Дни неудачников

Шумная толпа шестиклассников, едва не сбив с ног остальных учеников, проносится по коридору и с ликованием затихает только за порогом главного входа. Старшеклассникам же напротив предстояло еще пережить урок физкультуры, который по расписанию стоял самым последним. На без того уставших и сонных лицах школьников появлялось кислое выражение при одном упоминании целого часа физических упражнений. В течении всего дня Ричи не оставлял попыток подстегнуть Эдди на то, чтобы по тихому свалить с ненавистной физкультуры. И это ему удалось. Черт знает почему. Наверное, Ричи единственный кто имел особый дар убеждения и непоколебимый Эдди вынужден был в конце концов сдаться под его напором. Парни спустились на первый этаж, но тут Эдди останавливается и к удивлению своего друга идет совершенно в другую сторону. — Ричи, мне нужно в библиотеку заскочить, — бросает он на ходу. — Да ты издеваешься, Эд! Какая еще нафиг библиотека?! — Не гунди, я мигом! Бормоча под нос ругательства, Тозиер запрыгивает на ближайший подоконник и смиренно остается ждать. В библиотеке царит атмосфера тишины и покоя. Эдди тихо прикрывает за собой дверь, воздух здесь наполнен пылью старых книг и знакомым запахом древесины. — Здравствуйте, — здоровается парень с взрослым мужчиной, волосы которого давно выцвели и имели теперь седой оттенок. — Привет, Эд, — библиотекарь был явно рад видеть этого завсегдатая. — Как книга? Неужели прочел? Подросток кивает и кладет увесистую книгу в обветшалом переплете на лакированный стол перед мужчиной. — Ну и как, — интересуется он, — понравилось? — Да, спасибо, что посоветовали мне этого автора. Я заскочу к вам на следующей неделе. — Конечно, приходи, Эдди, — на морщинистом лице появляется добродушная улыбка. Библиотекарь берет книгу и скрывается за деревянными стеллажами. Подросток двинулся к двери, как вдруг замечает Денбро. Тот сидит сгорбившись над учебниками и что-то быстро записывает в своей толстой тетради. Тогда в голове Эдди родилась коварная мысль: затаить дыхание, подкрасться сзади к Денбро и немножко вспугнуть… — Палишься, Эд. Я тебя видел. Строгий тон друга застает Каспбрака врасплох и он замирает на месте с приподнятыми руками, как идиот. — Не пойму, у тебя что, глаза на затылке растут. — Нет, просто чуйка, — отвечает парень, не отрывая взгляда от текста. — Почему ты не идешь на урок, как остальные? — спрашивает его Эдди, пытаясь заглянуть в конспект одноклассника, но из-за макушки у него это никак не получалось. — Да вот, н-нужно дописать кое-что по истории… — Уильям делает вынужденную паузу, разминая свои болезненно ноющие от напряжения суставы пальцев. — А ты.? — А мы с Ричи решили прогулять физру. — Значит, вы с Ричи? — Билл таинственно усмехается и снова возвращается к конспекту. — Чего ты улыбаешься? — Да нет, просто в п-последнее время я то и дело замечаю вас только вдвоем. — На что ты намекаешь, Денбро? — Эдди скрещивает руки на груди, искренне не понимая, что тот имеет в виду. — Ни на что, Эд, — спокойно, даже слегка устало произносит Билли и впервые за весь разговор поднимает глаза на Каспбрака. — Сказать по правде, это довольно мило, что вы так здорово ладите между собой, н-невзирая на то, что вы полная противоположность друг другу. *** Прохладный ветер с шуршанием перебирает лежащие в ногах листья и напоследок касается темных волос юноши. Тот зябко поводит плечами, с некоторым сожалением вспоминая о былом тепле, которое с наступлением осени куда-то бесследно исчезло. Идея посвятить вечер на берегу озера и увидеть закат, увы, увенчалась неудачей. Застланное плотным слоем облаков небо не давало никакой возможности пробиться слабому солнечному свету. — Блядство, — с горечью в голосе констатирует Ричард. Обведя взглядом этот унылый пейзаж, Эдди поворачивается в сторону Тозиера и пихает того в плечо. — Да ладно тебе, Тозиер. Не кисни как девчонка. Подумаешь, закат не увидели. Эдди слегка посмеиваясь, ожидает ответной реакции от своего одноклассника. Однако Ричи лишь отмалчивается. Он по-прежнему где-то далеко, в своих мыслях, о которых он, судя по всему, не собирается никого посвящать. Впервые за долгое время дружбы, Эдди испытывает чувство неловкости от застывшей в воздухе ауры гнетущего молчания. Тонкая полоска света постепенно растворяется, отчетливо слышится запах грядущего осеннего дождя. От долгого пребывания на холоде незащищенные пальцы, которые Каспбрак пытался согреть собственным дыханием, начало пробивать дрожью. — Замерз? Теплая рука Тозиера слегка касается руки Эдди. От такой неожиданности и не подразумевающего ничего такого под собой прикосновения, Эдди все же чувствует под сердцем волнующий толчок. — Т-ты чего, Ричи?! В ответ Ричи лишь улыбается и протягивает свои перчатки. — Надень. И погнали домой, пока не стемнело, — говорит он, попутно поправляя свои очки. — А то мамка заругает. Лишь по возвращению домой ребята слегка приободренные, больше не чувствовали той прежней скованности. Ричи идет и с болезненной гримасой почесывает свой затылок, как наказание за отпущенную им неуместную шутку в адрес Каспбрака. — Не жалеешь? — О чем? — разворачивается к нему Эдвард. Тозиер отводит взгляд в сторону и как-то виновато переминается с ноги на ногу. — Что пошел со мной сегодня. — Конечно нет, дурак, — без тени сомнения отвечает Каспбрак и затем решается добавить: — Знаешь, Билли недавно сказал мне, что то, как мы с тобой ладим это… это мило. — Он прямо так и сказал? Эдди согласно кивает и нервно прикусывает губу, пока Ричи задумчиво потирает подбородок и неоднозначно хмыкает. — Ну, значит ему виднее, — уклончиво отвечает парень, пряча руки в карманы. Эдди замирает и пристально смотрит на друга, надеясь, что тот скажет что-то еще. Несколько секунд Ричи стоит молча, затем наклоняется, и Эдди чувствует мимолетный словно дыхание поцелуй на своем лбу. Ричи отстраняется, не спуская глаз с юноши, который теряясь в нахлынувших на него ощущениях, жаждет сейчас только одного — провалиться от стыда под землю. — …Зачем ты это сделал? — Извини, я подумал, что это мило, — невинно произносит Тозиер и ради собственной же безопасности делает шаг назад. — Твою мать, Ричи, — шипит подросток и все сильнее заливается краской, — ты в своем уме?! По-твоему это мило? — Ну, судя по тому как ты засмущался, думаю — да. Покрасневший чуть ли не до самих кончиков ушей, Каспбрак обиженно отворачивается и так и не найдя ничего, чтобы сказать в ответ, скрепя сердце бурчит: — Дурак, ты, Тозиер.