В моем горле ком с Юпитер

Я не на твоей орбите Ты всегда во всем превосходил меня, Икар. Всегда чуть умней, чуть обаятельней, чуть талантливей. Всегда впереди, хоть разница между нами мала и стремится к нулю, мне никогда тебя не догнать. Элементарная математика. Я прикрываю глаза - слезы выступают от твоего света, ты идешь к звездам стремительно, не замечая никого на своем пути, лишь в конце, может, остановишься и помашешь мне рукой. Смотри, мол, как далеко забрался. Я лишь мягко улыбнусь и покачаю головой - за человеком, чьи глаза с самого детства светятся ярче всех небесных светил, за тем, кого звезды избрали и пометили внутренним сиянием, сделав своим, мне никогда не угнаться. Я лишь вымученно улыбнусь и буду смотреть на твою постепенно исчезающую в небе фигуру - ты всегда был выше всех этих мелочных, глупых людей, охочих лишь до своих глупых и эгоистичных желаний. Они пустые, одноцветные или же вовсе прозрачные, не видят дальше стен-коробок, дальше привычных стен-устоев, вбитых им в голову с детства. Такому, как ты, свободно перемещающемся вдоль любой оси координат, не место среди нас, запертых и прижатых этой дурацкой гравитацией. Тишина в твоем ответе Икар, друг, меня как никогда душит эта чертова гравитация, веришь? Прости, ты меня не услышишь оттуда. Хоть один взмах крыла, хоть один блик солнца - подай мне знак. Я пойму. Я не так хорошо как ты знаю язык звезд, но я знаю тебя. Каждую морщинку-лучик на высоком лбу, прорезавшуюся от очередного гениального озарения. Каждый взмах красивых, сильных, летящих рук, с парящими над сенсорной панелью пальцами. Интересно, знаешь ли ты, как горько я иногда изгибаю уголки губ, когда не сразу могу понять твои планы и идеи? Как судорожно сжимаю кулаки и кусаю костяшки всякий раз, как ты отправляешься тестировать свои новые изобретения? Ты смеешься над моими сомнениями, а я бессильно тону в лучистых, как небо, глазах. И ненадолго позволяю себе отпустить тревогу. До тебя теперь миллиарды верст Икар, друг, честно, мне не вспомнить, в какой момент все пошло наперекосяк. Может, в тот момент, когда ты притащил эту очередную сияющую пустышку и сгоряча объявил своей невестой. Может, когда ты, доверчивый ребенок, заслушался сказками хитрого старика и согласился покинуть город ради опасной авантюры. Может, когда я в первый раз увидел тебя с этими дурацкими крыльями - сияющего больше обычного, буквально лучащегося счастьем и гордостью за себя - до сих пор помню, как у меня перехватило дыханье и сердце чуть сбилось с и без того хрупкого ритма от вида твоей гордой, несгибаемой фигуры, готовой покорять все возможные и невозможные вершины. Точно не скажу. Вакуум кругом - я в нем по уши Мне не вспомнить, в какой день я стал захлебываться кровью и фиолетово-розово-желтыми астрами - своей мертвой красотой они походили на звездочки багряном небе. Насмешка природы - ведь мне никогда не увидеть космос. Иногда попадаются и голубые. На такие смотреть особенно больно - они остро напоминают мне твои глаза. Правда, лишь издали - твои голубые огоньки всегда то ярко светятся новой идеей, то затуманены сложной задачей, то искрятся от осознания того, что весь мир раскинулся перед тобой. Мне в такие моменты всегда хотелось опуститься перед тобой на колени - смотри, я весь твой, без остатка, бери меня навсегда, я отдаюсь и продаюсь, только не дай черной дыре в грудине засосать меня. Прости, Икар, прости своего жалкого друга. Ведь я даже на это сейчас не способен - с каждым наклоном корпуса легкие пронзает острой болью, я пригибаюсь еще ниже и смотрю мутным, плывущим взглядом на бесконечные звезды в своем личном космосе. Не хочу пачкать тебя собой. Икар, друг, прошу, не возвращайся. Тебе тут делать нечего. Улети далеко-далеко, за горизонт и еще дальше, и найди таких же готовых гореть людей. Прости, что я сгорел так быстро. В моем горле ком с Юпитер