существовать без происшествий. Она не решалась это никому сказать, ведь Рон столько раз говорил ей, как он счастлив, что может наконец-то спокойно сесть у камина и не боятся, что в следующую секунду не захотят убить тебя или твоих близких, а Гарри наслаждался присутствием любимой, и больше не о чем и думать не мог, как о ее поцелуях и объятиях. Каждый день девушка выходила вечером на холм перед Норой и мечтала, глядя на звёзды.       Кругом было тихо… Почувствовав, что начинает мёрзнуть, Грейнджер встала, и уже собралась уходить, если бы ее внимание не привлекла необычная звезда, которая двигалась из стороны в сторону, и увеличивалась в размерах. Не прошло и десяти секунд, как свет стал настолько яркий, что Гермионе пришлось зажмуриться и закрыть глаза рукой. Почувствовав, что сияние пропала, она открыла глаза. Перед ней, вверхом на Фестрале сидела Полумна Лавгуд, освещая себе путь палочкой. Обычно спокойная, хоть и странная студентка Когтеврана была в абсолютно не похожим на нее образе. Белые, гладкие волосы разлетались в разные стороны, губы дрожали, а блестящие серые глаза слезились. Девушку трясло и Гермиона подбежала, дабы помочь ей слезть с ее волшебного существа. -Что-то случилось? , -спросила Грейнджер, приобняв подругу. Та в ответ лишь кивнула и ее плечи задрожали с новой силой. — Идем. Приведя девушку в Нору, она налила ей кофе с корицей и зефиром, усадила на диван, сама расположившись напротив и приготовилась выслушать Лавгуд. -Что произошло? -серьезным, но в тоже время добрым голосом спросила Гермиона, оценив про себя состояние девушки и придя к выводу, что произошло действительно нечто. -Отец… Он… Его забрали… Я не успела… Он у них…- сквозь всхлипы произнесла та, и уткнулась лицом в ладони.- Гермиона, прошу… Помоги… Грейнджер свела брови и присела на колени перед Полумной, поглаживая ее по руке. Она понимала, что отец-единственный родной человек для Луны, а что такое потерять родных она знала, как никто другой.