Зарисовки Макаки-писаки

Ты пришла на поляну, где обычно тренировалась. Сейчас была зима, глубокие сугробы и температура -45°C. В тебе накопилось слишком много, и ты не знала, как и куда это всё выпустить. Поэтому пришла в одиночестве, без тёплой одежды на поляну. Вот только ты не заметила одной делали: кое-кто за тобой следил за тобой сейчас. Ты рвала и метала, крушила и разрушала… Несколько часов ты истощала запас твоих сил… От заснеженной поляны с множеством высоких деревьев почти ничего не осталось… Было ощущение будто на поляну сбросили бомбу. Когда силы кончились, все мышцы, кости и тело ныли, ужасно болели и ломились от такой нагрузки, ты обречённо упала на колени… Обеими руками схватила себя за волосы и стала громко кричать, срывая голос… Из глаз градом катились слёзы… Твой голос был очень громкий и затихал лишь на пару мгновений, когда весь воздух из лёгких выходил… Ты несчадно срывала голос в этом крике… На душе накопилось много дерьма, а выговориться некому… и ты решила, что последним твоим пристанищем станет место, где ты могла быть сама собой… Через некоторое время душераздирающих криков твой голос умолк, так как ты его окончательно сорвала… И теперь это был безмолвный крик боли и страданий… Человек, что наблюдал за тобой, положил руку в области сердца и сжал её в кулак. Из его глаз редко катились слёзы, от понимания сколько боли ты несла в себе, ни разу при этом не выговариваясь никому… Ты устала сидеть на коленях, поэтому упала вперёд, свернулась калачиком, продолжала реветь и надрывать голос в безмолвном крике… Немного успокоившись, ты закопалась под слоем снега и продолжала реветь… Тот кто смотрел за тобой больше не стал этого терпеть и пошёл доставать тебя из этого глубокого омута страданий… Он откапал тебя и стиснул в крепких объятьях… Ты потеряла сознание от холода и усталости, поэтому и не запомнила, что тебя откапали из-под снежного одеяла…

***

Первое, что ты чувствуешь, когда приходишь в себя так это то, как ноют и как будто горят огнём все мышцы. После в них чувствуется ноющая боль. Дальше о себе дают знать лёгкие — колющая и морозная боль. Сильная сухость во рту. Тебе до сих пор холодно, хоть на тебе и лежат несколько слоёв тёплых одеял. Ты открываешь глаза и сразу понимаешь, что потолок хоть и похож, но это не твоя комната. Поворачивая голову, в слабом свете помещения замечаешь столь знакомый чёрный «ёжик» волос. Отвернув голову обратно к потолку и с трудом начинаешь говорить. — Зачем ты принёс меня сюда? — твой слабый, очень хриплый, из-за долгих криков и холодного воздуха, голос заставил вздрогнуть парня. Он потянулся к графину с тёплой водой, что стоял на тумбе рядом с кроватью, налил в стакан, приподнял тебя и помог выпить тёплую жидкость. Подождал пока ты откашляешься, посмотришь на него хоть и взглядом дохлой рыбы, но всё же посмотришь на него. — Я не мог тебя там так просто оставить. Я видел, как ты шла туда, я видел, как ты выказывала все свои чувства, я видел всё, но не мог подойти… — его голос был тих, с небольшой хрипотцой, что придавала голосу немного очарования. — Мне было больно смотреть на то, как ты всё держишь в себе, а ещё больнее — видеть, как ты «взрываешься» там… — Всё равно никто бы не хватился меня… Лучшее оставил там и ушёл… Не верю, что такая «ледышка», как ТЫ, способна на какие-либо чувства. — ты хотела уже отвернуться к стенке, но он легонько придержал твой подбородок и чуть больше повернул к себе. — Я способен на них и могу это доказать прямо сейчас. Он накрыл твои губы своими… Это был очень нежный, ласковый, заботливый поцелуй. Он аккуратно сминал твои губы, боясь причинить тебе боль, тебе очень понравился такой поворот событий, ведь за всё время вашего знакомства, ты чувствовала к нему чувства только последние три месяца. Тебе понравилась такая ласка и нежность с его стороны, но тебе было этого мало… Поэтому ты немного подалась вперёд, что бы он не так сильно наклонялся, запустила одну ладонь в его «ёжик» на затылке, прикрыла глаза и приоткрыла рот, говоря тем самым, что хочешь большего. Он понял твой намёк и углубил поцелуй, убирая руку с подбородка и кладя её тебе на щёку, по которой вновь начинала течь слеза. Постепенно из нежного и ласкового поцелуй стал сладостным и страстным. Когда воздух кончался вы остановили поцелуй, меж вашими губами повисла ниточка слюны. Он вновь невесомо чмокнул тебя, немного смяв губы, прислонился своим лбом к твоему и заглянул в твои глаза. Один взгляд, наполненный чувствами, сказал больше любых слов. Слёзы из твоих глаз пошли сильней. Он лишь убрал ладонь с твоего лица и положил её тебе на талию. В твоих глазах появился оттенок жизни. — Если это правда, то, прошу… не оставляй меня… не давай мне вновь закрываться и утаивать всё в себе… Саске… — всё это ты говорила тихо, к концу голос становился всё тише, а его имя ты произнесла почти одними губами. Он присел ближе к тебе и заключили твоё хрупкое и ослабевшее тело в свои объятья. — Обещаю. В объятьях вы просидели несколько минут, пока твои слёзы не перестали идти. После он осторожно уложил тебя на кровать, лёг рядом, укрыл вас обоих одеялами и вновь обнял, поглаживая по голове. Вскоре тебе стало тепло и ты отправилась в путешествие по миру Морфея.