Озноб на кончиках пальцев

- Всё-всё, молчу. - На, читай… Нормальное описание. И даже не пошлое! – Эмиль сунул телефон в руки приятеля. - «Дима притягивает его к себе и нежно, чтобы не спугнуть, прижимается сухими губами к губам Эмиля. Тот неуверенно подаётся навстречу и замирает, наслаждаясь неизведанными до этих пор эмоциями. Сквозь прикрытые глаза Дима улавливает трепетание длинных ресниц младшего товарища. Они прикасаются к его векам, как крылья бабочки…» - Масленников отрывается от текста и хихикает. - Что? – Эмиль смотрит на него с недоумением. – Тебе понравилось или нет? - Школьница писала, стопудово! Тебе реально зашла эта ваниль? - Слово-то какое вспомнил… Знаешь, уж получше, чем дикий прон на трёх листах… Со всеми подробностями. - А попробовал бы? Я, естественно, не прон имею в виду! – Дима вернул Эмилю телефон и откинулся на спинку дивана, снова улавливая на кончиках пальцев уже привычный озноб. - Ч-чего?!!! – Эмиль уронил аппарат, но даже не обратил на это внимания. От изумления его глаза расширились так, что он стал похож на анимешного персонажа. - Телефон разъебёшь. Попробовал бы, спрашиваю, поцелуй со мной? - Чердак, что ли, потёк?! Вроде не пили сегодня… – Эмиль торопливо подобрал «трубу» и бросил на тумбочку рядом с диваном. - Эмиль, вот, давай, сейчас – без пиздежа? - Давай… - Чем та сублимация, которой ты занимаешься, лучше настоящего поцелуя? Будь тебе противна сама мысль об этом, ты бы фанфы эти закрыл и телефон святой водичкой побрызгал. - Ты, правда, не врубаешься? – Эмиль вскинул на него глаза, блестящие от какой-то странной лихорадки. - Пока нет.