Оставленный галстук

Девушка сидела в кресле, держа на согнутых ногах книгу. В домашней обстановке, что она создавала с таким трудом, было уютно и тепло. Их с Роном квартира была небольшой и находилась не в лучшем районе. Однако, ей нравилась спокойная атмосфера, что так похожа на родительский дом. Гермиона сама не заметила, как подражала матери во вкусе. Занавески дожны быть темными, чтобы ранним утром свет не будил молодую пару, пока та нежится в постели. Столы обязательно высокими, чтобы Живоглот не смог залезть и навести беспорядок на нем. Цветы, которые в доме Грейнджеров были постоянны из-за благодарных клиентов, всегда украшают полки, даря чудесный аромат. Она создавала каждую мелочь с такой аккуратностью и решимостью, просматривала различные варианты и угробила месяцы работы. Девушка даже не пыталась слушать вечные ворчания Рона, когда тот злился, что приходится жить в Норе, потому как ремонт затягивался. Это был их дом. Все должно было быть идеальным. Как бы Гермиона не пыталась вникнуть в написанное, строчки сами уплывали, заменяясь другими мыслями. Изредка она отводила взгляд на настенные часы, постукивая указательным пальцем в такт секундной стрелки. Она тихо вздыхала, моля Мерлина, чтобы время шло быстрее. Стоило звуку воды в соседней комнате стихнуть, как она выпрямилась, закусывая фалангу пальца, чтобы сделать заинтересованный вид. Рыжий парень вышел из ванной комнаты в одном полотенце на бедрах. -Ты снова читаешь? Уизли взлохматил отросшие волосы, бросая беглый взгляд в небольшое зеркало, позади своей возлюбленной. -Да, очень интересно. -Не сомневаюсь. Грейнджер посильнее закуталась в кардиган на ее плечах, что подарила мать на прошлое Рождество. Она не смотрела на парня, что расхаживал по гостиной, ища домашние вещи. Вдохнув ванильный аромат, к которому она так привыкла за эти годы, девушка перевернула страницу, как вдруг почувствовала легкий поцелуй в шею, что заставил ее застыть. -Рон, не мешай. Гермиона отвернула голову, ограничивая парню доступ к своему телу. -Почему? Уизли облокотился на руки у изголовья кресла, не сводя взгляда с девушки. Он знал, что ее что-то тревожит, но она продолжала молчать. Это заметил не только он, но и Джинни с Гарри. Они первыми начали допрос Рона, чтобы тот сознался, что натворил в этот раз. Но он был, правда, не виноват. Как бы парень не пытался вспомнить свои прошлые косяки, ничего не приходило в голову. Он даже послал цветы Грейнджер на работу, но та лишь поблагодарила. Мог ли он задеть ее настолько сильно? Обычно, когда она была зла, то кричала так громко, что соседи приходили жаловаться. И как бы Уизли не нравились ее истерики, в большинстве случаев вызваны какой-то мелочью, но ее спокойное поведение напрягало еще сильнее. -Хочу дочитать эту книгу. -С каких пор ты читаешь астрономию? - Рон кинул настороженный взгляд на книжную полку, что со временем стала забита книгами о Вселенной. - Раньше ты не была ей так увлечена. -Мне всегда нравилось. В Хогвартсе у меня была по ней хорошая оценка. Девушка сжала губы, когда почувствовала, как пальцы Уизли пробежали по ее руке. Он наклонился, кладя подбородок ей на плечо и всматриваясь в книгу. -Как и по всем предметам. И вновь поцелуи обрушились на ее кожу. Рон слегка чмокал ее плечо, немного покусывая. Гермиона громко выдохнула, стараясь привлечь внимание парня, но он был слишком занят. Она старалась не замечать его, сконцентрировавшись на книге. Приподняв уголок страницы двумя пальцами, Грейнджер хотела перевернуть ее, как увидела надпись, что просвечивалась. Она отличалась от прежнего шрифта автора. Это была запись специально для нее. -Рон, я же сказала, что не хочу. Девушка поддалась вперед, отодвигаясь от рыжего парня, чей разочарованный вдох покрыл гостиную. Он хотел что-то сказать, но яркий свет, что проник в их квартиру остановил его. Изящный олень преодолел комнату, расстворяясь в воздухе, когда раздался голос Гарри: -Рон, срочное задание. Жду тебя в отделе. Уизли разочарованно застонал, зарываясь пальцами в волосах. Он ворчал, ходя из гостиной в спальню и ища рабочую одежду. Обидные слова о никчемной работе и безответственных коллегах вновь и вновь покидали его рот в перемешку с не самой красивой речью. Из-за своего расстроенного состояния он не увидел, как посветлело лицо Гермионы, когда она убрала книгу, подходя к двери. Наконец-то. Грейнджер обернулась, когда услышала шаги парня. Он подошел к ней, чмокая в щеку. -Прости, это моя работа. -Все в порядке. - Девушка поправила воротник Уизли, стараясь скрыть, как ее руки тряслись в предвкушении. - Тебе нужно идти, не заставляй Гарри ждать, а то сократит зарплату. -Он не сделает этого, иначе Джинни вынесет ему весь мозг. - Парень хихикнул, застегивая ботинки. - Ты ведь помнишь, что мы завтра едем к родителям? -Думаешь, что стоит? - Гермиона опустила голову, чтобы не видеть недовольного взгляда Уизли, когда тот услышал ее слова. - Ты ведь знаешь, что я не люблю шумные мероприятия, а в Норе скорее всего соберется вся семья. Грейнджер потерла лоб, вспоминая, как в прошлый раз пострадало ее новое платье, на которое она копила два месяца. А все из-за трех маленьких сорванцов Билла, которые решили изменить цвет ее наряда. Хоть она и пыталась не злиться на детей, что с магией пока не могли справиться, но она взяла с Рона обещание, что в последний раз они посещают праздники, где так много людей. Однако, он и в этот раз не прислушался к ней. -Конечно, стоит. Все будут ждать тебя. Им не терпится узнать, что нового в работе зам. министра Магии. - Навряд ли, их интересует ее работа. При всем ее уважении и любви к семье Уизли, были моменты, когда она чувствовала себя некомфортно. В большинстве это касалось вопросов о детях. После свадьбы Гарри и Джинни, все переключились на их с Роном отношения. Молли давала не двусмыленные намеки о браке, который они не торопились оформлять. Почему-то девушка боялась того, что ее ждет, стоит поменять фамилию на Уизли. Со временем ей придется забросить карьеру, что в данный момент была успешной, и сосредоточиться на семье. - Можешь не ждать меня сегодня, наверно, это затянется до утра. Рон улыбнулся, чмокая Гермиону в щеку. Он схватил шарф с верхней полки и вышел из квартиры, кивнув на прощальное: -Удачной работы. Стоило входной двери закрыться, как Грейнджер подошла к креслу и схватила оставленную книгу. Она перевернула страницу, расплываясь в трепетной улыбки. Внизу страницы были выведены фразы таким до боли знакомым почерком.

"Над головой - немая Вега, Из царства сумрака и снега. "*

Разве, мог он написать что-нибудь менее пафосное? Девушка достала мобильник, ища заветный номер. Всего одно слово: Жду. Как же много в нем волнения, когда она открывала окна, чтобы выветрить ванильный запах ушедшего парня. Как же много томления, когда она становится под капли воды, что смоют прикосновения другого мужчины. Ни того, кого она ждала сырыми ночами, пребывая в страхе быть поймаными. Ни того, кого искала мельком в министерстве, лишь бы увидеть. Всего разок. Ни того, кому она хотела говорить эти прекрасные речи о любви. Он не нуждался в ее словах, ведь понимал все по глазам, что частенько предавали хозяйку, когда она пыталась остановить падение в бездну. -Нам нужно остановиться. -А ты сможешь, Грейнджер? Нет, не могла. Это было выше ее сил. Какие грехи она совершила в прошлой жизни, раз так мучилась в этой? Когда была утеряна та грань между реальным и желанным? Гермиона не помнила, как окончательно потеряла себя в этих нитях, что окутывали ее. Они могли сжать и раздавить ее, как маленькую букашку, но, Мерлин, они так согревали. Как никогда не сможет тот, кто верит ей до последнего слова. Она вышла из ванной комнаты, держа полотенце на волосах. За ней струился теплый пар воды, что исходил из ее кожи. Было ли это последствие горячей воды, в которую она погрузилась пару минут назад или страсть, что зарождалась в крови от предвкушения? Гриффиндорка протянула руку, чтобы взять флакон духов, как почувствовала теплое дыхание в районе шеи. Он уже был здесь. -Тебе не нужны духи. - Она вздрогнула, когда холодные губы коснулись плеча. Там, где пару минут назад касался ее парень. - Твой аромат куда лучше. -Снова прошел через камин? Гермиона сглотнула, стоило крепким мужским рукам опуститься на талию, приподнимая тонкий халат. Боже, как он любил прикосновение шелка к ее нежной коже с росыпью веснушек. В жизни он не видел ничего, что могло бы превзойти это ощущение мягкости. -Снова будешь ругать меня, Грейнджер? - Девушка закусила губу, пытаясь скрыть довольный стон, стоило рукам парня дотронуться до внутренней стороны бедра. Она чувствовала его ухмылку и мысленно проклинала за то, что заставлял терять обладание. - Или как в прошлый раз ограничишься только Инкарцеро**? Гермиона улыбнулась, вспоминая один из тех дней, когда они еще были учениками в Хогвартсе. Тогда слизеринец не следил за словами, вновь разбрасываясь "грязнокровка", "гребанный Поттер", "тупой Уизли", а потому нарвался на достойный ответ. -А тебе не терпится повторить, Малфой? Грейнджер ахнула, когда Драко развернул ее. Она нахмурилась, замечая небольшую царапину у виска. Ей хотелось спросить. Наплевать на гордость и на его ехидный взгляд, когда он будет насмехаться над ее заботой, но в тайне мечтать, чтобы она волновалась. Волновалась так же, когда болван Уизли пропускал квофл, когда принесли мертвого Поттера к Хогвартсу. Ему хотелось видеть ее нервный взгляд и подрагивающие руки. Может, поэтому он не торопился убрать рану с помощью магии? -Иногда мне кажется, что я готов принять даже смерть от твоей руки. -Откуда? Конечно, она не удержалась. Гермиона Грейнджер всегда была любопытной особой, готовая пожертвовать своей безопасностью, но добраться до правды. -Разве, это сейчас важно? - Ей хотелось воспротивиться, мол, все, что связано с тобой - важно, но слова были чужды. - Я хочу вновь почувствовать тебя. Могла ли она отказать этому тихому и смиренному голосу? Он возникал в ее голове вновь и вновь, стоило закрыть глаза. Иногда она подрывалась с кровати поздно ночью, понимая, что наглый слизеринец проник в очередной сон. А как ей было стыдно перед Роном, когда она смогла возбудиться, лежа под ним и представляя другого? Даже получасовая истерика в ванной, заглушенная звуками воды, не помогла. Девушка сжимала тонкие и изящные пальцы аристократа, ведя его в спальню. Это становилось традицией. Они никогда не целовались в гостиной, всегда перебираясь в комнату. Однажды, спросив об этом Драко, она получила в ответ лишь: -Хочу, чтобы каждый раз, оставаясь с Уизли, ты вспоминала меня. Она никогда не замечала его собственнических повадков, потому что их не было. Гермиона пыталась избежать разговоров об их положении, даже не стремясь подобрать к их отношениям определение. Они не были врагами, но друзьями их не назвать. Любовники. Те, кто встречаются в тени, стоит их парам исчезнуть на мгновение. Да, это подходило. Все мысли улетучились, стоило тонким губам обрушиться на ее с неимоверной страстью. Она не вздрогнула, не отшатнулась, лишь притянула ближе. Мерлин, его поцелуи обжигали каждый дюйм ее тела. Они опускались ниже, оставляя за собой горящую кожу и мурашки. Каждый раз чувствуя мятный привкус на его губах, Грейнджер вспоминала их первый поцелуй в собственном кабинете. Она была расстроенна из-за ссоры с Роном, хотелось посылать проклятия на каждого, а после рыдать, вцепившись в его плечо. Возможно, в тот день Малфой стал самым неожиданным гостем в ее отделе, а потому смог довести ее до гнева за пару обидных слов. Все было, как в тумане, когда он придвинулся к ней ближе, не давая отступить, а после поцеловал ее. Тогда зам. министра не думала о коллегах, чьи шаги были слышны и о двери, что могла открыться в любой момент. Все, что было важно - его поцелуи. Он всегда целовал ее так, будто был уверен, что завтра умрет и не получит такой возможности. -Твою ж мать, ты просто невероятна. - Выдохнул Драко, когда девушка расстегнула халат, позволяя ему упасть на пол. Она видела, как дернулся его кадык, когда он осмотрел ее. Не было стеснения. Она чувствовала лишь волну трепета, видя, как серые глаза расширялись в восхищении. - Как можно быть настолько красивой, но в то же время запретной, Гермиона? Как долго она ждала этих слов. Пусть ей хотелось услышать их от другого парня, что только залезал на нее, говоря, что готов поиграть с ней. Она была игрушкой, чтобы с ней играть? Неужели, в глазах Рона она не была достойна красивых слов? Или томленного взгляда, когда он случайно видит ее, но не может подать вида при других? Или простое касание руками у стенки лифта, набитого коллегами? Она просила, предлагала Уизли разнообразить их жизнь, принося что-то новое, но он не слышал ее. Она пыталась делать романтику: готовила ужин при свечах, совместная ванна, но ничего, кроме Спасибо, детка. Десятки раз она повторяла, что ей не нравится это обращение, но Рон лишь смеялся, щелкая ее по носу. Он находил ее недовольство забавным. -Так и будешь смотреть или приступим? -Не терпится? И снова эта усмешка, что так бесила ее в школьные годы. Она проклянала Малфоя всякий раз, стоило им встретиться в коридоре по пути на занятия. Казалось, что она знала каждое слово, что покинет его трусливый рот, но он всегда был более изобретательным. Находил то, что вызывало в ней гнев, а после слезы. Она могла долгое время сидеть на кровати, когда остальные соседки спали и громко шмыгать носом. Каждый раз обещала, что не будет обращать на него внимание и каждый раз лгала самой себе. -Еще как. Прошептала Грейнджер на ухо блондину. В один миг она оказалась на кровати, которую они делили с Уизли. Драко склонился над девушкой, подцепляя ее нижнюю губу своей. Он продолжал смотреть на нее с бесстыдством, что так чертовски подходила к нему. Гермиона не могла оторваться от таких родных черт лица. Она помнила каждый его взгляд, каждую улыбку и каждый смех, что разносился по этой комнате. Грейнджер старалась запомнить все до мелочей, чтобы потом воссоздать этот образ, когда будет в объятьях другого. -Если бы Уизли не было, тебе бы не пришлось так долго ждать. - Он совращал. Так нагло и так умело, как мог только Малфой. Мелкие поцелуи на груди выбили стон из ее горла. Она мысленно корила себя за то, что сдалась так быстро. - Будь терпеливее, Гермиона. -Иди к черту. - Проскрипела девушка, меняя позицию. Она заставила Драко откинуться на локти, а сама села на его бедра, чувствуя бугорок в нужном месте. Легкими движениями рук Гермиона сняла его накидку, застывая на мгновение. - Ты..? -Уверен, что тебе всегда хотелось стянуть его с меня. - Парень подцепил конец слизеринского галстука, передавая его Грейнджер. Он заметил, как покраснели ее щеки, когда она почувствовала зеленую ткань в своих руках. - Значит, я был прав, и наша гриффиндорская заучка хотела оседлать слизеринского принца? В ответ она лишь фыркнула, снимая галстук. Некоторое время девушка держала его в руках, вспоминая, как однажды Малфой во время их очередной ссоры в порыве гнева оттянул его. Тогда она замерла, повторяя в голове это непринужденное, но такое изящное движение. -Вы неплохо подготовились, мистер Малфой. Гермиона откинула голову, стоило Драко коснуться ее груди. Он перевернул Грейнджер на кровать, приподнимаясь на колени. С каждой расстегнутой пуговицей на белой рубашки, щеки девушки краснели все сильнее. Облизнув сухие губы, она не сводила взгляда с длинных пальцев Малфоя, наблюдая за их движениями. Она вновь видела его голый торс и почувствовала непреодолимое желание коснуться его. Словно прочитав ее мысли, блондин взял ее руку и поднес к своему телу. -Это все твое, Гермиона. Она знала это. Знала, что он не был способен дарить свою любовь другой. Слишком помешан был на своей грязнокровке, чтобы касаться чужого тела. Однажды, Грейнджер пыталась остановить их запретную связь. Кратко и деловито она написала ему письмо о том, что все кончено. Девушка была уверена, что поступила правильно. Ее ждала поездка с Роном во Францию, где они должны были провести лучший отдых. Да, она поступила правильно, ведь они были лишь любовниками. Тогда, как объяснить ревность, что пылала в ней, стоило Гермионе увидеть очередной заголовок в газете "Неужели, у молодого лорда Малфоя появилась спутница?". Сама того не заметив, Грейнджер с силой сжала кусок бумаги, который все именовали "честной прессой", чем вызвала смех Уизли. -Тебе тоже смешно из-за того, что какая-то девушка повелась на хорька? Его слова больно колнули ее совесть. Не просто какая-то, а самая умная ведьма столетия и твоя девушка, Рон. И пока Уизли продолжал шутить о трусливом и худощавом Малфое, Гермиона продолжала смотреть на общую фотографию Драко и незнакомки. -Прошу, не мучай меня. Ее руки сами тянулись к ширинке брюк. Грейнджер закусила губу, ожидая услышать смех, но его не было. Малфой не стал перечить, позволяя ей стянуть его брюки. Она покрывала его худое тело поцелуями, понимая, что Рон был не прав. Ей нравилась эта бледная кожа, которая так гармонично смотрелась с ее. Ей нравились чуть видимые мышцы, которые напрягались, стоило ей дотронуться. Ей нравились эти тонкие губы, что дарили самые жаркие поцелуи. Черт возьми, ей нравился Малфой. Такой неправильный, такой грешный, но настоящий. -Не торопись, Гермиона. - Он остановил ее руки, когда она опустила руку ниже. Почему он продолжал томить? Девушка видела его желание, замечала его возбужденный взгляд. - Мы можем не скоро встретиться, дай насладиться. Господи, она продала бы душу за то, чтобы это не заканчивалось. Не важны были проблемы мира, ни войны, ни оживший Волдеморт. Ничто не заставило бы ее прекратить это удовольствие, что волнами накатывало на нее, стоило Драко опуститься ниже. Лишь тихий вздох вырвался из ее горла, чувствуя первый толчок. Руки инстуктивно нашли его спину, запуская ногти. Он не любил, когда она оставляла царапины, возмущался, рассматривая спину. Однако, Гермиона знала, что он не был против. Малфой всегда был неоднозначным. Его слова редко сходились с реальными чувствами, но она смогла изучить его. Пусть речь Драко и была наполнена негодованием, серые глаза были чисты и удовлетворены ее маленькой попыткой заявить свою власть на него. -Ты слишком хороша, Гермиона. - Парень не мог сдерживать стоны, видя, как та мечится на простынях. Грейнджер с силой сжимала его галстук, и это было прекрасней того, что он видел раньше. - Уизли даже не знает, как ты можешь стонать. Видеть ее желание, замечать расширенные зрачки от возбуждения и эти стоны. Мерлин, он часто думал, какое на вкус ее наслаждение, когда она не может больше контролировать свой голос. Одна лишь мысль, перекрывать ее стоны поцелуем заставляла его член подниматься. Гермиона Грейнджер была чертовым сокровищем, которое не заслужил Рональд Уизли. Не было таких заслуг, за которые ему досталась такая женщина. Хоть Малфой и сам был далек от идеала, он все равно неудомевал. Неужели, Уизли такой придурок, ведь даже не пытается сделать женщину, что выбрал, счастливой? Впервые после школы он встретил золотое трио на торжественном вечере в министерстве. Сложно было не заметить Грейнджер в ее черном длинном платье, что так идеально подчеркивало фигуру. Единственное, что он не понимал, как мог Уизли проводить время в компании коллег, когда рядом с ним была Гермиона? Если бы Драко только мог, если бы она позволила, то он никогда не оставил ее. -Драко. -Правильно, Грейнджер, говори обо мне, думай обо мне и чувствуй только меня. Девушка содрогнулась, когда оргазм накрыл ее. Она пыталась отдышаться, но губы парня не позволили ей сделать этого. Оба разгоряченные и голые они прижимались друг к другу, стараясь стать ближе настолько, насколько это возможно. Медленные стрелки часов разносили тихий стук по спальне, где в воздухе витал недавний секс. Гермиона лежала на груди блондина, позволяя тому играть с ее кудрями. Они не разговорили, не смотрели, но чувствовали друг друга каждой клеткой тела. Было так спокойно. Впервые за несколько дней она вновь чувствовала покой. Пусть и не надолго, но Грейнджер была готова отдаться ему сполна. Духота, что засела в воздухе, их потные тела и сбитое дыхание. Все было... -Идеально. Драко замер, кидая настороженный взгляд на девушку в его объятьях. Она впервые говорила о том, что чувствовала. Конечно, он знал, что их связь была важна также и для Гермионы. Иначе она не примчалась бы на следующий день после выхода статьи в Малфой-мэнор, обвиняя его в самых последних грехах. И хоть слизеринец не понимал, что она говорит, он был счастлив. Ей было не все равно. -Завтра я еду с Роном к его родителям. - Грейнджер облокотилась на косяк, поглядывая на блондина, что пытался справиться с непослушными волосами. Он недовольно скорчил лицо, когда проиграл в борьбе со светлыми прядями, чем вызвал улыбку девушки. - А после у меня важный проект. Возможно, мы не сможем встретиться на этой неделе. -Тогда, буду ждать звонка. Драко пожал плечами, поправляя воротник рубашки. Он посматривал на Гермиону краем глаза, замечая ее скуку. Она была не готова вновь расстаться, как и он. Слова Грейнджер вновь крутились в его голове. Идеально. -Как-будто ты умеешь ждать? - Девушка хмыкнула, склыдывая руки на груди. Она закусила губу, кидая взгляд на длинные ноги блондина. Почему даже после секса он продолжал возбуждать ее? - Всегда заваливался без спроса. -Извините, мисс Грейнджер, что не смог контролировать себя. Но, к сожалению, вы так влияете на меня. Гермиона рассмеялась, замечая небольшие ямочки парня, но потом замерла, выглядя испуганной. -Подожди. - Она подняла палец, уходя в комнату. Малфой держал руки в кармане, перекатываясь с ноги на ногу. Его взгляд упал на книгу, лежащую на диване, что заставило его улыбнуться. - Чуть не забыли про галстук. Представляю, какая реакция была бы у Рона, стоит ему найти его. Нервно улыбаясь, Грейнджер притянула приятную ткань ее хозяину. -Могла бы оставить себе в качестве напоминания о лучшей ночи. - Драко сделал вид, что не заметил, как она закатила глаза. Он все еще оставался наглецом. Парень спросил, кивая в сторону книги: - Понравилась? Я могу принести еще. -Буду ждать. Неизвестно чего: книги или его? Малфой смотрел на девушку, что сжимала кардиган на локтях, пытаясь справиться с напряжением. Каждый раз, когда он покидал ее, ей становилось одиноко и больно. Казалось, он забирал с собой покой и оставлял ее одну в этом жестоком мире. Но у них не было выбора. Громкая мелодия телефона нарушила их прощальную тишину. Гермиона виновато улыбнулась, отдаляясь в спальню, чтобы ответить на звонок. Драко хмыкнул, крутя в руках галстук и открывая дверь. Однако, тихий голос Грейнджер остановил его. -Я только вышла из душа. Конечно, Рон, не переживай. Все хорошо. Хорошо. Не идеально. Малфой не знал, что руководило им в тот момент, но он обернулся, осматривая небольшую гостиную. Его внимание привлекла тумбочка у телевизора. Открыв ее, парень заметил средства для полировки метел. Еще с первых лет обучения он знал, что Гермиона ненавидит летать, а значит, единственный, кому могло все это принадлежать был Уизли. Драко ухмыльнулся, складывая галстук в тумбочку. Он знал, что Уизли найдет его.