Стены цвета кофе с молоком

— Антон, — тормоша того за плечо сказал Арсений, — Тох, вставай, время обед, — Арсений стянул с Шастуна одеяло и он съежился. — Ааарс, ну спал бы и спал, тебе то что? — вжимаясь лицом в подушку ответил Антон. — Мне через два часа нужно быть на важной встрече. Не оставлю же я тебя тут одного, — Арсений сел на диван к Антону, начав щекотать того за ноги, — вставай и пошли завтракать.

***

      Фильм закончился на позитивной ноте. Антон и Арсений продолжали сидеть весь фильм под одним пледом, прижавшись друг к другу. Было удобно, приятно, а главное — тепло, так что выходить из такого положения не хотелось, но когда после фильма пошли титры, из-под пледа пришлось все-таки вылезти.       Выходя из огражденной территории, Антон восхищался фильмом, а Арсений просто слушал, как тот в подробностях описывает последнюю сцену, которая так поразила Антона. Поток людей направлялся к плотинке и Пассажу, потому что скоро должен был начаться салют в честь дня города. Было тихо, со сцен не доносились шумы, музыка не била по ушам, а люди не толкались и не ломились сквозь толпу.       Идя по Вайнера, где стоит множество разных кафе, магазинов, ларьков, Арсений предложил зайти в Поль Бейкери за каким-нибудь горячим напитком и вкусняшками. Антон никогда не отказывался от вкусностей, так что, предложение принял и зашел в заведение. — Здавствуйте, — Арсений поздоровался с продавцом, что стоял у кассы, — можно два глинтвейна пожалуйста и вот эти пирожные, — Арсений указал на две лимонные тарталетки, — нам на вынос. — Да, сейчас, — милая девушка пробила заказ и достала с прилавка две тарталетки и упаковала их в небольшую коробочку. Следом с кухни ей принести два стакана с глинтвейном в картонных подстаканниках и отдали заказ.       На дворе Август и осень с каждым днем была все ближе, поэтому глинтвейн был вполне себе горячительным и осенним напитком. Антон не стал сопротивляться выбору напитка Арсения и просто стоял и ждал, пока принесут заказ, потому что он был холодным и голодным, можно, наверное, даже так сказать. Арсений подошел к Антону и отдал один стакан. Он достал одну тарталетку и взял салфетку, чтобы не испачкать руки, а коробку со вторым пирожным протянул Антону.       Народу на улице становилось больше, а дышать было тяжелее, потому что рядом тусовалось много подростков, курящих вейп, от которых воздух пропитался дымом и противным сладким запахом. Арсений отвел Антона с Вайнера, на площадку перед Пассажем, где перекрыли дорогу и по проезжей части можно было спокойно ходить. Салют должен был начаться совсем скоро и люди стояли в диком ожидании, смотря на черное небо, где изредка мелькали звезды.       Сидя на скамейке возле реки, с видом на ночное летнее небо и дом Севастьянова, который подсвечивался небольшими фонариками, Антон и Арсений о чем-то разговаривали, пили теплый глинтвейн, ждали праздничный салют, чтобы он поставил точку в этом вечере и они разошлись по домам.       Заветный грохот и первый залп засветился в небе. Аплодисменты, овации и крики людей взбудоражили ночной измотанный город. Дети радовались, взрослые восхищались, а некоторые просто смотрели на все это в гордом одиночестве, уходя внутрь себя. Антон не впервой видит салют, но такой долгий, красочный и огромный он видит впервые. Арсений взглянул на эти полные восхищения и интереса глаза и усмехнулся. — Че ты смеешься? — Антон обратил внимание на ухмылку Арса. — Салют впервые видишь? — Нет, просто именно такой — впервые, — Антон немного засмущался своей детской радости, но от ночного неба, которое украшали яркие залпы, оторваться не мог. — Хм, какая оказывается мелочь, может заставить человека радоваться, — Арсений сказал это тихо, но Антон услышал эту мысль и отчетливо ее запомнил.       Пятнадцатиминутный салют закончился и народ хлынул по домам, а некоторые оставались праздновать. Арсений вызвал такси, так как выпил и был уставший, поэтому за рулем ехать не вариант. Конечно о том, что Антон сегодня поедет к нему, он не сообщил и собирался это сделать тогда, когда подъедет машина. — Тох, — Антон обернулся и посмотрел на Арсения, который до сих пор допивал свой глинтвейн, — сейчас дорога к твоему дому перекрыта, а в метро народу больше чем на поверхности, так что поедем ко мне. — А…- Антон не сразу понял данное предложение, но осмыслив, продолжил, — неудобно как-то. — Да не, норм все, — Арс похлопал того по плечу и подошел ближе, — Щас такси приедет, остановимся у магазина, купим поесть что-нибудь, фильм посмотрим, сериал, что хочешь, можно просто поговорить, — Арсений достал телефон из карманов брюк и увидел оповещение, что такси прибыло, — пошли.       Антон пошел за Арсением, что завернул за здание Пассажа и направился к стоянке с машинами, где их ждал желтый автомобиль. Они сели на заднее сиденье, еще раз назвали адрес и водитель вырулил к основной дороге. Арсений жил не далеко от центра, поэтому ехать в принципе не долго, но с учетом заполненности улиц, могли быть и заминки. Только Антон сел в машину и готов был начать новый диалог с Арсом, как телефон начал разрываться от оповещений. Писал Директор и сообщал о том, что Антону в 15:00 завтра нужно быть на встрече с очередным заказчиком. Спасибо, что хоть не в 10 утра и первая часть рабочего дня может пройти в кровати.       Спустя 20 минут машина остановилась у продуктового магазина, Арсений заплатил за проезд и вышел вместе с Антоном из машины, направляясь в круглосуточный продуктовый. Народу было примерно как днем, но огромных очередей не было, так что Антон и Арс спокойно взяли бутылку мартини и закуску. Вечер обещал быть веселым. — Ты уверен, что мы вообще встанем завтра? — Спросил Антон, указывая на бутылку с алкоголем и заходя в подъезд. — Ну, мы постараемся, — Арсений достал ключи из небольшой сумки и начал подниматься по лестнице.       Квартира была на 3 этаже, так что лифт здесь был не нужен. Дом был сравнительно новый, с чистыми подъездами, еще не расписанными от рук детей. Арсений отворил дверь и поставил пакет с покупками на пол, указывая Антону куда можно приткнуть обувь. Он указал на дверь, за которой находилась кухня зайдя в нее, оставил там пакет и ушел в какую-то другую комнату.       Квартира была двухкомнатная и довольно большая с неплохим интерьером. И вот что ему приспичило поменять ее на пентхаус? Непонятно.       Арсений вышел в домашней одежде и чем-то в руках, что протянул Антону. — Держи, переоденься, чтоб в уличной не сидеть, — в руках Арсения была большая черная футболка и черные штаны в красную клетку. — Да мне и так нормально. — Спать ты также собираешься? — Арсений еще более настойчиво протянул вещи, на что Антон их взял и ушел переодеваться в туалет.       За это время Арсений успел достать бокалы для мартини и выложить аккурано закуску на тарелочку. На кухне был большой телевизор, где Попов начал вбивать NETFLIX в строке поиска. В это время вышел Антон, кладя вещи на полку в прихожей и вновь проходя на кухню к Арсу, что стоит оперевшись на стул, выдвинув пятую точку назад. — Че делаешь? — Антон зашел на кухню и сел на стул. — У меня подписка на NETFLIX есть. Что смотреть будем? — Арсений также сел на стул и посмотрел на Антона. — Есть фильм один, «Птичий короб» называется. Все советуют, а я ни как глянуть не могу. Может его? — Слышал, — Ответил Арсений, вводя в строку поиска название фильма, — Тоже много кто советовал, так что, давай посмотрим. Наливай пока.       Антон открыл бутылку, пока Арсений настраивал фильм для дальнейшего просмотра. Конечно, вера в то, что он встанет завтра в добром здравии, сразу куда-то ушла. Антон не умел пить, от слова совсем. После 2 рюмки он обычно начинал нести всякую ересть или на ногах еле как стоял, а тут, пить мартини, еще и с предметом твоего обожания, можно сразу помянуть и плакать, но выбора особо не было. Он наполнил бокалы не до конца, что бы сразу рассудок не потерять и хоть какую-то часть вечера адекватно воспринимать реальность и протянул один стакан Арсу, что все еще возился с настраиванием фильма. — Как давно я этого не делал, боже, — на выдохе сказал брюнет, что крутил пульт в руках. — А че там? — Вылетает постоянно. — Дай сюда, — Антон вытянул пульт из арсовских рук и нажав пару кнопок, включил нужный фильм, — видел? — Тц, — цокнул Попов, — айтишник блин, садись давай, — он плюхнулся на стул, взяв бокал и сразу делая глоток обжигающего горло напитка.       Антон повторил те же движения, но пить сразу не стал, предварительно принюхиваясь к запаху крепкого алкоголя. Он теребил нос, заставлял щуриться и терял всякую заинтересованность в себе. Фильм шел уже минут 10 и пока без жести, но это пока. Арс сказал какие-то пару фраз и все также смотрел в экран кухонного телевизора, держа горячий напиток у своих губ. Он был заинтересован и его лицо было задумчиво. И вот тут Тоха залип, а еще влип, причем конкретно. Он обводил Попова глазами, изучая его черты, совсем не смотрел в сторону телевизора, вспоминая о том, как буквально час назад в обнимку сидели под одним пледом, также смотря фильм. —  Тох, — Арсений помахал рукой перед застывшим лицом Шастуна, — телек в другой стороне. — А, я смотрю, да. Просто отвлекся, — Антон наконец- то сделал первый глоток и слегка поморщился, сразу же закусывая.       В фильму уже шла какая-то  неразбериха. Люди сами бросались под машины, которые либо горели, либо ехали без водителя. Пропустил начало фильма и все, продолжение сразу становится для тебя одним большим вопросом. Антон решил, что после просмотра фильма, последует его обсуждение, а сказать потом Арсению, что весь фильм смотрел на него и не следил за сюжетом, было бы не удобно.       Бокал за бокалом и просмотр фильма перешел в перекидывание какими-то фразами между собой и шутками. Ситуация в фильме накалялась, кто-то умер, но было же неинтересно просто смотреть и уже по факту узнавать, кто умер, нет, эти двое спорили, кого первым убьют. А что, так даже интересней. Когда уже поняв, что не на кого спорить, они втаращились в экран, ожидая, чем же все закончиться. Слов не было, были одни эмоции, потому что Антон проникся, даже не смотря на то, что пару минут назад пускали шутки в сторону героев. По его щеке прошлась слеза и он шмыгнул носом, в последствии офигев, на сколько же он сентиментальный. Арс, кстати, тоже стойкостью не отличался, поэтому его глаза тоже были на мокром месте. Они переглянулись, когда одновременно шмыгнули носом и сразу же рассмеялись. — Господи, — сквозь смех и слезы сказал Арсении, — капец мы сентиментальные конечно. — Хах, — усмехнулся Антон, — а концовка-то реально классная. — Спорить не стану, — Попов взял со стола грязную посуду и убрал ее в раковину, — слушай,  у нас еще осталось, пошли в зал, там допьем, поговорим на пьяную голову? — Вот именно что на пьяную голову, но, как говорится, не попробуешь…. — Не попробуешь, — сказал Арсений, — пошли давай.       Арс ушел в зал, а Шастун свернул в сторону туалета, потому что от того, как туда хотелось, уже в ушах булькало. Выйдя из закрытой кухни кожу обжег сквозняк, но Антон особо значения не предал и пошел дальше. Арсений же, выйдя в зал, ахуел, потому что забыл закрыть окно, дак еще и холодный кондиционер включил, чтобы освежить комнату и, собственно, забыл. Было холодно, словно на улице не лето, а какой-нибудь октябрь.       Комната быстро не прогреется, поэтому он достал из шкафа огромное теплое одеяло, под которым обычно спит в сильные зимние морозы и укутался в него, сев на диван.       Антон вышел из туалета и сразу прошел в зал. Он открыл дверь и поток холодного воздуха сразу хлынул на него, от чего тело покрылось мурашками. На диване он увидел Попова, что был сейчас похож на гусеницу. — Бррр, — дернулся Антон, — пустишь? — он спросил, указывая на теплое одеяло, в котором закутался Арс. — Прошу, — он отодвинул одну руку и освободил немного места для Антона.       Эта шпала двухметровая сразу же сорвалась с места, залетая под руку Арсения, немного толкнув того в сторону, чтобы отжать себе побольше места. Место то отжал, а все равно прижался к теплому телу Арсения. — Ты решил из комнаты морозилку сделать? — Я случайно, — Арсений запустил пальцы в мягкие светлые волосы Антона, что склонил голову на его плечо, — зато охладились немного, градус понизили. — Да уж. Если бы не одеяло, еще бы и отморозили что-нибудь ненароком. — Так сильно холодно? — Я мерзлячий.       Арсений прижал Антона ближе, заставляя такого утыкаться ему в шею и обжигать ее горячим дыханием. Шастун чувствовал быстрое биение его сердца и то, как он дышит, продолжая прижимать его к себе, чтобы согреть. Антон пустил руки по талии Попова, скрещивая их за спиной и вдыхая запах алкоголя, смешанного с одеколоном и запахом стирального порошка от одеяла. — Вот теперь тепло, — сказал блондин, закрывая глаза и постепенно проваливаясь в сон. — Грейся сколько влезет, — брюнет поцеловал того в макушку и положил на нее голову, — зайчик.       Он сказал это тихо, очень тихо, но сквозь замыленный от подходящего сна разум, Антон это услышал и улыбнулся.       Они так и заснули оба и пробыли в таком положении пару часов, пока Арсений не проснулся и не решил переместиться на кровать. Он аккуратно вылез и ослабленных объятий Антона и пошел на кухню попить воды, потому что подступал сушняк. Она спасла, но не надолго, так что пришлось набрать целую бутылку и отнести ее в комнату. Арсений вновь вернулся в зал, где мирно сопел Антон. — Тох, — потормошил он того за плечо, — Антош, пошли в кровать спать, — Шастун дернулся и просто кивнув головой, пошатываясь, встал с кровати, — пошли, — Арс взял того под руку и увел в комнату, усаживая на кровать. — А че, уже утро? — проговорил сонным голосом Антон. — Ночь еще, ложись, — Попов слегка толкнул того и Антон мягко приземлился в подушку, чувствуя, как его накрыли одеялом, — сладких снов, — Арсений лег рядом, поправил упавшие на глаза волосы Антона и также укрылся одеялом, быстро проваливаясь в сон.    

***

— Антон, — тормоша того за плечо сказал Арсений, — Тох, вставай, время обед, — Арсений стянул с Шастуна одеяло и он съежился. — Ааарс, ну спал бы и спал, тебе то что? — вжимаясь лицом в подушку ответил Антон. — Мне через два часа нужно быть на важной встрече. Не оставлю же я тебя тут одного, — Арсений сел на диван к Антону, начав щекотать того за ноги, — вставай и пошли завтракать. — Блять, — Антон упал подушкой в лицо (лицом в подушку), — как больно-то. — Давай, вставай. Аспиринчику дам, — Арс скрылся в дверях и ушел на кухню, оставив Антона одного один на один с болью.       Для начала он просто принял сидячее положение на кровати, от чего в глазах уже заискрило. Все шло кругом, в глазах потемнело, но сразу же прошло, позволяя наконец-то встать. На ноги надеяться тоже не стоило, потому что те затекли, ну, в общем были не способны держать.       Доковыляв еле как до кухни, он приземлился на стул, сразу вздрогнув от того, что Арс резко поставил перед ним стакан воды с шипучей таблеткой внутри. — Боже, Арс, я тебя люблю, — сонное чудо по имени Антоша сразу же осушил стакан со спасительно жидкостью, громко выдохнув. — Мда, — Арсений потрепал того по макушке, — и правда — ребенок, — Попов словил на себе мягкий возмущенный взгляд, который говорил, что еще одно слово, и тот свои слова заберет обратно.       Завтрак был вкусный и ароматный. Было видно — Арсений умеет готовить и утром неплохо постарался, пыхтя целый час над яичницей с помидорками и беконом. Кофе был тоже очень вкусный и необычный, не такой, какой привык пить Антон. Он был немного горьковатый, обжигающий, бодрящий и небольшим привкусом корицы и сливок. Арсений также сел напротив и просто что-то пил. Перед ним не было тарелки с ароматным блюдом, возможно, он уже позавтракал до того, как проснулся Антон, но все равно Шастуну это покоя не давало. — А ты позавтракал уже? — тщательно пережевывая кусочек яичницы спросил Антон. — Не хочу. Кофе достаточно. А ты ешь, не отвлекайся, — сделав очередной глоток горькой жидкости, сказал Арсений. — Тебе ж на встречу ехать, а ты голодный. — И что? Встреча в ресторане, там и поем, — он убрал чашку в раковину и также вернулся на свое место к обеденному столу, — тебя подвезти?       Если не сложно, — Антон доел яичницу и пил кофе, закусывая овсяной печенькой, — мне к трем на встречу, переоденусь дома, да поеду. — Хорошо, тогда в душ и в 13:00 поедем, — Антон отчетливо кивнул головой и уткнулся в свой недопитый кофе, пытаясь разобраться в своем состоянии.

***

— Напишешь вечером? — спросил Антон, собираясь было выходить из машины Арсения. — Как только освобожусь, сразу напишу, — Арсений немного наклонился к Антону и взял того за затылок, притянул к себе, целуя в лоб, — До вечера.       Антон, немного покрасневший, улыбнулся Арсению и открыл дверь машины, выходя из нее и идя в сторону своего подъезда. Арсений откинул голову на спинку сиденья и закрыл глаза. В голове летало тысяча мыслей. Он винил себя за то, что адекватно не может признаться в том, в чем наконец-то разобрался, что наконец-то понял, что нашел свое счастье в лице зеленоглазого парня, с которым он за последние несколько дней провел действительно много времени, изучая. Он понимал, что Антон скорее всего также ответит взаимностью, но было страшно за то, что жизнь, которую он так хочет начать с нового листа, вновь закончится не так, как хотелось бы.       Антон удалялся от машины Арсения также размышляя. Арсений его явно привлекал, тянул к себе, заставлял думать о нем практически каждую секунду, не оставляя времени ни на что другое. Его хотелось постоянно обнимать, держать возле себя. Он был очень теплый и уютный, а Антону этого не хватало. Он был бы рад признаться первым, да сомневается в себе, в Арсении и в общем сомневается в своих чувствах.       А вообще, надо рисковать. Как говориться, кто не рискует, тот не пьет шампанское, ну, или, что не делается — все к лучшему. Всего одна фраза в три слова «ты мне нравишься» может привести к зарождению чего-то нового или же разрушению чего-то старого. Рисковать стоит, определенно. Если тебя мучает ответ на вопрос — спроси, рискни узнать правду, даже если она окажется неприятной. Ведь правильно говорят, что лучше горькая правда, чем сладкая ложь, дающая бессмысленные надежды.