Совершенство

Начало осени всегда наполняло округу приятными цветами, опавшая листва создавала ощущение того, что люди парили, в неизведанном для друг друга, танце. Золотая плита привлекла к себе внимание всех прохожих. «Университет Ёнсе» — учёба в таком пристижном месте являлась гордостью для каждого родителя и студента. По тёплым коридорам бродили немного сонные студенты. Они шумели и смеялись, некоторые упорно повторяли свои, с трудом зазубренные, заметки. Как вдруг, большая часть людей обернулась на голос ректора, рядом с которым шёл староста потока — Кристофер Бан Чан. Очередные похвалы бесконечным потоком лились из уст ректора. Студенты не завидовали Крису, все понимали, что это огромный труд. В группе его уважали, а преподаватели доверяли. — Я не сделал ничего особенного, это мои обязанности. С чувством долга говорил Бан. — Вы, юноша, гордость нашего университета. Да и в вашей ситуации, кем бы я был, не выдав президентскую стипендию? Я ведь знаю, в каком вы положении. С нотой грусти, заметил ректор Хван. Затем он продолжил. — Я бы хотел, чтобы вы приглядели за моим сыном, Хёнджин хороший человек, но много переводов повлияли на его характер. Вам не в тягость? — Я сделаю всё что в моих силах. С праведным видом проговорил он, разойдясь с ректором, Кристофер направился в свою группу. За тридцать минут до начала лекции, Чан уже подготовил нужные материалы. Папки с лекциями уже ждали студентов на столах, а оборудование ожидало преподавателя. Настроив последние детали, включив презентацию, сделанную им же, Крис сел за первый ряд. Из открытых окон доносился рёв мотора, парень без труда узнал мотоцикл и даже предположил марку. Его не особо интересовало, кто из студентов приобрёл его, но внушающий звук привлёк бы любого. Время летело быстро и уже спустя пару минут в аудиторию вливались студенты. Шум заполнил пространство. Первый час лекции создавалось ощущение того, что преподаватель вёл её исключительно для старосты. Кто-то смотрел на презентацию, ничего не записывая, кто-то делал фото, а кто-то и вовсе зависал в социальных сетях. Из всех студентов на преподавателя обращал внимание только Кристофер, он напоминал некоторые слова, делал пометки и был сосредоточен. Резкий звук хлопнувшей двери отвлек абсолютно каждого студента от их дел. Зашедший в аудиторию брюнет вызвал много шёпота и удивления. — Хван Хёнджин! Уже прошло почти два часа! Что вы себе позволяете?! Я не впущу вас, вы позорите своего отца! Повысила тон преподаватель. На что Хёнджин, блестнув металлическими обрамлениями на кожаной куртке, развернулся и уже хотел покинуть аудиторию, в которую толком не зашёл. Пока не услышал голос студента. Он замер. — Я ручаюсь за него. Это первый день, вы ведь знаете как тяжело найти наши аудитории, к тому же занести документы в канцелярию и оформить их занимает много времени. Встав, Проговорил Бан Чан. Преподаватель, смягчив свой взгляд, отозвалась в своём решении. — Проходите, Хван, вам очень повезло с другом. Сын ректора, державший рюкзак в одной руке и одетый во всё чёрное, направился на задний ряд, как в очередной раз остановился. — Присаживайтесь рядом с Кристофером. Хван спустился и, швырнув рюкзак к парте, сел рядом со старостой. Прошло где-то две минуты, как к пустой части стола Хёнджина прилетел лист бумаги. Повернув лицо, парень встретился глазами с Чаном. — Эмм. Пытался сказать что-то Хван, как студент рядом, поняв всё без слов, протянул ручку. — Спасибо. Прошептал Хёнджин. Лекция прошла довольно быстро, двое студентов впереди делали пометки и внимательно слушали преподавателя, что приятно её удивило. — Вы свободны. Не сказав эти слова и наполовину, преподаватель ужаснулась скорости студентов, которые почти выбежал из аудитории. — Не принимайте на свой счёт. Заметил Бан, даже не поднявший глаз. Он понимал, что даже годы читки лекций, не дают иммунитета к таким вещам. — Ох, Крис, вся надежда на тебя, я знаю, что тебя уже загрузили по всем предметам, но не мог бы ты написать работу ещё и по моему курсу. Обещаю не ставить «н» даже, если пропустишь занятия, хоть ты этого и не делаешь. Ответила преподаватель. — Тогда почему бы не предложить что-то стоющее? Низкий голос Хвана резко остудил атмосферу. Он глядел прямо на преподавателя, отчего последняя смутилась. — Хаха, что ты, это многого стоит! Я выключу оборудование и сделаю всё остальное, госпожа Ом, не беспокойтесь, я закрою кабинет. Разрядил обстановку Бан. И через минуту обратился к Хвану, продолжавшему сверлить взглядом уходящего преподавателя. — Я проведу тебя, ты должно быть не знаешь где у нас следующее занятие. Дай минуту. На слова Криса, новый одногруппник облакатился о стол и принялся наблюдать за старостой. Закончив со своими делами Чан вновь обратился к Хёнджину. — Ты в порядке? Переводы даются с трудом. Но у нас дружелюбная группа, тебе понравится. — Мне плевать. Ответил сын ректора. Губы Бан Чана растянулись в лёгкой улыбке. — Постарайся больше не опаздывать на лекции госпожи Ом, она хороший препод. Продолжил Бан. — Ха, а у меня есть выбор? Ты ведь вступился за меня, теперь я обязан ходить на эти лекции. Заметил Хван. — Так, ты значит на принципах? Анализировал Крис. — Что ты имеешь в виду? Спросил свежий одногруппник. — Берёшь ответственность. Отметил Чан. — Ну… Не смог закончить Хван, его смутило то, как легко сумел староста распознать его истинные намерения. За слоями лёгкого пренебрегательства и хамства, люди не замечали положительных черт юноши, что ставило его в удобное положение, созданное им самим. Ведь от грубых людей многого не ожидают. И это устраивало Хёнджина. — Да плевал я… Пытался продолжить Хёнджин, как его перебил новый друг. — В сторону 405 кабинета. По плюём туда вместе. Направляясь к выходу Чан, достал ключи. Парни покинули аудиторию. Заперев двери, староста продолжил. — Ты уже ел? Тут отличная столовая. — Ага. Молодые люди направились в сторону лестниц, быстро поднимаясь, они легко преодолели расстояние. По пути Кристофер решал чужие проблемы, отдавал свои лекции и помогал преподавателям. Почти дойдя до кабинета Хван привлёк внимание. — Знаешь что такое синдром крабовой палочки? Задал вопрос он. — Нет. Ответил Чан. — Это когда тебе лгут, но тебя всё устраивает. Я придумал название для похожего синдрома. Продолжил Хёнджин. — Синдром рака. — И что это значит? Поинтересовался Крис. — Это когда тебя все вокруг имеют, но тебя всё устраивает. Достаточно грубо закончив и кинув крайний взгляд, сын ректора зашёл в кабинет, оставив позади старосту. — Вот как я выгляжу со стороны. Тихо ответив самому себе, застыл Бан Чан. Пара казалась скучной Хёнджину, он сидел впереди, на месте старосты, который почему-то отсутствовал, хоть и точно шёл за ним. Хвана бы не удивило, если бы юношу просто перехватил студ.комитет или какой-то надоедливый преподаватель. Через несколько минут, симпатичная старшекурсница тихо вошла в аудиторию, она приблизилась к Хвану и передала сообщение от отца, затем предупредила преподавателя. Хёнджин встал и направился в кабинет к ректору, который по совместительству был его отцом, что может показаться облегчает жизнь, но на деле всё становилось хуже. Присев у открытой двери в кабинет отца, парень открыл рюкзак и хотел достать наушники, как услышал госол нового приятеля. —… Так вот где ты был. Заметил Хван, отложив рюкзак и составив наушники в ладонях. — … Я отработаю, это правда срочно! Торопливо и немного постыдно звучал Чан. Казалось что-то мешало ему говорить. Хван повернул голову заглянув в окна кабинета. Он заметил, как староста прикрывал нос из которого шла кровь. Не нужно было быть врачем чтобы понять, что это переутомление. Повернувшись назад, Хван продолжил сидеть спиной к окнам. В коредоре становилось душно. — Вы не можете пропустить эти занятия, тогда ваша стипендия окажется под угрозой. Отвечал ректор. — Господин Хван, это касается моего брата. Я ничего не могу поделать, но стипендия это все на что мы живём, пожалуйста. Я… Просил Бан. — Крис, мы оба понимаем, насколько это пристижный университет, ваша репутация безупречна, но посещаемость и отметки считываются. Всё, что я могу — сохранить её, ведь вы впервые пропустите занятия, но она не будет президентской. Ректор Хван оставался при своём мнении. — Ясно, спасибо. Почти выбегая, проговорил Чан, на ходу поклонившись. Хёнджин хотел было зайти к отцу, но что-то его развернуло и заставило бежать за новым знакомым. Непонятное чувство вины овладело им, ведь, в конце концов, именно его отец отказал парню. Нагнав парня, Хван схватил его за плечо. — Хэй, ты куда так спешишь? — Давай позже поговорим, пожалуйста, я спешу. Ответил Бан. — Я подброшу. Продолжил Хван. — Ты должен быть на парах! Обернувшись, сказал Чан. — Реально будешь ждать автобус? А говорил это срочно. — Подслушивал? Заметил Бан Чан. — Да или нет? Обрезал разговор Хван. — Да. Уже сидя в машине и настроив маршрут до своего дома, Кристофер начал разговор. — Синдром рака значит. А как называется синдром ношения пустого рюкзака? Намекая на Хвана, Чан глядел в окно. — Один один, Чан. Могу так тебя называть? Спросил Хван. — Конечно, я теперь тебе должен, хоть раком зови, ты сильно выручаешь меня сейчас. — А что случилось? Поинтересовался Хёнджин. — У моего брата большие проблемы со здоровьем, мы остались одни, только я могу о нём позаботиться. Он нажал на тревожную кнопку. Значит что-то случилось. Ответил Бан Чан. — Понятно. Хёнджин не хотел говорить, что ему жаль, он толком не знал парня, хоть и понимал, что перед ним хороший парень. Расспрашивать ему тоже не хотелось, ведь это жестоко — давить на раны, которые никогда не затянуться. — Ты ведь из Китая перевёлся? Спросил Чан. — Да, родители в разводе, мама решила скинуть меня на отца. У них теперь новые семьи и меня всё устраивает. Парень достаточно быстро гнал на своём Porsche. Умело обгоняя других и маневрируя, юноша создавал эффект гонщика. Кристофер понимал, что в разводе родителей ничего не может устраивать, но знал, что они ещё не достаточно близки, чтобы говорить о таком. — Кажется ты умелый водитель. Отметил Крис. — Мне нравится это чувство, как будто времени не существует. Ты наверное никогда не разгонялся до скоростей, на которых всё вокруг размывается. Хван сжимал руль одной рукой, а другую держал у окна. — И часто ты так гоняешь? Задал естественный вопрос Чан. — Хах, а что? Смеялся Хван, уголок его губ приподнялся. — Знаешь, это опасно, ещё и мотоцикл. — Мотоцикл? Как ты понял, что он мой. Задал вопрос Хёнджин. — Очевидно, все студенты достаточно обеспечены, но на такой мотоцикл хватит не каждому, к тому же богатые люди берегут жизни своих детей и себя, у всех личные водители. Крис хотел продолжить говорить о своей верной догатке, но резко перестал. — Я не имел этого в виду. Отступил в разговоре Чан. — Не имел в виду, что раз у меня родители в разводе, то в целом им плевать на меня, соответственно водителя нет, иди хоть самолёт купи. В этом роде? Да? Хван продолжил догадку, изуродовав её своим колким характером. — Нет… Я… Уверен они любят тебя… И… Крис хотел что-то добавить, как услышал. — Ты сейчас так смотришь на меня, как родитель на ребёнка, чью веру в Санту только что разбили. Это факт, им не до меня сейчас. И это нормально. Резкий поворот, Криса ударило об окно и он непроизвольно ахнул. — Для этого и нужны ремни безопасности. Продолжил Хван. — Но ты сам не пристегнут! Восклицал Чан. — Мы на месте. Двери авто разблокировались. — С тебя 22 000 вон. Также холодно продолжал Хван. Его глаза напоминали рисунок, тёмные и узкие. Кристофер сразу начал искать деньги. — Хаха, ты правда интересный. Засмеялся Хёнджин. — Иди давай, я денег за такое не беру или я похож на такси? — Спасибо, зайдёшь со мной, ты всё равно уже не успеешь на пары. С меня кофе. Договорив, выбежавший староста, влетел к себе домой. Новый друг старосты не сильно спешил, он припарковал машину, а затем вышел из неё. Достав из пачки сигарету, юноша выкурил её, параллельно разглядывая местность. — Дом на окраине, с двух сторон только лес. Как он вообще на пары успевает? Заметил одногруппник.