Другие пути

Ты моя отрада. Ты в ночи колыбель.

Словно свет маяка, блеснувший в неволе.

Твоя улыбка – пристанище среди потерь

И мой дом на горе, где леса и раздолье.

Твое имя растоплено на моих губах,

На рассвете оно мой небесный покой.

Снова и снова ты приходишь во снах,

И засыпаю, убаюкавшись этой мечтой.

Мы любили, над нами звезды горели.

И роняли осколки, но не жгли мосты.

И жили с тобой в любви на пределе

Так сделай же шаг навстречу мне ты.

      Как быстро я смогла привыкнуть к этому городу. Словно я всегда жила здесь. А все мое прошлое оно осталось где-то там, так далеко, в другом месте, с которым меня уже ничего не связывает. Вся моя жизнь теперь здесь. Моя работа, моя квартира, которую я купила себе на берегу Невы. Мои новые друзья. Теперь есть со мной люди, которые меня понимают и принимают. И это вышло как-то случайно, наша с ними дружба.       Но этого я добилась не сразу. Я дольше обычного привыкала к своей новой должности. Вокруг были лишь незнакомые мне люди. А когда я выходила с работы, то меня встречали и чужие мне проспекты и кирпичные стены не моего города. Города, где я теперь должна была работать, жить. Где я была лишена всего привычного. Где не было дорогих мне людей. Не было Алекс.       Я то злилась на нее, то наоборот думала с нежностью. Я то и дело мысленно разговаривала с ней. Обвиняла ее в измене, спрашивала, почему она все это сделала с нами. А потом понимала, что во всем, что случилось, была и моя вина. И тогда я лишь сожалела о том, что все так закончилось. Что мы так и не смогли все это решить, пережить. Что между нами встала другая. И в этой борьбе за сердце Алекс выиграла она, а не я.       Поэтому я старалась с головой уйти в свою новую жизнь. Я работала изо всех сил, задерживалась, вникала во все с усиленной скоростью. И казалось со стороны, что я стала быстро осваиваться в этой новой обстановке. Но на самом деле, я оставалась все так же растеряна, как и в первые дни. За одним исключением. Я просто научилась машинально выполнять свои обязанности, руководить людьми, давать задания. Я отключалась от происходящего. А когда снова приходила в себя, то удивлялась, как же это я легко так со всем справилась. Ведь я даже не помнила, что именно говорила, что делала.       Но это было ничего. Самым мучительным для меня становилось то время, когда мне нужно было идти на обед. Никто не хотел обедать со своим начальством. А есть, сидя одной за столиком и ловя на себе чужие взгляды, и оставаясь наедине лишь со своими мыслями, которые беспощадно набрасывались на меня, терзали, рвали на части мое сердце, было невыносимо. И я стала обедать у себя в кабинете. Включала телевизор, слушала какие-нибудь новости, отвлекала себя глобальными проблемами человечества, а не своими.       Но все изменилось. Однажды ко мне в обед постучалась Татьяна Лукина, наш директор по маркетингу из соседнего отдела. Она спросила, не нужно ли мне устроить небольшую экскурсию по тем местам, где очень вкусно и быстро готовили. И куда можно было легко ходить в свой обед. Я ответила, что мне привычнее обедать в офисе, но поблагодарила за предложение. Тогда она задумалась и спросила, бывала ли я в кафе в центре моего города и произнесла название. Я удивилась, и ответила, что да. Оказалось, что Таня раньше тоже бывала в моем городе, проходила там стажировку по распределению. И мы разговорились с ней, стали делится общими воспоминаниями о знакомых местах. Поспорили о самом вкусном кофе в городе, пошутили о невероятно узких улочках в старой его части с их причудливыми покосившимися цветными домиками. Так и началась наша дружба. С того дня мы стали с ней обедать вместе. А потом и встречаться после работы. Ездили на машине по городу, останавливались и она мне показывала разные живописные места. Мне было очень легко с ней. Она умела в разговоре не касаться тех тем, о которых я не хотела рассказывать. И даже если она замечала, что порой я была как-то грустна или задумчива, она деликатно не пытала меня о причинах этого.       Кажется, лишь за пару месяцев мы исходили все улицы Питера, погуляли вдоль всех речных каналов, посмотрели всех каменных львов и статуй с Петром. Мы заходили в храмы, несколько раз побывали в Эрмитаже. Сидели на ступеньках набережной, смотрели разведение мостов, любовались золочеными шпилями и орнаментами зимнего дворца и Петропавловской крепости. А потом она предложила как-то на выходных вывести меня и показать мне Пушкино. Там рядом находился загородный дом ее хорошего друга. И они часто там собирались своей дружной компанией.       - Поехали, Кир. Я покажу тебе Екатерининский дворец, Петергоф, погуляем там по парку. А потом поедем к Диме. Я познакомлю тебя со всеми. Поехали, там так хорошо. Природа, тишина, шашлычок под коньячок, - упрашивала меня Таня, когда мы выходили из редакции в пятницу, снова задержавшись на работе. Номер был закончен, и удалось его даже сегодня сдать в печать. А это значило, что на выходные можно было расслабиться и даже не брать себе работу на дом. Вот поэтому Таня и сказала, что после всей этой напряженки с номером, мы просто обязаны нормально отдохнуть в выходные.                     - Не знаю, Тань, хорошая ли это идея.       - Почему?       - Ну это твои друзья. Я буду чувствовать себя там чужой среди них. Может, мы просто погуляем по этому Царскому селу, а потом я закажу такси, вернусь сюда. А ты уже поедешь тогда к ним.       - Но они ведь хотят видеть не только меня, но и тебя. Они так много наслышаны о тебе, что хотят познакомиться.       - Что значит наслышаны?              - Я им рассказала, что подружилась с тобой. А на самом деле, я теперь редко вот так легко схожусь с людьми. В основном, вот общаюсь с Димой, его женой Ирой. С Алешей и Кириллом. Ну и с еще одной парой. С Олесей и Женей.       - А Женя это женщина?       - Нет, мужчина. Странно, что ты подумала иначе.       - В моем городе я была знакома с Женей. И она была девушкой. Это же и мужское и женское имя.       - Да. Но я сказала, что они пара.       - В жизни все бывает, - ответила я. А сама подумала, а как Таня отнеслась бы к тому, что я раньше встречалась с девушкой. Перестала бы она после этого со мной общаться? Стала ли избегать меня на работе, а может, рассказала бы всем остальным, осудила?       - Хорошо, значит ты более широких взглядов, чем я думала. В общем, тогда расскажу тебе немного о них. С Димой я дружу еще со школьной скамьи, как и с Кириллом. Последний познакомил нас с Алешей. И лучше сказать сразу, чтобы ты не удивлялась. Они пара, живут вместе. Он был раньше женат на Олесе. Но потом понял, что его не привлекают женщины, что с ними он не может быть собой. И они развелись. Но остались друзьями. Вот у нас и сложилась такая компания. Может, не совсем обычная, но нам хорошо вместе. Мы стараемся выбираться из города хотя бы раз в месяц. Накрываем стол, жарим мясо, выпиваем немного, и много разговариваем обо всем, смеемся или грустим вместе. У тебя наверно тоже остались друзья в своем городе?       - Не совсем, - ответила я уклончиво. – Но у меня были хорошие отношения с моим братом и его женой. Мы тоже часто так собирались вместе. Что-то наподобие семейных посиделок.       - Значит, тебе понравится с нами. И ты будешь все время со мной. Я тебя не дам в обиду, не переживай, - улыбнулась Таня и взглянула на меня своим добрым взглядом.       - Ладно. Сдаюсь.              

***

      Поездка выдалась действительно запоминающейся. Мы гуляли по живописным тропинкам и аллеям парка, любовались колоннадами и золотыми статуями с фонтанами, побывали в Екатерининском дворце, в Янтарной комнате. Меня восхитила вся эта красота. И я была благодарна Тане, что она мне ее показала. К тому же она так много знала историю этих мест, что она буквально заменила мне экскурсовода. И она с таким интересом и любовью к этим произведениям скульптуры, зодчества, искусства рассказывала обо всем, что я поняла, что начала влюбляться в этот город. И мне было безумно приятно, что в нем живут такие замечательные люди, как моя спутница, моя подруга.       

      А потом она повезла меня знакомить со своим друзьями. Нужный нам дом оказался всего лишь в десяти километрах от Царского села. И там была такая же чуть суровая северная природа, и окнами дом выходил на Финский залив. Меня с порога же встретила дружная шумная компания. Они весело смеялись, а когда увидели нас, подходящих к дому, то двое из них пошли нам навстречу. Высокий и очень спортивный блондин взял у меня дорожную сумку и сказал, что очень рад меня видеть и что я могу чувствовать себя здесь как дома. Это оказался Дмитрий. Такой же высокий, но слегка полноватый и явно моложе молодой парень, крепко обнял Таню, а потом взял и у нее сумку.       - Я Алексей. Очень приятно, - произнес он, взглянув на меня, а потом протянув мне руку. Я пожала ее, немного смущаясь. Хотя парень смутился гораздо больше. Он повернулся и ускорившись скрылся зайдя дом. Мы подошли к остальным. Они стали обнимать сначала Таню, потом меня. Каждый представлялся и говорил, как приятно со мной познакомиться. И они были очень дружелюбными и говорили со мной, будто видели далеко не первый раз. Я была непривычна к такому вот легкому общению. Хотя надо признать, что Таня была такой же.       Нам с ней выделили комнату на верхнем этаже. В доме было два этажа. И наверху были четыре комнаты, где в каждой размещались парами. Поэтому и в нашей в самой середине стояла большая двуспальная кровать. Но для нас специально была добыта из чердачных недр небольшая раскладушка, которая разместилась сбоку от кровати. Я конечно могла бы лечь спать и с Таней. Но вряд ли чувствовала бы себя комфортно. Хотя кровать была такой широкой, что можно было спать у своего края и даже не замечать присутствия еще одного человека рядом. Таня, когда увидела эту картину, предложила мне занять кровать, а самой устроиться внизу. Я отказалась. Не хотела быть причиной того, что на утро у нее будет болеть спина. В конце концов это я тут была лишним человеком, а не она. К тому же на ее лице и так отчетливо читалось разочарование от увиденного и от вырисовывавшихся перспектив. Но она все равно отказала мне в моем предложении. Мы стали с ней спорить. А потом сдались и согласились обе на то, что когда будем укладываться спать вечером, тогда уж и решим.       Переодевшись и слегка освежившись, я спустилась вниз. Все женщины уже хлопотали на кухне. А мужчины сидели за накрываемым столом и смотрели биатлон. Дима что-то показывал Жене в телефоне. Алеша сидел рядом с Кириллом. И то и дело шутил про каждого спортсмена, заставляя своего парня смеяться густым басом. Последний был очень похож на Диму. Они были словно родными братьями. И единственное что отличало их, это забитые в татуировках руки Кирилла, и цвет волос, - темные и светлые.       Я свернула на кухню и увидев там Таню, подошла к ней. Спросив, чем помочь, я получила в ответ большой нож и целую курицу, которую нужно было разделать и замариновать. Ира как хозяйка дома стояла за плитой и лишь периодически давала разные указания. Она была маленькой крупной женщиной, которая при этом так легко носилась по кухне словно пушинка. А еще непрестанно смеялась и болтала с остальными. В основном ей отвечала Таня. Я тщательно занималась куриными делами, а девушка, которая стояла рядом со мной и резала салат, тоже молчала как и я. Хотя иногда Олеся улыбалась мне и подсказывала, где взять мне соль, или тарелку, когда я ее спрашивала.       - Они всегда так много разговаривают с Танюшей, когда видятся. Кажется, что ведут беседу со всеми, но на самом деле, они даже могут не заметить, если мы куда-нибудь уйдем, - заметила Олеся.       Я улыбнулась. Но не знала, что на это ответить.       - Как тебе наш город? – тогда спросила она.       - Очень красивый.       - Таня тебе успела уже все показать?       - Думаю, что да. По крайней мере я кажется уже побывала во всех его частях. И удивительно, как много она знает про него. Ей в пору можно было работать экскурсоводом, а не маркетологом.       - Так ты не знаешь? Она и работала. Давно уже. А потом сменила профессию.       - Приезжие туристы много потеряли в ее лице. Хотя зато наша редакция приобрела очень хорошего сотрудника.       - Ты так думаешь? Таня говорила тоже самое о тебе. Что ты первый самый адекватный и профессиональный редактор на ее веку. И она очень ценит тебя как свою подругу. Все уши нам прожужжала про тебя.       - Правда? – удивилась я. Таня конечно говорила, что рассказывала им про меня. Но я думала, она всего лишь как-то упомянула меня вскользь.       - Правда. Я давно не видела ее такой оживленной и влю…. – Олеся осеклась. – И вдохновленной. Ну всеми этими прогулками.       - Думаю, она просто скучала по своему экскурсоводческому прошлому, - ответила я, решив, что мне послышалось слово на букву "л".       - Может быть.                                   

***

      

      Мне ужасно понравились мои новые знакомые. Они были так дружны, так легко общались друг с другом. И к моему удивлению, помогли и мне почувствовать себя частью всего этого. Разговаривали со мной, расспрашивали много о моей жизни, о работе в прошлой редакции. А когда касались тем, которые я не хотела обсуждать, они тоже деликатно обходили их стороной. И я все еще не могла привыкнуть к такому общению, когда люди проявляют взаимный интерес друг к другу, но при этом не нарушают личные границы.       Полностью вымотанная от насыщенного дня и впечатлений, я извинилась перед всеми, пожелала доброй ночи и отправилась спать раньше. Я переоделась в свою легкую шелковую пижаму и легла на раскладушку. Она страшно скрипнула подо мной, лишь я повернулась на бок. И я решила, что лучше будет лишний раз на ней не двигаться. А то перспектива спать на голом полу мне виделась еще более грустной. Я еще немного помучилась, чтобы принять как можно более удобную позу, снова каждый раз замирая от скрипа. Но потом сон стал брать свое. И я почти уже отдала себя в его власть, как за мной открылась и закрылась дверь.       - Спишь? – прошептала в темноту Таня.       - Угу, - пробормотала я.       - Зря ты там легла. Давай иди на кровать. А то мне не простят Димка с Ирой, когда их гостья завтра встанет с больной поясницей.       - Мне и тут хорошо,- заверила я ее.       - Лгунишка, - ответила она и присев рядом со мной, накрыла меня еще одним одеялом. И я окончательно провалилась в сон.       Я проснулась от затекшей шеи и ужасной головной боли. Я повернулась, и села. Раздался снова тягучий скрип.       - Ты чего? – спросила меня проснувшаяся Таня.       - Шея затекла.       - Не удивлена. Я же говорила, что раскладушки это орудие пыток.       - Слушай, а у тебя есть таблетки от головы? Я свои не взяла. А чувствую, что теперь не засну без них.       - Да, сейчас.       Она слезла с кровати и, достав свою сумочку, стала там рыться.       - Вот, - она протянула мне таблетку на ладони и бутылку воды. – Воду я с собой в дорогу брала. Она теплая, но запить сойдет.       - Спасибо, - поблагодарила я, забирая и то и другое.       - А теперь ложись на кровать. И никаких возражений.       - Нет, тебе на этом я тоже спать не позволю.       - Ну, придется нам спать в одной кровати тогда.       Я поднялась, вернула бутылку и легла с края. Таня поставила ту на место и тоже легла рядом. Выделив мне часть одеяла, она накрыла меня им. Я закрыла глаза, ожидая когда таблетка подействует. А еще я старалась не смотреть на Таню. Уже начинало светать, и я видела ее достаточно отчетливо. И впервые после Алекс поняла, что меня привлекает другая женщина. А Таня точно была привлекательна и в обычной одежде, а уж тем более сейчас, когда на ней была надета только маячка сверху, что совершенно не прикрывала ее обнаженные бедра. Я почувствовала как что-то приятно холодное коснулось моего лба. Это оказались ее руки, которые стали гладить мою голову, водя по моим волосам. У меня вырвался стон удовольствия.       - Массаж тебе быстрее поможет заснуть. Расслабит мышцы и снимет напряжение, - сказала Таня.       - А еще твои холодные руки, - заметила я, улыбаясь.       - Да. Тебе повезло, что у меня проблемы с кровообращением, - усмехнулась она. – Кирюш, я очень рада, что ты согласилась приехать сюда.       - А я рада, что познакомилась со всеми. Они очень замечательные, как ты и говорила.       - Да. И ты им тоже очень понравилась. Я переживала из-за этого.       - Думала, что они решат, что я холодная и закрытая?       - Нет. Ты не такая.       - Кто-то сейчас тоже врет.       - Ладно. Иногда ты чуть сложный человек и порой прячешь свои чувства. Но это всего лишь твоя осмотрительность. И боялась я не этого.       - А чего?       Неожиданно она прекратила водить по моей голове и убрала руки. Голову снова пронзила боль в знак протеста.       - Слушай, я не знаю как ты это воспримешь. И я надеялась, что ты сама заметишь. Но этого не вышло. И думаю, раз мы с тобой уже давно взрослые тетки, то нет смысла ходить вокруг да около. Кир, ты мне нравишься. Ты меня привлекаешь. Как женщина. И это ничего не меняет, наши отношения могут и дальше оставаться дружескими. Но ты должна все равно знать это.       - Значит, тебя тоже привлекают женщины. Я и правда не догадывалась об этом.       - Что значит тоже?       - В своем городе у меня были отношения с одной девушкой. Мы были вместе несколько лет. Но перед тем как я приехала сюда, мы расстались. Поэтому я и говорю, что тоже.       - Хорошо. А то я боялась, что это отпугнет тебя. А то сама знаешь, как некоторые люди относятся к этому.       - Да.       - Так значит теперь мы знаем это друг о друге. И?       - И ты мне тоже нравишься, Тань. Я думала, это меня одну только такие мысли посещали. Но я не готова сейчас к новым отношениям.       - Ладно. А к чему ты готова?       - Давай просто будем вместе, будем друг у друга. Если что-то выйдет больше, то хорошо. А если нет, то мы сможем не разрушить наше общение, сохранить нашу дружбу.       - Согласна. Я не собираюсь это терять. Терять тебя. Мне слишком долго не было так хорошо и легко с кем-то.       - И мне, - ответила я честно. И улыбнулась ей, а потом снова закрыла глаза. Таня тоже легла.       - Я не способна сегодня на что-то большее, но мне бы очень хотелось, чтобы ты обняла меня и прижала к себе, - попросила я. Таня придвинулась ко мне и я заснула, прижимаясь к ней и согревая ее холодные руки.