Я никогда не считал тебя своим братом

      Прошло уже около двух недель с момента, как парни перестали общаться. Каждый находился в своём кругу общения, совсем не контактируя друг с другом. Сейчас Хаджиме было до ужаса тяжело. Желание ходить на занятия и получать высокие отметки пропало напрочь. Чувство апатии, окатившее его, как ведро ледяной воды, не хотело никуда исчезать. Оценки стали куда хуже, чем были, но ему стало совсем плевать. Мечты о великом будущем и даром не нужны, когда любимый человек так открыто отвергает. И если раньше юноша давал своему телу хоть немного залечить раны, то сейчас он наносил порезы каждый день, вновь и вновь, не обращая внимания даже на факт того, что в данный момент его бедра больше напоминали беспорядочно изрезанный кусок свежего мяса, чем человеческую ногу. Мама продолжала находиться в больнице. Операция прошла довольно успешно и она пребывает в хорошем состоянии, что хоть немного радовало её мрачного сына. Но в один день он решил для себя, что не может больше так жить. Быстро собрав некоторые более-менее важные вещи в школьный рюкзак, Хината спустился в кабинет отчима по темноте, слабо стучась, — Я бы хотел поговорить, — Решительно сказал он. — Это очень важно? — Не отрываясь от бумаг сказал мужчина, — Прости, я правда хочу выслушать тебя, но я очень занят. — Не буду досаждать тебя, просто предупрежу, что переезжаю к отцу, — Он быстро вышел, не давая и слова вставить в ответ. Вызванное такси уже поджидало его у дома. Теперь-то Хаджиме возьмёт себя в руки и снова по максимуму займётся учёбой. Ему следует думать лишь о будущем, которое он проведет в одиночестве. Дорога до нового места жительства показалась невероятно долгой и мрачной. Бушующий холодный ветер чуть ли не сносил деревья с корнем, а густые темные облака покрыли всё небо, закрывая собой и луну, и звёзды, которые хоть немного, но освещали бы путь. Расплатившись за поездку, он поднялся на шестнадцатый этаж и позвонил в нужную квартиру, дверь которой тут же отворилась, — Рад, что ты принял верное решение. Рассказав отцу о своём подавленном состоянии, Хината почувствовал некое облегчение. Тот даже не наругал его, а просто назвал это «чёрной полосой жизни», которую требовалось немедленно стереть и позабыть.

***

Уже который день Нагито приходит ранним утром под дверь к брату, в надежде, что всё-таки решиться войти и разбудить его, как и было раньше. Беловолосый невероятно сильно жалел, что отпугнул от себя Хаджиме, мечтая вернуть всё на круги своя, хотя, нет, он хотел признаться. Громко заявить о своих чувствах, чтобы парень точно понял всё с первого раза. Но он понимал, что очень виноват и не может так просто заявиться. Именно он стал инициатором их ссоры. Правда, сегодня его переполняла большая решимость, чем обычно. Тихо прокравшись в комнату, Комаеда хотел застать брата спящим, дабы хоть немного насладиться его красотой. Какого же было его удивление, когда он не обнаружил в постели абсолютно никого. Мысль была только одна — Хината уже проснулся и, с вероятностью в девяносто девять процентов, завтракает с отцом на кухне. Быстро спускаясь вниз, оставляя пройденные ступеньки позади, он в момент прилетел на кухню, но и тут его ждало разочарование. — Вчера Хаджиме покинул наш дом, уходя к тому… — Мужчина прокашлялся, — Кхм, к своему кровному родителю. — Но зачем? — Комаеда не хотел позволять брату оставаться наедине с тем монстром, который в буквальном смысле может уничтожить его морально. — Мы не можем решать за него, увы, — С досадой ответил он сыну. Ничего не оставалось, кроме как поехать в школу и поговорить с ним там. Нагито обязательно вернёт его, любой ценой. Проходя в класс он мельком взглянул на Хинату, разговаривающего со своими друзьями. Он был как всегда прекрасен, настолько, что беловолосому хотелось прямо сейчас подойти и расцеловать его. Весь день в школе парень наблюдал за своей любовью. Его привычки не сильно то и изменились. Во время каждой перемены он оставался в классе, даже не выходя на обед. Абсолютно точно решившись на разговор, Комаеда поджидал брата у дверей школы, а когда те отворились и из них показался знакомый силуэт, он дёрнул того назад, подальше от лишних глаз. Стоило ему отпустить хрупкую руку и остановиться, как он заметил на себе злобный взгляд невероятных зелёных глаз. — Ты переехал к нему… Зачем? — Беловолосый совсем не продумал как будет действовать, поэтому лишь плыл по течению, — Разве тебе не лучше с нами? — Опять ты начинаешь, — Парень цокнул, — Не решай ничего за меня. — Но твой отец — ужасный человек! — Комаеда очень переживал и от нервов уже чуть ли не кричал, — Пожалуйста, вернись, — Он подошёл ближе и обнял его. — Нагито, — Хаджиме вырвался из тёплых объятий, по которым так соскучился за время разлуки, — Я не хочу возвращаться, понимаешь? Мы друг для друга никто, поэтому отпусти меня, я иду домой. Сказанные любимым голосом нежеланные слова больно резали по слуху. Если так подумать, то на что он вообще надеялся? Раз уж Хината пошёл на такой шаг, то всё решил, — Прости… Но если у тебя когда-нибудь будут проблемы, ты всегда можешь позвонить мне! — Ага… — Тихо бросил он на прощание, зная, что скажет брату о трудностях в последнюю очередь, если и вовсе не промолчит.

***

По внешнему виду Хаджиме можно было сказать, что он похож на зомби. Весь выходной день парень провёл в кровати, не в силах даже поесть. Требовалось развеяться, но он понятия не имел как. Правда, спустя пару минут размышлений к нему в голову пришла глупая идея. Быстро найдя в телефоне номер одного из друзей брата, Хината набрал ему и попросил об услуге. Таким образом, через час он стоял у входа в популярный клуб, где и поджидал его Танака, — Какие-то странные у тебя порывы, — Сказал тот, — Нагито хотя бы знает о твоих похождениях? — При чем тут он? Мы больше не общаемся, — Хаджиме хотел зачеркнуть его из своих мыслей как можно скорее, — Давай быстрее, я хочу напиться сегодня так, чтобы позабыть своё имя. Уже непонятно какая по счёту пустая бутылка отправлялась в мусорное ведро. Огромная компания подростков сидела за столом и попивала различный крепкий алкоголь. Некоторые из них видели друг друга впервые, но разве это сейчас так важно? Хината ушёл в отрыв и пил на спор с каким-то высоким парнем в очках, который не без подвоха поглядывал на него. Но он решил делать вид, что и вовсе не замечает на себе похотливых взглядов. Главное — забыть Комаеду. — Эй, Хаджиме, хватит с тебя, — Здравый смысл Гандама подталкивал его утащить отсюда брата своего друга, — Пойдём домой. — О-ой, не порти мне всё веселье, — Судя по его голосу он был очень пьян, — Всё со мной в порядке! Но Танаке хватало одного лишь взгляда на Хинату чтобы сказать, что того пора утаскивать отсюда. Хомячник подумал и понял для себя одно — он тут бесполезен. Требовалось позвонить Нагито и попросить его самого разобраться с этим пьяным недоразумением. — Слушай, чувак, тут такое дело, — Ему было страшно, ведь это он виноват, — Тут Хаджиме… Ну, в клубе… Мне кажется, ещё немного и он лишится… Своей невинности. Гудки на том конце, означающие конец разговора, вселяли надежду, что беловолосый успеет.

***

— Если поцелуешь меня, то налью тебе ещё, — Дразнился парень в очках. — Я и не говорил, что хочу ещё пить, — С улыбкой отвечал Хината, а со стороны это было похоже на заигрывание. — Тогда… Сделаем это просто так? — Он приблизился к его лицу, почти дотягиваясь до губ. — Даже не знаю, — Оставался один рывок и его первый серьёзный поцелуй украдёт незнакомец, но тут Хаджиме резко отталкивают и он поднимает глаза, — Нагито? — Тогами, какого чёрта ты блять делаешь? — Беловолосый почувствовал, как руки брата обнимают его. — Э-эх, так он уже занят, — Бьякуя зевнул и посмотрел на Комаеду с вызовом, — Но что ты будешь делать, если он предпочтет меня? — Прекрати свои игры, — Комаеда не хотел сейчас разбираться с ним, важно лишь увезти брата домой как можно быстрее, — Котёнок, поехали, нам тут не место, — Он тянул его выше, вынуждая подняться на ноги, и придерживал за талию. — Ты не дал мне поцеловаться! — Обиженно фыркнул Хината, — Возмещай ущерб! Нагито аккуратно чмокнул его в уголок губ, обещая себе, что потом обязательно сделает не только это. Затем он вышел из клуба и сел в автомобиль, уезжая подальше от этого места. По приезду домой оказалось, что отец вновь уехал по делам и с похмельем брата придётся справляться самостоятельно. Уложив его в свою постель он разделся и долго думал над тем, стоит ли раздеть и Хаджиме, но всё-таки передумал, приземляясь рядом, бережно прижимая к себе.