Побег Драко Малфоя

В последнее время Кикимер вёл себя не лучшим образом. Гермиона не в первый раз ловила на себе его презрительный взгляд и подмечала, как дряблые серые руки цеплялись в медальон на шее, как будто бы желая отыскать и задействовать в этой подделке не имевшуюся в ней магию. Причиной такого поведения, вероятней всего, стало осознание того, что его хозяин и впрямь намерен продолжать великий род Поттеров с грязнокровкой. Гермиона находилась вот уже на двенадцатой неделе беременности, и если раньше она готова была понимать и прощать выходки сварливого домовика, то теперь они стали задевать её за живое. Мало того, что Кикимер всякий раз морщился в её присутствии, словно бы ощущая скверный запах, и жевал губами, вероятно, желая произнести что-то непристойное и не решаясь на это, так он стал и очень неуклюж. Несколько разбитых по его милости чашек и якобы «нечаянно» попавших в камин книг привели к тому, что Гермиона расстроилась, а Гарри не выдержал и задал Кикимеру взбучку, отчего последний, точно выражая кипящую в нём ненависть, вот уже вторую неделю не произносил ни слова. — Всё хорошо? Гермиона оторвалась от мыслей, когда муж положил свою ладонь поверх её ладони на столе, и её губы дрогнули в улыбке. — Да, чудесно, — ответила она и поднесла чашку с недопитым отваром к губам. Гарри улыбнулся в ответ, и ей сделалось куда легче и лучше. Кажется, муж беспокоился о ней больше, чем она сама о себе, и в большинстве случаев это было невероятно приятно. Гермиона даже стала забывать, как из-за его «заботы» провела неделю в Мунго только потому, что Гарри извёл своими вопросами целителей, и те решили перестраховаться. Теперь на дверке кухонного шкафа висел пергамент с рецептом укрепляющего отвара, и Гермиона послушно пила его каждый вечер, вновь ощущая себя маленькой девочкой, окружённой теплом и вниманием. — Лучше расскажи, как прошёл твой день, — попросила она и поставила на стол пустую чашку. Гарри едва успел начать, как послышался стук в дверь, и ему пришлось повернуться: — Кикимер, тебя долго ждать? Домовик наградил его мрачным взглядом и вышел с кухни. Гермиона хмуро подумала, что этот домовой эльф дошёл до того, что перестал трансгрессировать и всё теперь делал своими руками. Наверное, это тоже назло ей, чтобы показать отличия магглорождённых от чистокровных. Чтобы показать, как выматывает и мерзко выглядит физический труд. Гарри и в этот раз отвлёк Гермиону от рассуждений. Она ощутила прикосновение его пальца к своему лбу, и складочка на нём тотчас разгладилась. — Прости, я опять задумалась, — призналась Гермиона и поцеловала мужа в щёку. Этого ему, конечно же, было мало, и Гарри с деланным удивлением сдвинул брови. Гермиона невольно улыбнулась в ответ и потянулась к нему снова. Муж приложил ладонь к её щеке, ласково поцеловал её в носик и обогрел её губы своими. — О, простите, что так поздно… В дверях кухни стоял сам министр магии в лице Кингсли Бруствера и, судя по его обеспокоенному взгляду, метавшемуся от неё к Гарри и к окну, за которым сгущался ночной мрак, привело его срочное дело. — Не буду вам мешать. Гермиона красноречиво посмотрела на мужа, чтобы он не забывал, где она будет его ждать, и, поднявшись, ушла с кухни. Несколько месяцев тому назад её бы, наверное, нельзя было прогнать отсюда и метлой, но теперь её взгляды несколько изменились. В её чреве зародилась и росла новая жизнь, и она старалась думать только об этом и не лезть не в своё дело. Добравшись до спальни, Гермиона расстелила постель, переоделась в ночную рубашку и удобно устроилась под одеялом.

***

На кухне и вправду должен был состояться непростой разговор. Кингсли сидел на стуле с таким видом, будто ждал удара молнии прямо в доме. — Что-то стряслось? — поинтересовался Гарри. — Да, — ответил министр мрачно и посмотрел ему в лицо: — Понимаешь, в Азкабане… В общем, не буду ходить вокруг да около… Пару часов назад я узнал, что Драко Малфоя там нет, а возможно, и не было никогда. От его сообщения наступило тревожное затишье, но удара молнии, конечно же, не последовало. Ожидания Кингсли не оправдались по той простой причине, что Гарри с годами научился держать себя в руках и не хотел, чтобы Гермиона его услышала и обеспокоилась. — Он что, обратился в хорька и сбежал? — переварив услышанное, уточнил Гарри хмуро. — И как давно это произошло? — Ты меня не понял, — ответил министр в некотором замешательстве. — Не думаю, что Драко сбегал… похоже на то, что он и не сидел ни дня в Азкабане. Гарри только сильнее нахмурился, и гостю пришлось пояснить. — Это всё из-за горохового супа… вернее, все думали, что он гороховый… Кто же знал, что эти тюремщики захотят сэкономить и намудрят с едой. Когда отравилось несколько заключенных, их отправили в местный лазарет, а там целитель дал каждому по микстуре, и тут с Драко стали происходить внешние изменения… Кингсли вздрогнул от неожиданности, когда Гарри ударил кулаком по столу. — Никто не мог предположить, что так может выйти, — поспешил сказать министр. — Я уже отправил мракоборцев к Малфоям. Вероятно, они воспользовались оборотным зельем, когда Драко был на слушании в Визенгамоте, а потом… не знаю, внешне оба парня довольно схожи и… Гарри, уверяю тебя, Драко будут искать, тебе не о чем беспокоиться. И да, если нужно, то могу выделить людей, приставим их к Гермионе… — Не нужно, я сам могу позаботиться о безопасности Гермионы, — отрезал Гарри, поднявшись с места, — а вы лучше найдите этого ублюдка и верните его на место, потому что если я найду его раньше, живым он туда уже не вернётся. — Гарри! — возмутился Кингсли, подскочив следом. — Слушай, я понимаю, Драко угрожал твоей жене… — «Угрожал»? — презрительно переспросил Гарри. — Этот ублюдок развлечения ради насильно напоил её Амортенцией, раздел догола и мог сотворить с ней что угодно! Ещё раз попробуете его передо мной защитить и вылетите из этого дома раньше, чем успеете закончить! — Виноват, прости. Гарри, я только пытался тебя уберечь от поспешных действий. Драко уже приговорён за свою выходку к сроку, и он его отсидит. — Конечно… «приговорён». Он же не понимал, что он делает и просто связался с дурной компанией, — ехидно повторил Гарри то, что его оскорбило ещё на слушании два года тому назад. — Малфои откупились и не делайте вид, что этого не понимаете. Драко явно хотел не только поразвлечься с Гермионой, но и отдать её своим дружкам, а потом всем вместе принести её в жертву или что-то в этом роде, иначе чего ради в его подвале лежали все эти кинжалы, чаши и книги, когда мы ворвались? Кингсли почувствовал себя ещё неуютней, чем когда пришёл, и предпочёл отправиться к двери. — Ладно, я тебя предупредил, — сказал он и вышел в коридор. Гарри из вежливости вышел следом. Кикимер у вешалки дёргал за медальон, висевший на шее. — Мне кажется или ваш домовик ведёт себя как-то странно? — заметил Кингсли. — Вам не кажется, Кикимер на старости лет не перестаёт нас удивлять своими причудами, — мрачно ответил Гарри и прикрыл за гостем дверь. В ту же минуту их взгляды с Кикимером встретились, и высшего уровня чары, наложенные на медальон, позволили их творцу узреть истинные черты небольшого существа. Светлые его прилизанные волосы теперь выглядели поблёкшими и жирными, тряпьё на теле сильно загрязнилось, лицо казалось ещё более заострённым из-за впалых щёк, а помутневшие серые глаза источали жгучую ненависть. Будь существо способно, оно бы давно набросилось на «хозяина» или сотворило что-нибудь ему или хозяйке во вред, но чары медальона не позволяли ни одного дурного помысла. Попытки сопротивления привели к тому, что язык существа одеревенел, ступни от попытки сбежать истёрлись, а голова за отвратительные мысли набила себе не один десяток шишек. — Жалким хорьком был, хорьком и останешься, — проговорил ему Гарри. «Домовик» молчаливо взвыл и попытался на него наброситься, но из-за чар поскользнулся и упал. Кулачки его застучали по полу, голова тут же ударилась об него в наказание, а затем ещё раз. Гарри только фыркнул и отправился к лестнице. Не прошло и минуты, как существо его догнало и вцепилось в штанину. На этот раз серые глаза были полны слёз и, возможно, раскаяния, но Гарри подлецам не верил и, скривившись, пнул его ногой. Противный домовик пересчитал ступеньки на лестнице. — Нет уж, будешь служить таким вот магглорождённым до конца дней, чистокровный ублюдок. И да, будь добр, начистить мои ботинки до блеска и помыть на кухне пол. На этом Гарри добрался до спальни, переоделся и устроился рядом с Гермионой. — Всё в порядке? — придвинувшись ближе, спросила она. — Да, всего лишь рабочая ерунда, — ответил он и нежно её обнял. — А мне показалось, я слышала какой-то шум… — Так это Кикимер возмущённо топал. Я ему сказал, что хочу отправить его в Хогвартс, там всё-таки его сородичи, может, встретит какую привлекательную домовуху… — Ты и вправду хочешь так поступить? — удивилась Гермиона. — А почему нет? — удивился Гарри в ответ. — Кикимер уже совсем старый и больше ворчит, чем занимается делом. И вообще, можем взять кого-нибудь помоложе и добрее. Как тебе Винки, например? — Она чудесная, — тепло заметила Гермиона и легонько поцеловала мужа в губы. — Вот и прекрасно, — подытожил он и опустил свою ладонь с её спины к бёдрам. — Я не хочу, чтобы мою девочку хоть что-то расстраивало… Его «девочка» лукаво заулыбалась, догадываясь, что ему нужно, и сама желая того же. Немногим позже она спокойно спала на своей подушке, а Гарри поглядывал в сторону окна, за которым в окружении звёзд держалась круглая луна. Кажется, на небе была только её половина, когда он заметил, что Кикимер вёл себя странно и проследил, куда временами исчезал домовик. Теперь тот покоился в саду, в том месте, над которым росли пышные кусты пиона, а его высокомерная и аристократичная «замена» вот уже который вечер лила на кухне слёзы и продолжала натирать пол. Впрочем, Гарри не хотел это существо больше видеть и уж тем более позволить ему омрачать своим присутствием такое счастливое время, как ожидание первенца. Хогвартс станет ему домом, как и многим заблудшим душам. Гарри поцеловал жену в макушку, закрыл глаза и через какие-то минуты забылся сном. Беспокоиться ему, в отличие от других, было не о чем.