Олимп будет уничтожен

POV Паша

— Артемида, послушай, он же нарочно нас стравливает, ты и сама это прекрасно понимаешь, — настойчиво проговорил я, быстро отступая от приближающейся богини. Одновременно я поглядывал себе за спину, чтобы находящаяся без сознания Рейна не осталась без моего прикрытия. Дочь Беллоны выглядела плохо, ее голова была рассечена, черные волосы пропитались кровью, но судя по тому, как едва заметно вздымалась ее грудь, девушка была жива, что сильно обнадёживало. — Ты знаешь, у меня нет выбора, — тихо ответила Артемида, быстро глянув на Зевса и Лето, которую он крепко держал, приставив сверкающий жезл молний к её груди. Громовержец пристально наблюдал за нами, словно за разворачивающимся шоу. Мне очень не хотелось думать об этом, но отчаянная мысль, что Зевс переиграл нас, не покидала меня. Он очевидно ждал нас здесь и заранее подготовился к нашему приходу. Мне скорее всего не справится с Артемидой, она прикончит и меня, и Рейну, а потом Зевс убьет и богиню охоты. Или не убьёт, но очевидно сломает ее волю и заставит подчиняться под угрозой убийства ее матери. Необходимо было найти какое-то решение, какой-то выход, но в голову ничего не лезло, да и подумать как следует не позволяла обстановка. Я открыл было рот, чтобы попытаться еще раз достучаться до Артемиды и остановить ее, но она не дала мне такой возможности. Одним прыжком богиня преодолела разделяющее нас расстояние и молниеносно атаковала. Я в последний момент успел заблокировать удар, и едва наши клинки соприкоснулись, я понял, что мне конец. Это был не тот тренировочный бой, когда она сражалась вполсилы, я чувствовал, что Артемида не собирается играть со мной и действительно всерьёз настроена убить меня. В отличие от того поединка, в этот раз она сражалась с какой-то холодной непоколебимой решимостью и особой безжалостностью, которой раньше не ощущалось. Да уж, а ведь когда мы с ней сражались в прошлый раз, она была вообще без божественных сил и все равно одолела меня. Несмотря на то, что мои шансы были просто ничтожны, я не собирался так просто сдаваться и был сосредоточен как никогда прежде, продолжая отражать ее удары. Моя любимая девушка была не в состоянии себя защитить и лежала без сознания в нескольких метрах за моей спиной, и я на всё был готов пойти, лишь бы защитить её! Артемида вдруг сделала резкий выпад и чуть не проткнула меня насквозь. Я едва успел, увернувшись, парировать удар, а потом и сам ответил крученым ударом, описав мечом петлю над головой. Но в основном я не атаковал, это было слишком опасно, и полностью ушел в защиту, сосредоточившись на движениях богини. Мне не в первой было сражаться с противником намного сильнее меня, но тот факт, что мой текущий противник до недавнего времени - моя лучшая подруга, сильно мешал мне как следует сосредоточиться и отбросить все эмоции. Оно, возможно, и к лучшему - я не хотел причинять вред и тем более убивать Артемиду. Но пришлось отбросить все эмоции и думать холодной головой, хотя я бы при всём желании вряд ли сумел даже ранить Артемиду. И это меня сильно напрягало - я бы предпочел держать в сво­их руках ход поединка, самому определять, когда и как его следует завершить. К сожалению, подобная возможность не могла быть мне предоставлена, Артемида ведь мастерски владела своими клинками. Да и если бы это произошло, я не был уверен, как именно следовало поступить с богиней охоты — ведь я воевал не с ней, а с Зевсом. Но времени на размышления не было, хотя я очень надеялся, что какой-то выход всё-таки найдётся - очнётся Рейна, или сама Артемида остановится. Богиня охоты попыталась нанести мне удар в левое плечо, и я присел, отбивая ее ножи своими клинками. Но мгновением поз­же понял, что это была всего лишь уловка, ибо девушка тут же обошла меня справа, надеясь застать врасплох. Я резко изогнулся, увидев серебристое острие, нацеленное мне в шею, и отбил удар, хотя и довольно неуклюже, гардой меча, а затем попытался ответить, полоснув лезвием меча по руке богини. Но разумеется, без толку, я был слишком медлителен, чтобы нанести хоть какой-то вред Артемиде. — Артемида... — раздался тихий голос Лето. — Заткнись! — тут же одернул ее Зевс, сильнее прижав молнии к ее груди. Богиня охоты вдруг на несколько секунд опустила свои ножи, глянув на Лето и державшего ее громовержца. На холодном доселе лице без эмоций на мгновение промелькнула боль и отчаяние, но Артемида тут же снова надела на себя маску решимости. Я же слегка растерялся, не зная, то ли броситься в атаку, то ли продолжать стоять в обороне. И Артемида, явно воспользовавшись моей растерянностью, снова насела на меня. Я не отступил и тоже нанес удар. Богиня молниеносно отразила его клинками и с силой оттолкнула меня. Толчок был очень сильным, не удержавшись на ногах, я упал и быстро откатился в сторону. В следующее мгновение в то место, где секунду назад была моя шея, опустился серебряный клинок. Несмотря на все мысли, что это настоящий, а не тренировочный бой, я был буквально потрясен тем, что Артемида только что дей­ствительно пыталась меня убить. И убила бы, если бы я замешкался на секунду. Я пытался по лицу богини определить ее мысли, понять ее ярое стремление прикончить меня, но она явно заперла все свои чувства на замок. У нее был такой вид, словно я ровным счетом ничего для нее не значил. Хоть я и продолжил сражение, моя уверенность в себе была сильно поколеблена ощущением того, что я проиграл эту схватку и по всем правилам должен сейчас быть мертв. Я, разумеется, не раз сталкивался со смертью лицом к лицу, но пожалуй, никогда в столь решительной и бескомпромиссной манере. Еще очень некстати вспомнилось пророчество Рейчел про Артемиду, сражающуюся с нами. Что если она говорила как раз про это, а не про тот нелепый случай, когда мы посчитали Артемиду предательницей? Не знаю, да и сейчас уже не столь важно. Первое ранение не заставило себя долго ждать - в какой-то момент я ошибся и пропустил удар по правому бедру. Лезвие нанесло глубокую болезненную рану прямо над коленом. Джинсы тут же пропитались кровью, а опираться на правую ногу я больше не мог. Почти сразу после этого Артемида ранила меня еще раз, с силой врезав мне рукоятью ножа по челюсти, раскроив губу, и в следующую секунду замахнулась, намереваясь отсечь мне голову, и я едва успел уйти от удара. Одновременно уклонившись от этого взмаха, я почти машинально нанес Артемиде режущий удар по запястью, и был очень удивлен, когда он неожиданно увенчался успехом. Рана была неглубокой, и богиня даже не обратила на нее внимания, но я был все равно очень воодушевлен. Правда уже через несколько секунд Артемида вновь начала теснить меня так, что я едва мог стоять на ногах. Этот поединок необходимо было срочно закончить, иначе бой с Зевсом будет точно обречен на провал. Я чувствовал, что уже устал, мышцы начинали ныть, и это при том, что даже будучи бодрым и полным сил, я все равно всегда проигрывал громовержцу. Но я не мог просто взять и закончить этот бессмысленный бой с Артемидой, хотя я прекрасно понимал, что очень скоро не смогу продолжать сражение, попросту истратив свои силы. И похоже, подобный финал приближался. С каждым шагом я чувствовал, как горячая кровь ручейком устремляется из раны на бедре вниз, к колену. С каждой минутой мне становилось все труднее защищать себя. И как бы я ни пытался нанести ей еще одно ранение, Артемида была слишком быстра и сильна для меня, я и так долго продержался против нее. Даже страстное желание отомстить за ранение Рейны не помогало - силы покидали меня. Я стал совершать всё больше ошибок, и Артемида, очевидно заметив это, усилила свой натиск. В какой-то момент богиня выбила из моих рук один из мечей, и я, посчитав, что мне уже нечего терять, перешел в отчаянную контратаку с одним мечом. Но куда там... Артемида без особого труда обезоружила меня и тут же взмахнула своими ножами, намереваясь обезглавить меня. Я в последний момент присел, уклоняясь от удара, но богиня охоты с силой пнула меня так, что я упал. Я машинально начал было отползать, но сразу понял, что это бессмысленно. Всё кончено! Я замер, тяжело дыша, и обреченно смотря на Артемиду. Та, очевидно, поняла, что я сдался, и уже неспеша шагнула ко мне. Неужели всё так и закончится?! Артемида сейчас убьёт меня, потом Рейну, а затем Зевс сломит и ее саму. Рейна... Я быстро оглянулся на лежащую в нескольких метрах бессознательную девушку. Эх, родная, сколько же мы с тобой всего прошли, и всё для нас сейчас закончится... Нет! Я должен что-нибудь придумать. Я обязан защитить её! — Артемида, остановись, я прошу тебя! — взмолился я, переведя взгляд на подошедшую вплотную богиню. — Ты знаешь, что я не могу, — прошептала она. — Мне очень жаль! — Жаль?! Ради тебя я пожертвовал своей жизнью, я считал тебя своей лучшей подругой, и ты так просто готова убить меня? — произнёс я, быстро вытирая побежавшую по щеке слезу. Меня переполнял спектр эмоций от разочарования до злости. Лицо Артемиды дрогнуло, она заметно заколебалась и слегка опустила ножи, быстро глянув на Лето. — Сделай это, дочь моя! — властно, с улыбкой на лице сказал Зевс. — Ты же не хочешь потерять мать, верно? Убей его, и мы снова заживем, как раньше! Артемида снова повернулась ко мне, она явно колебалась. Несмотря на всю свою мстительную натуру, на свой жесткий характер, ей не хватало духу нанести последний удар. — Артемида... — прошептал я. — Не делай этого. — Прости меня, пожалуйста! — едва слышно сказала она. По ее щеке покатилась слеза, она посмотрела мне в глаза с мольбой. Мольбой простить и понять ее поступок! Я молча покачал головой. Лицо богини исказило рыдание и скорбь, она прикрыла глаза и молча замахнулась, готовясь нанести последний удар. Я машинально зажмурился, готовясь к неизбежному. Надо же... Я всё-таки умру от рук Артемиды. Какая злая ирония... — Артемида... — сбоку от нас вдруг раздался тихий женский голос. Богиня охоты тут же оглянулась на маму. Зевс чуть ослабил захват Лето, хотя его молнии по-прежнему находились у ее груди. В глазах титаниды стояли слезы, она с какой-то надеждой смотрела на Артемиду. — Я же сказал, заткнись! — зло прошипел Зевс, но титанида не обратила на него внимание. — Ты не должна этого делать! — твёрдо сказала Лето, на ее лице вдруг появилась теплая улыбка. — Спаси своих друзей и отомсти за своего брата... за моего сына! Не забывай нас, пожалуйста! — Мама?.. — в голосе Артемиды послышался страх. — Я люблю тебя, доченька! — тихо сказала Лето. В глазах Артемиды промелькнул ужас и какая-то мольба, она опустила клинки и в страхе смотрела на свою мать. Зевс непонимающе склонил голову к титаниде. По щекам Лето покатились слезы, она с любовью улыбнулась своей дочери и вдруг, быстро схватив Зевса за руки, пронзила себя молниями. А вместе с собой и громовержца! Зевс со стоном упал на тронный зал, но рана не была смертельной, и он был еще жив. В отличие от Лето... — МАМА, НЕТ! — громкий отчаянный крик Артемиды утонул в оглушительном грохоте. Тронный зал, а вместе с ним, кажется, и весь Олимп содрогнулся. В следующую секунду тело Лето охватил яркий белый свет, она душераздирающе закричала. Все вокруг ослепила яркая вспышка, и все резко превратилось. Лето рухнула замертво, рана на ее груди слегка задымилась, под женщиной медленно начала растекаться лужа ихора. — Артемида... Не веря в происходящее, я перевел взгляд на богиню охоты. Девушка в ступоре смотрела на труп своей матери, ее подбородок задрожал, но она сдержала себя, не заплакала и перевела взгляд на Зевса. Из его раны на плече обильно вытекал ихор, но, стиснув зубы, громовержец поднялся на ноги. Глаза Артемиды потемнели, от богини начало исходить серебристое свечение - я понял, она настолько обезумела от ярости и горя, что на грани того, чтобы принять свою истинную божественную форму и спалить все вокруг. Артемида с трудом оторвала от своего отца глаза и посмотрела на меня безумным взглядом, заставив меня замереть. Но тут она молча протянула мне руку. Я осторожно взял ее ладонь и поднялся на ноги. — Таков твой выбор?.. — сквозь зубы процедил Зевс. — Смертный, кучка зарвавшихся полубогов вместо семьи? — Нет, — едва слышно произнесла богиня. — Моей семьей был Аполлон, была моя мама, пока ты не убил их! — Твоя семья - это мы все! — прогрохотал Зевс. — Когда-нибудь ты поймешь это. — Возможно. Но ты этого уже никогда не увидишь! Не раздумывая ни секунды, Артемида бросилась навстречу Зевсу, тот подхватил свои молнии, готовясь встретить ее. Я хотел было броситься на помощь богине, но тут услышал тихий стон боли очнувшейся Рейны. Разворачивающееся прямо под носом сражение тут же вылетело из головы, я бросился к претору. — Рейна, ты слышишь меня?! Я слегка приподнял ее голову, лихорадочно осматривая девушку, пользуясь моментом. На ее голове красовалась запекшаяся от удара кровь, левая рука была вывернута по неестественным углом. Дочь Беллоны мельком посмотрела на уже сражающихся в нескольких метрах от нас Зевса и Артемиду, затем перевела на меня свой помутневший взгляд. — Я в порядке, — слабо сказала она. — Помоги мне встать, надо помочь Артемиде. — Даже не думай! — твёрдо сказал я, с силой удержав девушку на месте. — Рейна, послушай меня очень внимательно. Даже не думай сейчас вмешиваться в сражение! Я не позволю тебе рисковать собой, ты не в состоянии сражаться с Зевсом. Лучше уходи из тронного зала на всякий случай и поскорее! — Вы не справитесь вдвоём, — возразила она. — Я, может, и не в самом лучшем состоянии, но держать меч способна. — Я не сомневаюсь в этом. Но в этот раз будет по-моему, и не спорь! — с этими словами я поднял Рейну на ноги и указал ей взглядом на выход из тронного зала. Может, дочь Беллоны и хотела возразить, но благоразумно не стала этого делать. Убедившись, что Рейна послушала меня, я подхватил свои мечи и рванул на помощь Артемиде. Зевс - не я, и у богини явно были проблемы. На ее предплечье и бедре я заметил глубокие раны, ее одежда пропитывалась ихором, но Артемида этого даже не замечала и будто одержимая атаковала своего отца. Я даже на секунду замедлил шаг, опасаясь случайно попасть под горячую руку обезумевшей богини охоты. В какой-то момент я даже подумал, что она одолеет Зевса - настолько яростной она выглядела - но очень скоро все встало на свои места. Артемида несомненно была одной из сильнейших богинь, но против самого царя богов у нее не хватало сил, даже несмотря на то, что он сражался только одной рукой. Молниеносно отразив ее очередной удар, Зевс одновременно выпустил мощнейший разряд молний прямо в Артемиду. У нее не было ни малейшего шанса уклониться, и через секунду звонкий крик боли пронесся по всему тронному залу, богиня охоты отлетела от громовержца на несколько метров и болезненно застонала, тут же пытаясь подняться. Зевс же перевел взгляд меня и, криво улыбнувшись, призывно махнул своим сверкающим клинком. Так! К черту страх, всё закончится здесь и сейчас! — Я же говорил, при следующей встрече - убью! — я шагнул ему на встречу, поднимая мечи. — Ну давай, попробуй убить, — усмехнулся Зевс. Громовержец быстро поднял свой сверкающий меч и выпустил в меня разряд молний, но я был к этому готов и успел увернуться, тут же переходя в атаку. Я сражался с Зевсом уже третий раз, но хоть я и знал, чего ждать, в очередной раз поразился силе царя богов. Очевидно, что всё это время я выходил живым из сражений с ним лишь благодаря поддержке друзей, в одиночку я бы точно ни за что его не одолел. Жаль, что осознание этого пришло ко мне слишком поздно. Зевс почти сразу перехватил инициативу и принялся меня теснить. Я еще не успел восстановиться после сражения с Артемидой, к тому же был ранен, но старался держаться, надеясь, что богиня охоты оклемается после удара молниями и придет мне на помощь. Но вскоре стало понятно, что если я сейчас же что-нибудь не предприму, для меня всё закончится. Я сделал отчаянную попытку контратаковать, невзирая на летящие в меня удары, и рванул вперед, метя двумя мечами в раненое плечо Зевса. Громовержец несомненно заметил это и взмахнул своим клинком, пытаясь отрубить мне руки. Я успел слегка согнуть предплечье, но было слишком поздно, чтобы уйти полностью от удара. Сверкающий клинок вошел в мою левую руку, распоров ее от локтя до кисти, и обжигающая боль тут же пронзила меня. Сознание помутилось, я громко закричал и выронил меч, но усилием воли заставил себя продолжить начатое. Клинок, который я держал в правой руке, вошел в предплечье бога. Зевс зашипел, но тут же снова атаковал, не обращая особого внимания на ранение. Я еще пребывал во власти боли, и для меня бы всё тут и закончилось, но в это же мгновение сбоку Зевса атаковала Артемида, давая мне короткую передышку. Громовержец переключил своё внимание на дочь, отпустив меня. Но нанести удар по богине охоты не успел, ему со спины вдруг кто-то вонзил в живот клинок. Глянув за спину бога, я почувствовал, как мной овладевает недовольство вперемешку с волнением. Сказал же, уходи! Ну я ей устрою потом... Зевс вскрикнул, на мгновение замерев, но рана не была такой опасной. Громовержец резко развернулся, одновременно делая взмах сверкающим клинком. Внутри меня всё похолодело от страха, я дернулся вперед, забыв о боли, но было поздно. Рейна подняла меч, пытаясь парировать удар, но бог был быстрее. Меч Зевса вошел в грудь Рейны, девушка громко закричала. Краем глаза я заметил, как Артемида замерла, в шоке глядя на нее, но меня сейчас это мало волновало. Пелена бешеной ярости и боли застелила мне глаза. Я и так рванул вперёд к Зевсу, как только тот развернулся к Рейне, и сейчас, стоя ко мне спиной, он уже никак не мог успеть парировать мой взмах. Ярость придала мне сил, боль в левой руке уже казалась совершенно незначительной. Вложив всю свою силу в этот взмах, я нанес мощнейший удар по Зевсу, отрубая ему правую ногу ниже колена. Рев громовержца пронесся по всему Олимпу, он машинально выдернул свой меч из Рейны, дочь Беллоны тут же без сил рухнула на пол. В эту же секунду Артемида, выйдя из ступора и пользуясь замешательством громовержца, быстрым ударом выбила молнии из его руки и сразу подхватила их. Зевс упал на на мраморный пол, одной рукой хватаясь за обрубок ноги, а другую прижимая к ране на животе. Его лицо покраснело, он зло смотрел на нас снизу вверх. Бог весь истекал ихором, сочившемся из его ран на плече, животе и ноге. Зевс слегка приподнялся, но очевидно прекрасно всё понимал. — "Великий" правитель Олимпа наконец занял своё место перед нами. На коленях! — процедил я. — Вы не победили! — прохрипел Зевс. — Полубоги никогда не будут жить свободно, как вы думаете. Вы все подохните, никто вас не спасет, и все, кто вам помогает, последуют за вами! — бог перевел яростный взгляд на Артемиду. — Возможно, — тяжело дыша, кивнула богиня охоты. — Но только не сегодня! Артемида резко взмахнула сверкающим клинком над Зевсом и опустила его вниз, погружая молнии в глотку царя богов. Громовержец замер, его глаза широко раскрылись, всё стихло. И в следующую секунду раздался такой оглушительный грохот, что я машинально выронил меч и закрыл уши. Из глаз и рта Зевса вырвался яркий белый свет, вокруг засверкали многочисленные молнии, пол под ногами затрясся. Ослепительно яркая вспышка озарила всё вокруг, Артемида выдернула молнии изо рта Зевса, и тот упал замертво! Черт возьми, мы сделали это! Мы действительно убили его, всё кончено! Даже не верится... Сколько страданий мы вынесли, через сколько всего прошли, и всё ради этого - ради уничтожения нашего главного врага, ради победы! Вместе с осознанием происходящего, начал возвращаться холодный рассудок, а адреналин покидать кровь. Боль от многочисленных ранений начала возвращаться, особенно боль в руке. Но сейчас я не обращал внимания ни на боль, ни на мёртвого Зевса, ни на наш план. Для меня сейчас существовал лишь один человек! Бросив меч, я поспешил к Рейне. Дочь Беллоны была пока жива и лежала, с силой прижимая руки к своей груди. Нагрудный доспех мешал как следует прижать руки к ране, да и это было, пожалуй, бесполезно. Доспехи и руки девушки окрасились алым, сама она была очень бледная и тяжело дышала. Я опустился рядом с ней, чувствуя, как бешено бьется сердце, а руки трясутся от страха. Я полностью растерялся, не зная, что предпринять, и как не дать Рейне умереть. Она перевела на меня мутный взгляд и слабо улыбнулась. Нет, нет, нет... — Артемида... — я в страхе посмотрел на опустившуюся рядом богиню в поисках помощи. Та ответила мне взглядом, полным беспомощности и сочувствия. Ее взгляд был более чем понятен. Нет уж! Я не собираюсь так просто сдаваться, я ни за что не потеряю Рейну! — Артемида, прошу тебя, помоги ей! — с мольбой сказал я. — Я бы с радостью, но ничего не получится, — тихо сказала богиня. — Рана слишком серьёзная. — Нет, как же... — я не договорил, чувствуя, как к горлу мгновенно подступили слёзы. — Паш... всё хорошо, — тихо пролепетала Рейна. Она убрала свою руку с доспеха и накрыла мою руку, слабо сжав. — Я готова к этому. Спасибо, что был рядом всё это время. Я люблю те... — Рейна, не говори этого! Не сдавайся, пожалуйста! Вспомни, ты не отпустила меня, когда я был при смерти после ранения Перси, ты боролась за меня до последнего, и я не собираюсь отпускать тебя! Ты не умрёшь, ясно?! Чувствуя в душе ярость вперемешку с болью и отчаянной надеждой, я снова посмотрел на Артемиду. Амброзия и нектар в любом случае были бы бесполезны, и если кто и мог ее спасти, так это помощь бога. Артемида сочувственно смотрела то на меня, то на Рейну, на лице богини был прискорбный вид. — Жизнь хрупка, — прошептала Артемида, быстро глянув на бездыханное тело Лето. — Все мы в руках Мойр, и если они решили перерезать нить жизни, мы не в силах им помешать. Да уж, какая ирония... В памяти всплыл диалог Артемиды и Перси после сражения с Атласом, когда они стояли у умирающей Зои. Богиня охоты сказала тогда примерно то же самое. Но блять... Мы все столько раз избегали смерти, даже возвращались из мертвых, так что тогда это за условные правила?! К черту всё, никогда нельзя сдаваться, что бы ни случилось! Беспомощность и бессилие Артемиды за секунду взбесили меня так, что я и думать забыл о любых последствиях своих действий. — Артемида, черт возьми, да мне плевать! — вскричал я, резко подавшись вперед и с силой сжав плечо богини. — Плевать на каких-то там Мойр, на судьбу и прочее дерьмо. Моя девушка сейчас умирает, причем по твоей вине, а ты сидишь и даже не хочешь сделать ни малейшей попытки спасти её. Есть у тебя сердце в конце концов?! Артемида явно не ожидала от меня такого, на ее лице на секунду промелькнуло недовольство и шок, но она не стала со мной ничего делать и молча кивнула в знак согласия. Богиня охоты осторожно накрыла руками рану Рейны и прикрыла глаза, сосредоточившись. От ладоней богини начало исходить серебристое свечение, но никаких перемен не происходило. Рейна смотрела мутным взглядом через полузакрытые веки на наши действия, и через пару минут, слабо улыбнувшись мне, закрыла свои глаза. Ее рука, которую я держал в своей ладони, безжизненно повисла. Нет, нет, нет! Я не верю... Чувство было такое, словно мне всё это снится. Я уже не обращал внимание на Артемиду, мне просто было не до этого. Я не мог поверить своим глазам - неужели Рейна умерла?.. Я почувствовал, как по моим щекам потекли слёзы. Меня словно ударили обухом по голове, и я даже не сразу услышал сзади приближающиеся шаги. Артемида вдруг сквозь зубы выругалась, глядя мне за спину, и подхватив лежавшие рядом молнии, быстро поднялась на ноги. Я тоже машинально обернулся, увидев сквозь застилавшие глаза слезы Геру. Царица богов стояла в нескольких метрах от нас, в шоке смотря то на безжизненное тело Зевса, то на нас. Не знаю, что было у нее на уме, собиралась ли она с нами драться, но у меня в тот момент была только одна мысль в голове - спасти Рейну, если еще возможно. — Помоги... — прошептал я, глядя на Геру. Та неуверенно взглянула на стоящую рядом со мной с молниями наперевес Артемиду и, к моему удивлению, неуверенно кивнула. Гера подняла руки, будто сдаваясь, и медленно, с опаской подошла к нам, опускаясь рядом со мной и осматривая Рейну. Мне уже было все равно на Геру, что она была враждебно к нам настроена. Если она сможет помочь Рейне, я был готов пойти на что угодно. Гера простёрла руки над телом дочери Беллоны и что-то зашептала. Артемида, видимо, убедившись, что Гера не собирается с нами сражаться, последовала ее примеру, убрав молнии и вернувшись к телу Рейны. Я вдруг заметил, как кольцо претора со скрещёнными мечом и факелом - символом Беллоны - вспыхнуло алым светом. Я понял, что мама Рейны также пытается незримо оказать ей божественную помощь. С замиранием сердца я смотрел, как три богини пытаются вернуть к жизни Рейну, минута проходила за минутой, и все они казались целой вечностью. И какое же колоссальное облегчение я испытал, когда дочь Беллоны вдруг вновь приоткрыла глаза и вздохнула полной грудью. — Рейна! — я тут же кинулся к ней. Трудно описать те эмоции, что сейчас переполняли меня. Я почти потерял свою любимую, но вот она снова со мной. Я не представляю и даже не хочу допускать мысли, как бы я жил без неё. А ведь когда-то я так отчаянно желал, чтобы Рейна стала моей... Я как-то даже не задумывался об этом, но за всё это время Рейна стала для меня нечто большим, чем просто девушкой. Она стала моим сердцем, и потеряв ее, я бы просто не смог жить дальше. Я прикрыл глаза, почувствовав, как по щекам потекли слёзы, но на этот раз это были слёзы радости. — Все хорошо? — тихо прошептала Рейна. Она выглядела очень слабо, но судя по тому, что кольцо Рейны перестало светиться, а Гера и Артемида прекратили над ней колдовать и выглядели вполне удовлетворенными, самое страшное уже позади. — Да... да, всё хорошо, — улыбнулся я. Рейна ответила мне робкой улыбкой, а я, не удержавшись, наклонился к ее лицу и нежно прижался губами к ее лбу. — Спасибо вам обеим! Я не знаю, что бы я без вас делал! — я оторвался от Рейны и перевел взгляд на богинь, задержавшись на Артемиде. — Извини, что я не сдержался, я не хотел тебя оскорбить. — Все в порядке, я понимаю твои чувства. И ты тоже извини, что так получилось, — пробормотала богиня охоты. Она наклонилась ко мне и слегка дотронулась до моей раненой руки засветившейся серебристым ладонью, чудовищный порез тут же начал затягиваться, а вместе с ним и рана на бедре. — Спасибо, Артемида! — благодарно улыбнулся я, с облегчением почувствовав, что боль уходит. Богиня молча кивнула и отвела от меня взгляд, но я всё же успел заметить на ее глазах слёзы. Артемида молча подошла к бездыханному телу Лето и опустилась рядом с ним на колени, склонив голову. Я сочувственно смотрел на свою подругу, не зная, то ли стоит направиться к ней и попытаться хоть как-то поддержать, то ли оставить ее сейчас одну и не вмешиваться. Да уж... Артемида буквально только что потеряла свою мать, отца, хоть он и был уродом, но несмотря ни на что тут же бросилась помогать Рейне, забыв про своё горе. А я еще и сорвался на ней... Стыдно! Всё же я решил пока дать Артемиде побыть одной, ей это сейчас нужно. А чуть позже обязательно поговорю с ней! Помогая обессиленной Рейне подняться, я поглядывал на Геру, неловко переминавшуюся с ноги на ноги. Царица богов явно чувствовала себя не в своей тарелке, не зная, что ей делать. — И с чего это ты вдруг решила прийти на помощь? — с подозрением спросил я. — Выбор был невелик, — развела руками богиня, глянув на мёртвого Зевса. — Либо последовать за ним, либо остаться в живых. Как по мне, второй вариант лучше. — И даже не будешь оказывать никакого сопротивления? — Мой муж проиграл, боги, напавшие на ваш лагерь, также сломлены усилиями ваших друзей. Нет никакого смысла продолжать войну дальше, — Гера склонила голову. — Надо все равно закончить начатое, Олимп будет уничтожен! — ломким голосом сказала Артемида, поднимаясь на ноги. Она решительно глянула в сторону взрывчатки, которую мы притащили с собой. — Тебе мало того, что вы уже победили, хочешь уничтожить Олимп, свой дом? И ради чего?! — Гера шокированно посмотрела на Артемиду. — Лучше заткнись и не встревай, если хочешь остаться в живых! — недовольно покосилась на нее богиня охоты. — Артемида, подождите, — слабо сказала Рейна. — Она ведь права, нет никакого смысла теперь разрушать Олимп. Мы собирались сделать это, чтобы ослабить богов и лишить их сил. Но мы победили и без этого, так зачем теперь делать это? Мы ведь таким образом лишь нанесем удар по дружеским и нейтральным богам. В словах Рейны была доля истины. Наш план теперь был попросту лишен смысла, раз всё так получилось. Хотя часть меня по-прежнему хотела разнести здесь всё к чертям, у меня была уже просто внутренняя неприязнь к этому месту. Возможно, нечто похожее чувствовала и Артемида, только не слепую неприязнь, как я, а неутолимую жажду мести - за Аполлона и Лето. Но это уже ни к чему не приведёт... — Артемида, я с ними согласен. Война окончена, дальнейшие действия не имеют никакого смысла. Уничтожим мы сейчас Олимп или нет - это ничего не изменит, мы победили! А раз так, надо остановиться! — я посмотрел богине в глаза. Та минуту молча буравила меня взглядом, затем развернулась и направилась к выходу из тронного зала. — Как хотите... — пробормотала она. — Артемида, подожди. Давай поговорим, — крикнул я ей вслед, но она не отреагировала. — Лучше потом. Ей нужно время, чтобы прийти в себя, — Рейна сочувственно смотрела вслед богине. — Нам надо вернуться в Лагерь Юпитера. После сражения там наверняка много убитых и раненых, и ребятам понадобится наша помощь. — Надеюсь, с Перси и Талией всё в порядке, — мрачно сказал я. — И с Хиллой тоже, — вздохнула Рейна. — Уверен, так и есть, — ободряюще улыбнулся я ей. Рейна ответила мне неуверенной улыбкой. — Подождите, и что дальше? Вы просто так уйдёте как ни в чем ни бывало. Имейте в виду, вы... — Успокойся, Гера, и хватит брызгать ядом, — прервал я ее. — Ты прекрасно понимаешь, что для вас всё кончено. Ведь поэтому ты и помогла Рейне, потому что понимала, что иначе присоединилась бы к Зевсу. Лучше оставайся в стороне для своего же блага и сообщи это всем богам, кто этого пока не понял. — Мы не собираемся захватывать Олимп и уничтожать всех богов, — добавила Рейна. — Он останется за вами, как и прежде. Но на наших условиях, никто ведь не хочет новой войны, — многозначительно добавила дочь Беллоны. — Учитывая, что многие мои родственники и так остались в стороне, никто и не будет возражать, — поморщилась богиня. — И что это за условия? — Вернемся к этому чуть позже, мы не можем сейчас решать за всех полубогов. А сейчас нам действительно нужно вернуться в лагерь, — Рейна перевела взгляд на меня. — Идем, надо найти Артемиду. — Лучше ее сейчас действительно не трогать, пусть пока останется здесь и присмотрит за Олимпом, — сказал я, многозначительно глянув на царицу богов. — Гера, ты можешь перенести нас в лагерь? Гера недовольно скривилась, пробормотав какие-то ругательства, но всё-таки кивнула и протянула нам руки. Надеюсь, она не перенесет нас сейчас куда-нибудь на Эверест. Мы с Рейной дотронулись до богини, и тут я почувствовал, как куда-то проваливаюсь...