Платоническая любовь к блонду

Толпа скандировала последние строчки из Art Hoes. Пианино из колонок доигрывало последний парт, а Артем и Глеб, под аплодисменты своих фанатов, удалялись со сцены. Переходный момент между шкалящим в крови адреналином, весельем, эмоциональным возбуждением и грузной усталостью вперемешку с печалью происходил с Шатохиным за 15 минут. Однако, сегодня все произошло немного быстрее по понятным причинам. - Тём, а почему мы вообще курим? - спросил Глеб, сидя на парапете подле ДК "Машиностроителей", после очередного концерта. Только к 24 годам, его вдруг, ни с того ни сего, начал ебать вопрос: а с чего бы вдруг потреблять никотин в лошадиных дозах? Впрочем, у него не было ответа на него. Он ожидал его от своего товарища. Тем временем, Артем ловил 7 усладу. В его татуированных, от части до сих пор детских, руках находился блант. Вопрос Глеба он услышал не сразу и еще некоторое время анализировал его слова. Опять-таки, ответ на этот вопрос он хранил в себе уже долгие 12 лет. - А затем, Глебушек, что любовь к сигам - платоническая. Она же неживая и немая, так что вряд ли тебя чем-то обидит, ну кроме импотенции, рака и прочих кликбейтных вещей Роскомнадзора. - А разве нет супер-молчаливых людей, которые тупо присутствуют в твоей компании? Они тоже в принципе тебя ничем не заденут и в отличии от сигарет, не подарят ничего из того, что ты перечислил. - Да ты просто не понимаешь: люди – это люди и большинство из них мелочные, дотошные, в 21 то веке еще и неискренние скупердяи. 7 смертных грехов сосут в сторонке в сравнении с тем, что происходит сейчас в музыкальной, да и не только музыкальной, индустрии. Глеб, это всего лишь маленький допинг и это мое дело стану ли я импотентом с раком легких в 35 или буду здоровым до 80, но сдохну как собака, потому как у нас в стране нет ничего для того, чтобы прожить здоровую и счастливую жизнь. Да и в пизду вообще жить долго, зная, что вокруг тебя слишком мало хорошего, а ты не можешь приумножить количество счастья в этом мире так, как хотелось бы. Я не говорю, что не стоит пробовать этого делать совсем, но ты, Глеб, можешь привести хоть один пример, когда какой-нибудь жалкий смертный человек смог осчастливить все население планеты?.. Хотя нет, похуй, хотя бы своего поселка городского типа. Можешь? – выждав двухсекундную паузу, он продолжил. – Нет, не можешь. Глеб смотрел на него скептически, хоть и понимал, что Депо говорил правильные вещи. Такая философия была доступна каждому, кто хоть немного задумывался о своей жизни, но почему-то продолжал гробить себя и окружающих себя людей. Он и сам ни раз впадал в юношеский максимализм, приправленный возрастной мудростью и опытом, но к исчерпывающей причине для того, чтобы бросить пагубную привычку, не приходил. Впрочем, и Артем не выдавал таковой. Тем временем, кисть с полуистлевшим косяком размахивала перед лицом блондина. - Алее! Глеб, ты меня вообще слушаешь? - А?.. - Письку в рот на! Я говорю, слушаешь ты меня или нет? - Да, прекрасно слышу, слушаю или как там еще можно воспринимать информацию… - чуть нахмурившись, ответил парень. На этом первая часть их не слишком интеллектуального разговора была окончена. Остатки «успокоительного» Артема полетели в мусорку, вместе с тем отправляя туда же пару десятков микрометров его губ. В воздухе витал тяжелый, сладостный и манящий дым каннабиса, оставляя всю строгость и тяготы мира на потом и тянущая куда-то за собой красивой, кажется, женской, и зеленоватого оттенка, рукой. - Вообще, забей. Через пару часов у меня выветрится веселительный эффект, и мы сможем поговорить об этом на трезвую голову. Короче, как хочешь – отмазался Шатохин, откидываясь на спинку дивана. В глазах начало приятно двоиться. - Ты знаешь, как я хочу. – тихо добавил блондин, однако его слова, по-видимому, были не услышаны или же попросту проигнорированы ввиду состояния Депо. В любом случае, он всегда может их продублировать, но уже увереннее. А пока, безнадежная тишина захватила помещение. Но надолго ли?.. - Знаешь, Глеб… - обратился он к младшему, выдержав паузу, дабы видеть не 8 версий Голубина, где каждая еще более размытая, нежели предыдущая, и продолжил – Наша жизнь – это река, берега которой расширяются, а ее течение становится всё мощнее и быстрее с годами, но… Блять… - последнее тот выдохнул себе в кулак из-за осознания всей бредовости сложившейся ситуации и собственного «желейного» состояния. - Река-то конечно становится шире и сильнее, но ведь и количества дерьма в ней растет в геометрической прогрессии и со скоростью большей, чем ссаные 140 BPM – Глеб ответил ему слегка недоумённым взглядом, однако мысль ему была совершенно ясна. Вопрос в актуальности слов Бульвара, относительно данной ситуации. Была ли она? Скорее всего да. Похуй ли Фараону? Однозначно. Но тем не менее, пока, словно невесомый, и улыбающийся Артём созерцает прекрасные уголки своего сознания, настырный и капризный парень со светлыми мокрыми волосами открыл окно, дабы самому не задохнуться в тячугей патоке накура. Прошли долгие полчаса, пока оба занимались своими делами: Артем летал в мире сказок, в реальном мире прикрыв глаза и улыбаясь, а Глеб дописывал статью на своем "железном яблоке". - Глебушек... - жалобно позвал его Шатохин. - Чет так кушать хочется... И пить.. Есть вода? Галлон желательно.. - Сименс на это лишь ухмыльнулся. - Что, не уж так прибило? - говорил он, беря бутылку со стола. - Держи, страдалец - подавая ее сказал парень. Бульвар обворожительно улыбнулся ему. Осушив все 1.5 литра за 3 подхода, Депо начал капризничать и дальше. Теперь ему захотелось шоколада, но и этот каприз Голубин исполнил, предусмотрительно включив в райдер список всего того, что обычно Артём хочет после употребления травы. Окончив смертный приговор по отношению к плитке, Депо посмотрел на Глеба с такой любовью, будто тот ему звезду с неба достал и вложил в руки, на что тот улыбнулся, а затем присел рядом. - Принцесса, мы ведь с тобой говорили о сижках, верно? - Ага - - Ну так вот про платоническую любовь, это все хуйня какая-то и я неправильно выстроил цепочку - - Допустим - изогнув бровь, добавил Фара. - Любовь - это то, что между нами, Глеб, а то, что у нас с сигаретами , ничто иное, как зависимость. Короче, я опять развел тупую философию - говорил он, попутно беря блондина за руку и ложась на его плечо. Глеб искренне улыбнулся и поцеловал парня в макушку. Прикрыв глаза, он крепче сжал ладонь Артема в своей, на что тот улыбнулся и потянулся, дабы поцеловать младшего. И он, конечно же, поцелует его в ответ.