Таблетка

Он ожидал увидеть все на свете, заходя в ту дверь. Вернее, он уже ничего не ждал. Всего лишь изо дня в день доставлял дурацкие зелья и лекарства людям, в числе которых значились и министры, и писатели, да даже профессора. Поттер, однако, не был ни одним из перечисленных. Что могло заставить героя Британии улечься на пол, Драко не думал. Он вообще старался о Поттере не думать — слишком затягивало. Просто подорвался с порога и ввалился в пыльную квартирку, пристроив заказные лекарства на стол. То, что на полу Поттер, Драко понял, как только открыл дверь, но в темноте не сразу стало ясно, что глаза у него закрыты. Драко проверил пульс — живет; проверил нос — дышит. Значит спит, облегчённо подумал Малфой и устало потер переносицу. Ему так много времени понадобилось, чтобы забыть и забить, а что сейчас?.. Почему Поттер вечно втягивает его в какую-нибудь херню?! Внезапно тот утробно захрапел и повернулся на бок. Голову прошиб страх, и Драко вскочил на ноги, попутно отряхивая мантию. Быть замеченным не хотелось, а значит пора было смываться. Он свое дело сделал? Сделал. А оставаться в этой убогой квартире с бледными обшарпанными стенами, да ещё и рядом с Поттером, Драко был не намерен. Да, кстати, а что здесь делает герой Британии? Малфой огляделся по сторонам и, не найдя больше ничего, кроме вездесущего бардака, сделал вывод, что, ну, как-то так, наверное, и живёт британская знаменитось: в темноте, духоте и слякоти. Другой вопрос — почему, но Драко тут же вытряхнул его из головы. Каждая новая мысль о Поттере отдавалась сладким покалыванием в сердце, и Малфою это не нравилось. Только не после того, как ему удалось от этого убежать. Ковролин прело сминался под каблуками и, кажется, отдавал плесенью. В воздухе витала пыль. Драко стало тошно оттого, что Поттер лежит лицом прямо в этой грязи, но он быстро отогнал из головы всякую жалость. Все же это не его дело, у Поттера своя жизнь, а у Драко Малфоя — своя. И им точно не по пути. Именно поэтому он должен уйти как можно скорее и забыть о дурацком Поттере раз и навсегда, как делал это и раньше. Ещё раз осмотрев комнату, он отряхнул мантию и повернулся к выходу, как вдруг услышал громкий всхрап. Не успев сделать и шага, нога Драко Малфоя была поймана цепкими клешнями Гарри Поттера. Тот обнял ее словно плюшевого мишку и собирался улечься щекой прямо на дорогущие ботинки. Сказать, что Драко офигел — ничего не сказать. Рвано вдыхая и выдыхая воздух, его рот, наконец-то, захлопнулся, и Драко возмущённо потянул ногу на себя. А Поттер присосался к ботинку и потянул к себе, подумать только! Аврор был сильным даже во сне. — Это моя нога, придурок обдолбаный! — прорычал Малфой и резко вывернулся из захвата. Впрочем, тут же об этом пожалев. Недовольно хрюкнув, Поттер перевернулся на спину и распахнул глаза. Принял сидячее положение, болезненно простонал и уронил голову в ладони, начиная растирать лицо. Проснулся. Сердце Драко бухнуло вниз и продолжило молотить уже где-то в желудке. Он оторопело понимал, что вот-вот Поттер заметит его и убьет, в лучшем случае. Знаменитости они такие — даже разбираться не станет, что бывший пожиратель делает у него в квартире посреди ночи, просто заавадит, Драко был в этом уверен. Но Поттер, кажется, оттягивал момент. Снова нелегко вздохнув, он зажмурился, выгибая спину, и безжизненно уставился перед собой. И вот тут его глаза захлестнул ужас. — Твою ж!.. — Поттер пьяно дернулся, завалился на бок и безумно выпучил глаза, пытаясь сфокусировать взгляд. — Ты… Малфой, ты… чего тут?.. Драко надеялся, что не меньший ужас в его глазах не виден в темноте. — Лекарства… Дверь была открыта, я зашёл, а тут… Впрочем, не важно, — он притворился, что поправляет рукава и воротник, пряча дрожь во всем теле, — Я уже ухожу, Поттер. Не беспокойся. Быстро координируясь, Драко дернулся было к выходу, как вдруг в его ногу снова вцепились пальцы. Да Мерлиновы носки! Его конечности когда-нибудь оставят в покое?! — Ма-алфой, — пьяно протянул Поттер и от этого у Драко на шее выступил пот. — Ма-алфой, какие лекарства? Ты бредишь? — Те, что ты заказал, придурок! — Драко обернулся на лежащего у его ног Поттера, стараясь заглушить раздражением тупое желание помочь, — И единственный, кто тут бредит, так это ты. Ты что, пьян? Поттер блаженно прикрыл глаза и глупо рассмеялся. — Да ты прямо как нянечка в детском саду! А если и пьян, что, отхлопаешь по попке? Драко стоило усилий игнорировать жар прошедший волной по спине. Какого хрена он все ещё тут?! Надо валить. Подальше от плесени, перегара и задницы Поттера. — Да ты, я смотрю, само остроумие, Поттер. Отпусти мою ногу, я ухожу. Поттер икнул. — Нет. — Я сейчас силой вырву, отпусти я сказал! — Драко подавился воздухом от такой наглости. — Неа-а. У Малфоя закипали мозги. А смотря на сонного пьяного Поттера под ногами, и не только мозги. Сколько они не виделись? — Что тебе от меня нужно? — Драко тяжело вздохнул, приседая на колени, так и не вырываясь из рук ликующего Поттера. Глядя на его улыбку, Малфой позволил улыбнуться и себе. Можно ненадолго расслабиться — все равно грифиндурок черта с два вспомнит, когда протрезвеет. — Мне скучно, — честно признался Поттер и лукаво глянул в глаза Малфою, полностью укладываясь у того на ноге. — Слушай, Малфой, оставайся, мы ж так давно не виделись! — Да будто бы тебе хотелось, — усмехнулся Драко, окончательно утопая в паутине по имени Поттер. Его миссия «свалить и забить» с треском провалилась. Поттер фыркнул. — «Будто бы»… Ты такой зануда, Малфой! А может и хотелось! На миг из груди вышибло весь воздух и Драко показалось, что его оглушили. Но он вовремя напомнил себе, что на пьяную голову Поттер будет говорить только всякую чушь. Он тяжело вздохнул. — Тебе удобно-то, на моем ботинке лежать, а? — Драко невольно расплылся в улыбке. В затуманеных алкоголем глазах проскользнуло осознание и Поттер вяло то ли рассмеялся, то ли закряхтел. — Вообще-то не совсем, ты прав, надо вставать! — революционно воскликнул он и одним рывком вскочил на ноги. Вернее, попытался вскочить. Гравитация тут же потянула его обратно на пол. — Поттер, ты!.. — Малфой поймал его на лету, взяв под руки, — Ты пьян в хламину. Ради Мерлина, не расшиби себе последние конечности, хотя бы, пока не протрезвеешь. — А мне не нужны кончн-ик-нсти… И все остальное. Малфой противно скривился. — Уверен, они нужны твоим фанаткам. Драко подтолкнул Поттера к старому кожаному креслу в углу комнаты и тот плюхнулся вниз, поднимая в воздух клубы пыли. Из груди вышибло кислород и Драко зашелся кашлем, размахивая пыль вокруг. — Поттер! Что за дрянное место? Ты что тут вообще делаешь? — снова отряхивая одежду, Малфой махал руками по сторонам, указывая на пыльную однокомнатную квартирку. Он даже не подумал о том, что его теперь ничего не останавливает от того, чтобы уйти. — Живу. — просто ответил Поттер, откидывая голову на кресло и блаженно застонал, разминая затекшую шею. Малфой смотрел на него не отрывая глаз. — Что значит живёшь? — То и значит, — Поттер ерзал по креслу с закрытыми глазами, давая мышцам хорошенько отдохнуть на мягких подушках. — Сплю, ем, курю, пью… — Это я понял. — Драко рассматривал, как свет луны падает на каждый шевелящийся мускул шеи Поттера и пытался дышать. — Я имел в виду где же твои геройские хоромы, замок, может… — Нету. — он потянулся и зевнул. — Не знал, что у тебя все так плохо. Поттер перестал ворочаться и широко распахнул глаза, уставившись на Малфоя. Драко волновало, что все его убеждения насчёт героя медленно, но верно разрушались, но больше всего ему не давали покоя зелёные глаза, что теперь горели в свете ночного фонаря. Наверное, Поттер и не подозревал, насколько сейчас красив. — Малфой, ты застыл. — Нет, не застыл, — Драко отшатнулся от кресла с Поттером, потому что, кажется, ещё чуть-чуть и он бы сделал шаг навстречу. Нельзя, нельзя забывать, что все это полная чушь! В трезвом виде Поттер бы и в жизни с ним не заговорил, а то, что он сейчас пьян, только усложняет ситуацию. Потому что Драко трудно себя в чем-то уверять, когда Поттер такой открытый впервые в жизни! Будто услышав его мысли, Поттер улыбнулся, отчего у Драко по телу разлилось тепло. Стало страшно и волнительно одновременно. — Слушай, Малфой, будь добрым, достань огневиски из ящика. Я сам, боюсь, не встану. Драко окинул взглядом стол обставленный пустыми бутылками и банками в паре метрах от них и отрицательно помотал головой. — Тебе нельзя больше пить, Поттер. Ты же завтра просто не проснешься. — Проснусь! — Даже если так, я не позволю Национальной Гордости спиваться в два ночи в какой-то дыре посреди Лондона. Ну-ка сядь! — приказал Драко, когда Поттер протестующие попытался встать за бутылкой. Тот недовольно надул губы и уселся обратно в кресло. Кажется, Драко пропустил момент, когда начал заботиться о здоровье шрамированного гриффиндорца. — Может, все-таки расскажешь, почему ты тут? — Малфой решил, что лучше отвлечь Поттера и перевести тему, и уселся на старый табурет рядом. Похоже, внимание Национальной Гордости на миг рассеялось и он с шумом втянул воздух носом. — Нечего рассказывать. Что ты хочешь услышать? Я купил эту квартиру как только ушел из дома. — Из дома? — До этого сверлящий взглядом улицу за окном, Драко удивлённо вытаращил глаза. — Из дома. — Поттер вздохнул и забормотал себе под нос, — Мы разошлись, не мог же я ее ни с чем оставить. Можешь считать — комплекс героя, вот и ушел. А мне-то много места не надо, я тут как бы и сам… — Притормози, Поттер. Что значит разошлись? С кем? — в голове стучали барабаны. То ли от его искренности, то ли от осознания, что Поттер свободен. Драко мысленно лупил себя за ликование на этот счёт. — С Джинни. — устало выдохнул Поттер и вопросительно поднял бровь (Когда только успел научиться?), — Малфой, об этом трубили, кажется, все издания страны. Ты что, газет не читаешь? Нет, газеты Драко Малфой читал. Вот только как сказать Поттеру, что после школы он старательно избегал любого очерка, письма, новости о нем? Драко в этом не признается, да и зачем? — Я не твоя фанатка, Поттер, твоя личная жизнь меня не интересует, — сказал он, хотя у самого сердце так и наровило выскочить из груди прямо в теплые руки Героя. — Ну да, конечно, — Поттер непонятно то ли улыбнулся, то ли скривился и запустил руку себе в волосы — его привычка, от которой у Драко пересыхало во рту. Может когда-то и он сможет потрогать… Так нет. Это уже слишком. Сколько можно ворошить давно забытое? Вернее, почти забытое, но безнадежно крепкое и сильное. «Всего лишь глупая влюбленность! Глупая школьная влюбленность!» — повторял у себя в голове Драко. — Ты не дашь мне выпить, да? — голос Поттера вывел его из наваждения, и Малфой болезненно покосился в чуть загорелое лицо. Пьяный Поттер без очков теперь будет сниться ему в самых мокрых снах. Снова. — Нет, — уверенно ответил он, твердо решив уходить, поскорее и навсегда. А если Поттер напьется, так пусть уж сам, Драко не будет винить за это себя. Однако, вопреки волевому решению, Малфой так и не сдвинулся с места. — Зануда, ты, хорек! — вспомнил гениальное прозвище Поттер и потянулся, чтобы встать с кресла. На возмущенный взгляд Малфоя он примирительно вскинул руки, — Спокойно, пить не буду. Буду другое… — и, пьяно покачиваясь, двинулся к цели. Подойдя к столу, Поттер демонстративно медленно наклонился и вытащил с обратной стороны столешницы прозрачный пакетик с белыми таблетками. Драко пару секунд разглядывал глянцевый целлофан пока до него не дошло. В его ушах зазвенело, и тело прошиб леденящий страх. — Ну, нет! — он вскочил с табуретки и угрожающе двинулся к столу. — Поттер, не смей… — Так, слушай, Малфой, не бузи, а? Ты мне вообще кто? Няня? Мама, Папа? Муж? Очень сомневаюсь, — он нахмурился и попытался открыть пакетик, — Тебе, вон, даже моя личная жизнь не интересна! — невесело хмыкнув, Поттер со злобой вскрыл целлофан, доставая оттуда пару таблеток. — Поттер, это уже не шутки. Я знаю эту маггловскую дрянь! Тебе это не нужно! — Драко ринулся с места, в желаниях порвать и пакетик с таблетками, и грифиндурка заодно. — Да откуда ты знаешь?! — Поттер тут же дал деру и не попал в руки Малфою. Но тот уже не на шутку взбесился и бросился за ним. Проскользив под столом и добежав до кровати, Поттер присел на тумбу. Драко, в два шага его нагнав, успел выхватить из рук Поттера уже пустой целлофан. В его крови мешался дикий страх с безумной злостью, пока, окончательно захмелевший Поттер, ехидно ржал где-то в другом конце квартиры. Эта долбаная пьянь его доведет! Терпение Малфоя стремилось к нулю и он в один момент махнул через стол, подскочил к гриффиндорцу со спины, ухватил за руку и оттолкнул к креслу. Поттер с глухим стоном упал на мягкое сидение. — Слушай сюда, грифиндорский полудурок! — закипал Малфой, нависая сверху и сжимая ногами колени угорающего Поттера, — Я не позволю тебе, гребаному Национальному Достоянию, жрать долбаную наркоту, только не при мне, ты меня понял?! Ну-ка, отдавай, живо! — выплюнул он в лицо Поттера. Тот хитро сверкнул лунными глазами и растянул губы самой ехидной ухмылкой — Попробуй отними! — ликующе прошипел Поттер и рванул левой рукой ко рту. Малфой перехватил его за запястье и прижал к подлокотнику кресла. Поттер недовольно нахмурился и дёрнул правую руку с таблеткой ко рту, но Драко перехватил и ее, все больше наклоняясь к лицу, к зелёным глазам. От осознания, насколько сейчас их губы близко Драко била дрожь, тело бросало то в жар, то в холод, но он продолжал прижимать руки и ноги Поттера к креслу, сам не понимая, как все ещё держит контроль. Главное, что Поттер не съест наркоту, пока он его держит. Пуговицы на рубашке Поттера расстегнулись, на шее ходил каждый мускул, который Малфой с удовольствием бы попробовал на вкус. Драко смотрел, как тяжело дышит Поттер. Как его приоткрытый рот вдыхает и выдыхает воздух. Как язык блестит в свете луны, а зелёные глаза волочит синим и чем-то темным и животным. Он моргал, тяжело дышал, неотрывно смотрел на Поттера и умирал. Внезапно губы напротив растянулись в ухмылке и Поттер победно хмыкнул. — Ты проиграл, Малфой, — шепнул он в самые губы Драко, и тот увидел, как из-за щеки гриффиндорца показалась белая таблетка. — Черта с два я тебе проиграю, Поттер, — прохрипел Малфой и поддался вперёд что есть силы, впиваясь в губы Поттера своими. Сердце с грохотом взорвалось тысячью петард, а ноги подкосились. Предательская волна сладкой дрожи пронеслась от груди до паха, и Драко стоило усилий, чтобы не застонать. Он одним движением ворвался языком внутрь, нашел злополучную таблетку, забирая к себе в рот. Разорвал поцелуй и, тяжело дыша, выплюнул ее на пол. — Победил, — выдохнул он, прижимаясь горячим лбом ко лбу. Его била дрожь, а ноги слабели и слабели с каждой секундой. Вот-вот и Драко просто упадет Поттеру на колени. Поттеру, чьи глаза потемнели, а зрачки затопили радужку. — Победил… — повторил Малфой, на самом деле понимая, что проиграл уже тогда, когда вошёл в эту дверь. А мысль, что он совсем не прочь проиграть в этот раз, пронеслась в голове словно последняя пуля, потому что Поттер дёрнул его на себя, окончательно утягивая в омут. Драко чувствовал как подогнулись ноги, а когда Поттер раздвинул его губы своими и жадно ворвался языком внутрь, бессильно упал тому на колени. В мире больше не было ни пыли, ни луны, был только Поттер и его губы. Обхватив Драко за талию, Поттер перебрался с губ на щеку. Поцеловал за ухом. Толкнувшись бедрами в твердый член Малфоя, впился в шею, и Драко застонал. Он был готов кончить прямо сейчас, просто от поцелуев, только потому что Поттер, Поттер его целовал, а Драко впивался руками в его волосы, так, что трещали костяшки. Он трогал волосы Поттера, уши, скулы, щеки, шею, губы, все больше утопая в запахе сигарет и горького виски. Он так давно этого хотел, сколько бы не убегал, всегда хотел! Снова находя губы Поттера, Драко качнулся бедрами вперед что есть силы, подыхая от возбуждения. Хотелось ближе, больше, сильнее! Потому что, Мерлин, член Поттера и его собственный разделяли только дурацкие штаны! — Малфо-ой, — застонал Поттер, выгибаясь дугой на кресле, лишь бы сократить расстояние, лишь бы избавиться от мешающей ткани. — Малфой… Драко… пожалуйста, — шептал он как во сне, как в самом лучшем сне. Почему Поттер целовал его так сильно и жарко? Как они оба к этому пришли? Кто это все позволил? Драко уже не знал, не помнил, не хотел. Он хотел Поттера, нестерпимо и давно. И он срывал сейчас с него рубашку, вел ладонями по его ключицам, по груди выжигая каждую клеточку его тела, и толкался бедрами так пылко, так горячо, чтобы навсегда. — Можно? — Драко не узнавал свой осипший голос, но быстро на это наплевал, потому что Поттер нетерпеливо выгнулся навстречу его протянутой руке. — Пожалуйста… — простонал он и положил ладонь Малфоя себе на ширинку. Драко нащупал рукой стояк Поттера — его руки онемели от возбуждения. Он рванул дурацкие пуговицы с петель и провел ладонью по всей длине, вызывая у Поттера гортанный стон. Драко боялся не выстоять. Боялся заживо сгореть, смотря как Поттер стонет и задыхается, откровенно толкаясь в его руку. Боялся что свихнется, но не оторвёт взгляда, потому что Поттер был, чертовым совершенством. И сейчас это совершенство принадлежало ему одному. — Поттер, ты, тоже… — Драко наклонился к любимым губам, впитывая в себя каждый стон, каждый толчок Поттера. — Возьми. — прошептал Драко в губы Поттеру, и тот нетерпеливо стянул вниз малфоевские брюки, что со звоном бухнули на пол. Драко тёрся пахом о руку вздыхал, стонал и просил ещё сильнее, больше, только для Поттера. Только для Гарри. — Так стонешь… Не могу больше. Малфой, Драко, я сейчас…— Поттера взяла мелкая дрожь, он выгнулся дугой и в последний раз всхлипнув кончил Драко в ладонь, а тот, ощущая как рука наполнилась теплым и липким семенем, не в силах поверить, что все это правда, простонал Поттеру куда то за ухо кончил следом, испытывая, наверное, самый сильный оргазм в своей жизни. —Малфой… — Поттер вяло уставился лбом куда-то в плечо Драко, продолжая копошить пальцами у того на спине. Он гладил его шею, грудь, живот, словно Малфой был самой дорогой вещью, что есть у Гарри. И от этой призрачной надежды Драко затапливала нежность. Гарри пах сладко и горько одновременно, и Драко прижимался ближе, в теплоту, пытаясь вобрать все, что только чувствует. — Поттер. — улыбнулся он. — Что? — улыбнулся в ответ Гарри. — Протрезвел? — Думаю, почти. Драко неприятно кольнуло в сердце. Теперь Поттер вменяемый. И как только он поймет, что сделал, тут же взбесится. — А наркота? Успел, съесть все-таки? — Не съел. — Гарри вело. Он выцеловывал на шее Малфоя никому непонятный узор и зарывался носом под взмокшую рубашку. Почему Поттер это делает? — Но ты под кайфом? — Драко выдавил из себя вопрос, потому что его тоже вело. Он решил ловить каждый миг и отпечатывать его в памяти навсегда. — Да-а. Пелена спала с глаз, и Малфоя вдруг передернуло, и он отшатнулся. — Поттер, не делай из меня идиота. Тот ничего не отвечал, только продолжал притираться, то здесь, то там, руками и ногами. — Ты знаешь, почему от меня ушла Джинни? И Драко снова передёрнуло, вот только теперь ещё и как будто ударили по голове. Реальность обрушилась как гром среди ясного неба. После всего, что сейчас… Мэрлин, он идиот! И Поттер, этот, идиот, нет, придурок! Ну, конечно, он протрезвел. Драко и забыл, что он тут по чистой случайности. На кой черт Поттеру сдался Малфой? Нахрена ему поганый пожиратель? Он любит девушку, она от него ушла, вот он и напился. А Малфой… А Малфой тут вообще не упал! Поттер улыбался, жался к Драко ближе, и ближе, словно это не он сейчас разбивал то ценное и хрупкое, что между ними было. Разумеется, таким оно было для Драко, а Поттеру, была нужна Уизли. Малфой старался убедить рассудок, что все так и должно было случиться. Ожидаемый финал. Вот только сердце больно давило на грудь и сжимало горло в тугой узел. Когда к глазам начали поступать жгучие слезы, Драко попытался слезть. Не хватало ещё расплакаться перед Поттером, только не сейчас, но тот его внезапно прижал за талию. — Почему? — воскликнул Малфой, сам не понимая о чем спрашивает. Однако Поттер, с закрытыми глазами мечтательно вел носом по его скуле, нежно шептал в ухо и воспринял это по-своему — Она не смогла вынести моей зависимости. Драко остолбенел. Ему стало противно до тошноты. Мало того, что он сейчас должен выслушивать его пьяный любовный бред, Поттер ещё и про наркоту рассказывать собрался? Он что, давно этим занимается?! — Так может пора бросать алкоголь и наркотики? Заживешь, как нормальный человек, не будешь прожигать жизнь попусту, Поттер, и вернётся к тебе твоя Уизли! — Малфой зло дернулся, но его снова обхватили руки Поттера. Драко почувствовал себя собственным же ботинком — Поттер его вот так же тянул на себя час назад. — Да не нужна она мне! — Гарри счастливо улыбнулся и потянулся к губам Малфоя, но тот его упрямо оттолкнул, — И я не наркоман, Драко. — Ты сказал, что она не смогла вынести… — Драко сам не знал, зачем продолжал ненавистный разговор, но Гарри вдруг рассмеялся и снова настырно потянулся к Драко, взяв его лицо в руки. — Придурок! Малфой это ты! Ты – мой наркотик. Ты — моя главная зависимость, всегда так было. Гарри широко улыбнулся, а Драко словно шибанули по голове. Уже в который раз за сегодня. Он неверяще взглянул на Гарри и, встретившись с честным зелёными глазами, не смог сдержать вздох облегчения. Ведь, что поделать, сколько бы он не бегал, Поттер всегда был и его главной зависимостью. — Придурок, — только прошептал он и потянулся за поцелуем, даже не подозревая, что утром эту комнату зальёт солнце, впервые за последние пару недель. А заказанные Гермионой лекарства и злополучная таблетка от бессонницы из Франции так и останутся лежать на полу, сделав свое дело.