Когда мы вместе

Обстановка вокруг была смутно знакома, но Арише никак не получалось рассмотреть её получше. Комнату заливал оранжевый свет то ли рассветного, то ли закатного солнца. Рядом на полу лежал мишка с глазами-пуговицами, и Арише казалось, что если она только дотянется до него, возьмёт его в руки, то обязательно вспомнит что-то важное, что-то давно забытое и почти стертое из памяти. Она потянулась к игрушке, но в этот момент что-то упало ей на голову, и Ариша, не устояв на ногах, завалилась за опрокинутый кем-то шкаф, который надёжно скрыл её от глаз любого, кто зайдёт в дверной проем. Как по команде, в комнату вбежали мужчина и женщина с волшебным палочками в руках. Силуэты этих людей вызывали те же смутные воспоминания, что и вся комната. Но стоило Арише попытаться всмотреться в их лица, как все началинало расплываться, чёткими оставались только короткая прическа женщины, её строгий костюм и высокий рост, почти такой же, как у светловолосого мужчины рядом с ней. От прилагаемых Аришей усилий, чтобы рассмотреть их, голова начала болеть ещё сильнее, чем после падения. Мужчина и женщина озирались по сторонам, словно кого-то ища. Но следом в комнату зашли те, кого Ариша узнала с первой секунды. Грин-де-Вальда и Винду Розье сложно не узнать. Люди в комнате тоже их заметили и подняли палочки, пытаясь защититься. Они успели произнести по одному заклинаниию, прежде чем оба упали на пол в ослепительно-зеленой вспышке. Вслед за жутким грохотом наступила оглушительная тишина, и Грин-де-Вальда победно усмехнулся. Арише стало трудно дышать, она была не в силах что-то сказать или хотя бы пошевелиться. Она боялась возвращать испуганный взгляд на убитых людей, но ещё одна вспышка света заставила её посмотреть в ту сторону. После знакомого хлопка аппарации Ариша смогла увидеть ещё одного человека, на этот раз очень ей знакомого. Её мама стояла прямо, с палочкой, направленной на Грин-де-Вальда, без тени страха в красивых карих глазах. На этот раз Ариша бвла ослеплена непрекращающимися разноцветными вспышками магии, прежде чем что-то взорвалось. От хлопка Ариша дёрнулась, но по прежнему не могла встать. Ей сделалось невыносимо жарко, а вслед за этим нестерпимо холодно, когда она увидела, как её мама рассыпалась на маленькие стеклышки, звон от которых ещё долго стоял в ушах. Ариша снова попыталась вскочить на ноги, и на этот раз ей удалось. Стало легче дышать. Кажется, она кричала, пытаясь добраться до осколков, но что-то словно держало её на месте, не пуская. Ариша дёргалась, пытаясь освободиться, но сила, удерживающая её, никуда не исчезала. Вдруг рядом раздался знакомый голос, которому вскоре удалось захватить внимание Ариши. Она поняла, что это голос её папы, что-то ей взволнованно шепчущий, а тяжесть на плечах начала напоминать его объятия. Это ощущение становилось все реальнее по мере того, как комната тонула в темноте, пока совсем не исчезла. Ариша испуганно вскрикнула, резко садясь и озираясь по сторонам. Её сердце бешено стучало в груди, пока она рассматривала знакомые очертания своей комнаты в тусклом свете палочки папы, который продолжал крепко обнимать дочь, взволнованно глядя на неё. Дав ей минуту, чтобы прийти в себя, он мягко спросил: — Ариша, как ты себя чувствуешь? — Голова болит. И холодно, — хрипло ответила она, наконец обнимая его в ответ. — Почему мы сидим на полу? — Наверное, ты упала во сне. Я услышал стук и зашёл к тебе. Ты лежала на полу, запутавшись в одеяле, а на лице у тебя лежала подушка. Ты дергалась и что-то кричала. Тебе приснился кошмар? Девушка кивнула, крепче прижимаясь к нему. — Мама… — просто ответила она. Мужчина тихонько вздохнул, сразу понимая причину её беспокойства. Он встал на ноги, поднимая Аришу вслед за собой. Поцеловав дочь в лоб, Ньют убедился в своих догадках. — У тебя высокая температура. Давай я принесу градусник и лекарства, а затем ты все мне расскажешь, если захочешь, ладно? Но Ариша взволнованно вцепилась в его руку и замотала головой. — Не уходи, — жалобно попросила она, шмыгая носом. — Хорошо, я никуда не уйду, — согласился Ньют, усаживая дочь обратно на кровать. Та быстро забралась под одеяло, дрожа от холода, и отодвинулась от края кровати, чтобы её отец смог сесть рядом. Он так и сделал, предварительно указав своей палочкой на дверной проем и что-то прошептав. Через какое-то время в комнату по-очереди влетели градусник, несколько бутылочек с зельями и стакан с водой, после чего все эти вещи опустились на тумбочку. Ньют взял градусник и протянул его Арише. Та со вздохом приняла его, решив, что лучше не спорить. — Я боюсь за маму, — резко выпалила она. — Она давно не ездила в командировки, и тем более в такие важные и опасные. Её ведь могут убить, понимаешь? Или ранить, или похитить, или… — Или она вернётся целой и невредимой. Не забывай, она очень сильный аврор. И я уверен, что она будет осторожной. Да, нельзя исключать вероятность, что она пострадает, но я верю в Тину и её способности. Верю, что она со всем справится. — Я тоже хочу в неё верить, — пробормотала Ариша. — Хочу верить, что она обязательно вернётся. Но у меня просто не получается. Я все время вспоминаю о… — её голос затих, словно она не знала, как продолжить свою мысль. — Ну, о своих родителях. Настоящих. Не то чтобы я не считала вас с мамой моими настоящими родителями. Я вас очень люблю. И их я, наверное, когда-то любила, просто уже не помню этого. Возможно, уже никогда и не вспомню. А помнишь, как мы впервые встретились? Я думала, что ты и Тина всегда были моими родителями, потому что ударилась головой, когда… — Когда Грин-де-Вальд напал на твой дом и убил твоих родителей, — грустно добавил Ньют. Конечно, он помнил. Он помнил рассказ Тины о том, как в Министерство привели маленькую девочку, потому что её было некуда отправить. О том, как эта девочка бросилась к Тине и обняла её, из-за травмы головы приняв за свою маму и совершенно забыв своих настоящих родителей. Он помнил, как зашёл в кабинет жены, а там повсюду были разбросаны детские рисунки и карандаши. Помнил, как сказал Тине о том, что для Ариши не нашли дома и её придётся отправить в приют. И он помнил, что так и не смог этого сделать и потом ни разу об этом не пожалел. — Если бы вы не рассказали мне об этом, когда я немного выросла, то, наверное, я до сих пор ничего не знала бы. Иногда мне снятся странные сны, как сегодня, я вижу что-то знакомое и давно забытое, но это лишь какие-то кусочки. Знаешь, мне кажется, мама Тина действительно чем-то похожа на ту мою маму. Я не знаю, что бы со мной было, если бы вы отдали меня в приют, хотя вы не были обязаны забирать меня. Я считала вас родителями, но на самом деле я не была вашим ребёнком, а вы все равно приняли меня. Ариша стала говорить медленнее, перескакивать с темы на тему, уронив голову на плечо Ньюта. — Я думаю, я полюбил тебя, как только увидел, так что не могло быть и речи о том, чтобы отдать тебя в приют и больше никогда с тобой не увидеться. Мы с твоей мамой никогда тебя не бросим, милая. А теперь доставай градусник, пора посмотреть, какая у тебя температура, — мягко сказал Ньют. — Я тоже тебя люблю, — сонно улыбнулась Ариша, прежде чем понять, что она уже не тревожится из-за маминой командировки так же сильно, как раньше. В конце концов, они всегда находили дорогу друг к другу.