Когда мы вместе

Раздался невероятный грохот, после которого наступила оглушительная тишина, звенящая в ушах. Она не успела. — Ньют! — отчаянный крик срывается с её губ, теряясь где-то в пространстве. Не отдавая отчёта своим действиям, она бросается к руинам только что обвалившегося здания, где до сих пор столбом стояла пыль. Но чьи-то сильные руки крепко держат её, не давая сдвинуться с места. — Тина, остановись, ты убьёшься! — как-то вскользь звучат у неё в голове слова Тесея. Но ей все равно. Она должна добраться туда, к обломкам, она должна найти его! Или то, что от него осталось… Последняя мысль заставляет вырваться глухие рыдания, больше похожие на вой раненого зверя. Она все пытается вырваться из твёрдых рук Тесея, совершенно не слушая того, что он говорит. В её голове все ещё звучит грохот обваливающегося здания, а где-то на заднем плане слышится чей-то раздражающе громкий плач, и она не понимает, что он принадлежит именно ей. Нет, нет, неужели это конец? Нет, это не может быть правдой! Этого не могло случиться! Ведь не могло же? Но завеса пыли и руки, не пускающие её к обломкам, говорят об обратном. Может, Ньют выжил? Она должна найти его! Почему её не пускают? Он может быть ещё жив! Ей нужно бежать туда, а не стоять здесь. Она совершенно не обращает внимания на острую боль в боку и горячую кровь, стекающую по одежде, единственное, что её сейчас волнует — это Ньют, её Ньют, который сейчас где-то там, под кучей кирпичей и железных каркасов. Да будут прокляты существа, которых язык не поворачивается назвать людьми, виновные в этом. Пока группа авроров боролась с ними, Ньют бросился в здание, пытаясь спасти дракона, которого там держали. Но он не успел. Она не успела его спасти. Имеет ли теперь смысл хоть что-то? Определённо нет, ведь смысл её жизни теперь похоронен под грудой кирпичей. Сил бороться нет, боль становится все сильнее. Ноги подкашиваются, а сознание упорно ускользает, погружая её в липкую тьму.

***

Она проснулась от плача. И на этот раз это не её плач. Кажется, он принадлежит мужчине. Хочется открыть глаза, но не выходит. — Тина, не смей меня оставлять! Нет, нет, только не ты, — слышится между всхлипами знакомый голос. Кажется, она умерла. Наверное, это к лучшему. Здесь она будет с Ньютом. Ведь без него смысла жить просто не было. Но почему в боку такая боль, словно там торчит парочка ножей? Она думала, после смерти нет боли. А ещё плечо уже намокло от чужих слез. Тина не хочет, чтобы кто-то плакал из-за неё. Она пытается успокоить человека, кто бы это ни был, но из горла вырывается лишь хрип. — Мерлин, Тина, я так люблю тебя. Пожалуйста, не умирай. Голос Ньюта просит её не умирать. Если бы просил кто-то другой, она бы вряд ли послушала. Но уходить от Ньюта она не хочет. Твёрдо пообещав себе, что не умрёт, чтобы не расстраивать его, девушка снова проваливается в темноту.

***

После следующего пробуждения она уже может открыть глаза. Взгляд упирается в белый потолок. Бок все ещё болит. Она пытается пошевелить рукой, но натыкается на чьи-то волосы. Хочется посмотреть, кому они принадлежат, но каждое движение вызывает боль. Однако человек и сам показался в её поле зрения, когда почувствовал прикосновение к своим волосам. Ньют. Живой. Хотя вид у него ужасный, будто он не спал несколько дней. Но живой. — Тина, — едва слышно выдыхает он, крепко сжимая её руку. — Никогда, слышишь, никогда не пугай меня так больше, — тихо бормочет он, как заведенный. Ей хочется сказать, что это он напугал её, но не получается. Грудь сдавливают рыдания, а глаза щиплет от слез облегчения. Неужели и правда живой? Словно читая её мысли, Ньют начинает объяснять. — Дракон накрыл меня своими крыльями. У них очень крепкие крылья. Мы оба были в порядке. Но ты оказалась серьёзно ранена. Тина, почему ты была так неосторожна? Прошу, не оставляй меня, иначе мне незачем будет жить. Тина ничего не говорит, но Ньют и не ждёт ответа. У них обоих все ещё есть смысл жить, и для этого слова не требуются.