Вспомни, моя королева

Вспомни… Вспомни… Как ты любила… Обоих!       Над замком нависает всё тот же туман, но твои воспоминания просачиваются в настоящее, как кровь, что вспарывает всю эту ложь прошлого — нож. Такой родной и такой равнодушный, и это лезвие заставляет всю боль струится по каменным стенам, заставляет тебя вспомнить как ты…       Он был первым: другом, союзником… Тем, кто до безумия был влюблён в твой профиль, в пряди твоих непокорных волос, что смешивались с его, стоило вам встать друг к другу немножечко ближе…       Он был первым, кто: поддерживал все твои идеи, твои озорные игры, да и прочие выходки тоже. Он был: больше, чем брат, роднее, чем собственный дом. Пусть говорили, что он лишь пленённый мальчишка, но ты знала, что он мог бы заполучить трон. Ведь отец его был царём, а значит и в его венах текла царская кровь, которой нет горячей ничего. Ты знала, как бывало он говорил о том, какой холод окутывал замок, что возвышался в долине речной, где всюду сугробы и так нескончаема ночь. Не оттого ли сердце твоё замирало, представляя, как вместо зноя — лёгкие наполняет холодный воздух. И как в комнатах скользят и будоражат кровь — колкие ветра порывы. Как вдруг к обнажённым плечам прикасаются руки, нежнее, чем самый изысканный шёлк в покоях знатной принцессы. А потом…       Нет, конечно же ты обрываешь подобные мысли, тебе ведь только шестнадцать недавно исполнилось. Наскоро заплетаешь на ночь непослушные косы, представляя, как они смешиваются с локоном рыжих волос. Засыпаешь, и во сне тебе снится, как уверенно ступаешь среди зимнего леса, навстречу своей судьбе…       За окном нависает всё тот же туман, но нож по-прежнему не отпускает из своего плена. — Какую тайну ещё ты хранишь, дева? — скандируют стены и грохотом доносит по всем комнатам гром. — Помни, ведь ты королева, но кто твой король? — скандирует ветер и стирает с щёк твоих воду. — Кто твой Rege, Rege, Rege?..       Он был вторым: другом, союзником… Тем, кто был холоден внешне, но каким огнём было наполнено сердце его, когда ваши взгляды, как шпаги, скрещивались.       Он был вторым, кто: нуждался в твоей поддержке, кому ты подарила души своей свет, прогнав безутешную боль. Он был: далёкий для всех, но близкий тебе одной. Пусть говорили, что он лишь пленённый мальчишка, но рядом с тобой он словно бы не был чужой. Но о своём доме он не рассказывал ничего, и ты не могла представить какого бродить, пусть даже в мыслях, в чужих владеньях. Но отчего тебе кажется, что там просачивается знакомый холод, но наполненный ужасом и беспричинной враждой?! Вот он обхватывает твои дрожащие плечи и превращается в человека… В того, кто мог бы стать королём этого тёмного царства. А потом…       Ты заталкиваешь эти мысли в самый дальний уголок, прячешь укромно на дне души. Заплетаешь заново косы, незаметно вплетая пряди чёрного цвета, стремительно засыпаешь. И тебе снится, как сквозь тьму ты стремительно пробираешься, и стремишься к судьбе своей… Дальше… Дальше… Моя королева. Скажи, где же твой король?!       Тебе восемнадцать и нет больше смысла запирать свои мысли, пора подвести итог.       Они оба: тот, что первый, и тот, что второй — сейчас пред тобой, но выбрать, увы, невозможно. Не оттого ли спустя столько веков история ваша возвращается вновь, пора бы закончить сказку. Вернуться в прошлое, чтобы настоящее было завершено.       Сбежать с одним, но оставить другого?! Твоя ошибка заключается в том, что невозможно отделить одного от другого. Вспомни, как всё изменилось, после твоего становления взрослой.       Его волосы ещё сильней смешиваются с твоими, а руки сжимают в горячих объятьях. И то объятья не брата и даже не друга, теперь в них проступает иное. До дрожи приятное, лишь только ты скажешь «да» и он увезёт туда, где бессчётное время превращается в снежную даль. — Ах, моя королева, — прошепчут его уста, когда ты снимешь последнюю золота нить и отбросишь тяжёлое платье. Ощутишь, как холод окутывает с головы до пят, но кончики пальцев обжигающе горят на твоих позвонках. Ощутишь, как пленительно звёзды в очах горят, как на губах растекается вашей любви терпкий яд. Он накроет тебя собою, украдёт у холодного ветра, поведёт за собою или будет ступать за тобой смиренно. А пока… Можно не прятать мысли по разным полкам души. Он что-то шепчет, пусть вьются свечи прямо над головой и пусть уплывает вечер в вечер иного рода…       Его профиль всё-также бледен, но то как его глаза проникают под кожу, он жаждет услышать «да». И тогда ты окажешь здесь, в этом замке, что не отпустит тебя никогда. И пусть страх подкрадывается впотьмах, но холодней его пальцев нет ничего, как и губ на твоих устах, сползающие по шее. Волосы чёрной лентой свяжут тебе глаза, и ты окажешься на высоте, ощущая, как забирая кровь, он дарит тебе наслажденье. Он что-то шепчет, пусть горгульи увековечены над головой и пусть уплывает вечер в вечер иного рода…       В вечер уже настоящего.       Нет, не бывать развязке, пока выбор не сделал игрок.       Но что, если и он не сможет три судьбы, что слились в одну, выбором разрубить навечно?!..