Любовь Королевы

Риддл Роузхартс умеет любить, что бы не говорили в опровержения другие. Он отдаёт себя без остатка в своей любви. Делаёт всё ради партнёра. И это всё весьма ожидаемо. Все ожидали, что если Риддл и будет любить то так. Что он твёрдой рукой будет вести, не давая ошибиться. Что всегда поддержит и найдёт решения. Строгий и непреклонный староста был отличным партнёром в отношениях. Вот только лишь один человек знал другие стороны. Знал того сонно-недоумённого Риддла за пару минут до звонка будильника. В это короткое мгновение он, ещё не до конца проснувшийся, позволял себе валяться в кровати. Риддл практически с головой зарывался в одеяло и только красноволосая макушка торчала. А потом он так же в одеяле подбирался ближе из закутывал их обоих. И теперь они уже вместе проводили утекающие секунды в маленьком одеяльном царстве. Такой Риддл был милым. И любовь его была столь же мила и непорочна, будто по-детски наивна. Но бодрая трель разрушает эту идиллию. Теперь Риддл быстро собирается. Ванные процедуры, завтрак и всё прочее — по чёткому графику. И хотя в такое время он предельно собран, но всё же Роузхартс допускает вольности в виде лёгких поцелуев или кратких объятий. А затем учёба. И мало кто может догадаться, что они с ним вообще пара. Сейчас Риддл выполняет обязанности старосты. Он сосредоточен. Он не имеет права отвлекаться. Не имеет права хоть как-то показать слабость и чувства. Единственное их проявление — взгляд, который немного смягчается, когда он смотрит на своего партнёра, больше ничего. Именно такую любовь Риддла видит большинство. Затем, когда это пускай и нудная, но неотъемлемая часть их дня проходит они снова вместе. Вместе гуляют или делают уроки, вместе смотрят какой-нибудь фильм или вместе читают какую-нибудь книгу. Хотя последнее суждение не до конца верно. Книгу читает Риддл. Читает вслух, не спеша. И его спокойный, внятный и чёткий голос успокаивает. Наверное это одно из самых любимых ими видов времяпровождения. Такая любовь очень красива. И обычно вечера их проходят также. Но порой Риддлу тоже нужна поддержка, тоже нужно, что бы кто-то отдавал себя без остатка. Тогда Роузхартс очень похож на изнеженную капризную королеву. Это будто бы игра для обоих. Начинается всё что с того, что Риддл приходит в комнату иначе. Незначительные изменения в жестах и мимике, но партнёр сразу понимает, что сейчас перед ним та самая королева. И он начинает действовать. Снимает длинный плащ старосты, затем, предварительно усадив на один из мягких пуфов, начинает медленно и аккуратно снимать длинные сапоги. Они оба могут сделать эти действие с помощью магии, но именно сейчас она совсем не нужна. Так же как и слова. Всё это действо практически от начала до конца проходит без них. И вот пальцы бережно поддерживают голую лодыжку, осторожно опуская в заранее подготовленный таз с тёплой чистой водой. Второй сапог вскоре также снимается. После того, как эти изящные белые ноги были омыты их вытирают. Почти невесома касаясь махровым полотенцем, собирая остатки влаги. И только несдержанный вздох покажет, что королева довольна. Риддла берут на руки столь же трепетно и относят на кровать. Игра всё ещё продолжается. Его опускают на край кровати, а сам же партнёр встаёт на колени на полу. Милость королевы нужно заслужить. И он начинает массировать стопу, затем лодыжку и дальше поднимаясь всё выше, порой нежно проводя носом, вдыхая аромат недавно втёртых масел, или оставляя таять почти невесомые поцелуи. — М-можешь подойти, — королева дарует свою милость, пускай уже не таким сосредоточенным и спокойным голосом. И он поднимается, не смея смотреть в глаза. Начинает расстёгивать рубашку — верхние части этого замысловатого костюма были сняты ещё тогда, в гостинной. Пальца аккуратно поддевают каждую пуговицу и иногда задевают чувствительные места. Тогда королева шумно вздыхает, а щёки и вообще всё тело больше распаляется. Рубашка спускается на локти обнажая хрупкое совершенное тело. Партнёр тоже садится и притягивает Риддла к себе так, что тот упирается спиной в его грудь. И больше нет никаких движений. Они просто сидят в тишине, пока не скажет, что он может целовать. Но как только эти слова раздаются он немедленно исполняет волю своей королевы. Целует в шею, щёку, плечо. Целует такими же невесомыми и другими, страстными и развратными. После каждого останавливаясь, ожидая приказа. Риддл сам должен говорить, куда будет следующий поцелуй. С каждым разом распалённому сознанию всё труднее делать это, но тело продолжает изнывать в жажде ласки. И завтра он снова будет тем самым строгим и открытым в своей любви старостой Риддлом Роузхартс, но сейчас он маленькая капризная королева, которая хочет лишь любви и поцелуев от самого дорогого человека.