Когда мы вместе

— Давай, просто вспомни самое счастливое, что с тобой происходило, — уже в который раз за этот день произнёс Ньют, стоя за спиной у Тины. — Я пытаюсь! — воскликнула она, начиная раздражаться после получаса бесполезных попыток придать полупрозрачному и практически бесполезному облачку хоть какую-то форму. — Все мои счастливые воспоминания связаны либо с родителями, либо с Куини, но я сразу же понимаю, что никого из них больше нет рядом, и от этого воспоминание тут же перестаёт быть таким счастливым. Я не могу сосредоточиться на положительной стороне, игнорируя другую. — Да, дело непростое, — вздохнул Скамандер, задумываясь над чем-то. Спустя минуту он снова вскинул глаза на подругу, о чем-то сообразив. — Тогда создай счастливое воспоминание. — Что? — Тина нахмурилась, не понимая, к чему он клонит. — Ты говоришь, что не можешь вспомнить что-то счастливое, за чем не последуют грустные мысли. Тогда тебе стоит попробовать специально создать воспоминание, которое будет однозначно счастливым, — терпеливо пояснил Ньют. — И как я это сделаю? — все ещё не разделяла его энтузиазм Тина. — Подумай, что может сделать тебя счастливой прямо сейчас? Девушка глубоко задумалась, неотрывно глядя на магозоолога, но спустя некоторое время почему-то густо покраснела и перевела взгляд на стену перед собой. — Я могла бы стать счастливой, если бы со мной была Куини. Но это, увы, сейчас невозможно, — наконец заговорила Голдштейн. — Или если бы у меня наконец получилось это заклинание. В Америке нет дементоров, поэтому вызов патронусов мы проходили только в теории, более детального изучения не требовалось. Но теперь, когда я работаю здесь, где есть возможность встречи с дементорами, мне просто необходимо освоить это заклинание. Иначе какой я тогда аврор… — Очень даже хороший аврор, — вдруг прервал её Ньют. — Заклинание вызова патронуса очень сложное, далеко не все могут его освоить, даже авроры. И это не делает из тебя плохую волшебницу, вовсе нет. Ты вообще самый лучший аврор из всех, кого я встречал, а авроров я встречал немало, уж поверь. Да и не только аврор, ты самый удивительный человек на свете, просто поверь мне. — Нет, это не так, — поспешно сказала Тина, вскидывая голову. — Спасибо, Ньют, большое спасибо за такие слова, но я не самый удивительный человек на свете, — её взгляд, устремленный на него, потеплел, а губы тронула лёгкая улыбка. — Потому что им являешься ты, по крайней мере, для меня. Иначе стал бы ты ездить по миру и помогать всем существам, нуждающимся в помощи? Стал бы ты стараться научить меня этому заклинанию? Ты всегда поддерживаешь меня, когда я нуждаюсь в этом. Ты — самое удивительное, что случалось со мной, и даже не думай спорить. Да, все мы не идеальны, и ты в том числе, но это не делает тебя хуже в моих глазах, потому что у тебя самое доброе сердце, какое только можно представить. Тина, не сдержав внезапного порыва, подалась вперёд, обнимая Ньюта. Тот от неожиданности качнулся назад и, чтобы не упасть, осторожно обхватил её плечи руками. — И ты всегда бросаешься наперерез опасности, которая мне угрожает, жертвуя собой, но за это я готова убить тебя лично, — пробормотала она ему в плечо. — Ну, а это уже совсем нечестно, — смущённо ответил Ньют, радуясь, что Голдштейн не видит его покрасневших щёк, — потому что ты всегда делаешь то же самое. — И тебе тогда тоже хочется меня убить? — фыркнула девушка. — Нет, вовсе нет, — кажется, смутиться ещё сильнее уже нельзя, поэтому Ньют принялся внимательно рассматривать пол, пытаясь отбросить в сторону мысли, пришедшие ему в голову. — Тогда что? — Тина подняла голову от его плеча и внимательно посмотрела на друга. — Ничего, — поспешно ответил он. — Лучше попробуй вызвать патронус ещё раз. Голдштейн вздохнула и нехотя отстранилась от него, снова поднимая свою палочку. Она была уверена, что на этот раз у неё опять ничего не получится, но потом её взгляд упал на Ньюта. В его глазах читалась уверенность в способностях Тины, и в её голове сами собой всплыли его недавние слова: «ты самый удивительный человек на свете». За этим воспоминанием чередой стали появляться и другие: «у тебя глаза, как у…», «что ты скажешь, если я привезу тебе свою книгу лично?», его тёплые руки на её плечах. Пожалуй, ей все же стоит попробовать ещё раз. Не отрывая взгляда от Скамандера, она чётко произнесла: — Экспекто патронум! Из её палочки снова появилось облако, только на этот раз что-то было по-другому. Теперь облачко было более густым и заметным, и Тина могла поклясться, что она видит в нем чьи-то лапки и голову. Девушка продолжала держать концентрацию, и через какое-то время можно было с уверенностью сказать, что это — не что иное, как её телесный патронус. — Получилось… — неверяще прошептала она, глядя на голубоватую фигурку перед собой. — Вот види… — радостно воскликнул Ньют, но не успел закончить предложение, как его заткнули самым возмутительным образом. — Спасибо, — пробормотала Тина ему в губы, снова целуя. Она обнимала его за шею, а сам Скамандер, быстро оправившись от удивления, переместил свои руки на её талию, отбрасывая все сомнения, которые возникли у Голдштейн о взаимности её чувств. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем они отстранились друг от друга, тяжело дыша. — Давно хотела это сделать, — довольно улыбнулась Тина, прислоняясь своим лбом к его. — Я тоже, — признался Ньют. — Ты спросила, что мне хотелось сделать, когда ты бросалась наперерез угрожающей мне опасности. Именно это и хотелось, чтобы убедиться, что ты все ещё жива и рядом, несмотря на все твоё безрассудство. — Ну и почему ты тогда до сих пор этого не сделал? — вдруг возмутилась Тина. — Если бы ты все-таки поцеловал меня, то я бы смогла вызвать телесного патронуса гораздо раньше. — Правда? — светлые глаза Ньюта нашли тёмные глаза девушки, глядя в них с недоверием и надеждой. — Абсолютно, — серьёзно кивнула Голдштейн. — И все равно спасибо. Без твоей помощи я бы никогда не освоила это заклинание. — Я уверен, ты бы отлично справилась и без меня, — попытался возразить магозоолог, но девушка упрямо мотнула головой. — Нет, и не спорь. Ты предложил мне свою помощь, все это время поддерживал, даже когда у меня ничего не получалось. И, к тому же, в моем арсенале хороших воспоминаний есть пополнение, — на последних словах её лицо озарила улыбка, которая тут же была захвачена чужими губами. — В моем, кажется, тоже, — прошептал Скамандер, прежде чем ему снова пришлось замолчать. А вокруг них все ещё кружила голубоватая фигурка патронуса Тины.