Вэй Ин, вернись со мной в Гусу...

Несмотря на свою манерность и, на взгляд Вэй У Сяня, даже чопорность, Облачные Глубины знали толк в красивых празднествах. Гусу искрился разноцветными огнями, победные флаги украшали каждое здание, отовсюду лилась музыка, и на пути не было никого, кто не являл бы собой чистую радость и благополучие. Неизменными оставались лишь белые одеяния благородных адептов, и облаченный во все черное Вэй У Сянь разительно отличался от толпы, так не похожей на него, причем не только одеждой, но и мыслями. С другой стороны, когда в последний раз его это волновало? Праздник сопровождался песнями и танцами, а вечером состоялся пир, на который Вэй У Сянь не шел с особым рвением, ибо пресная еда, которой его кормили учеником в Гусу, отсутствие выпивки и нормального мяса до сих пор терзали желудок и душу молодого человека, несмотря на то, что с тех событий прошло уже несколько лет. Усаживаясь за стол, Вэй У Сянь не удивился тому, что сидит он рядом с Лань Си Чэнем, ведь это соответствует его статусу в качестве гостя. Однако когда справа неожиданно появился Лань Ванцзи, юноша бросил на него недоумевающий взгляд. - Ты разве не должен сидеть рядом с Лань Сичэнем? – напрямую спросил Вэй У Сянь. – Если не на моем месте, то с другой стороны. - Там сидит Лань Цижэнь, - спокойно ответил Лань Чжань. Вэй У Сянь настолько старался не обращать внимание на остальных адептов клана, дабы не заполнять голову ненужными мыслями, что не заметил изрядно постаревшего с их последней встречи Лань Цижэня, который, впрочем, не потерял своего статного вида и всеобщего пренебрежения во взгляде. Даже сейчас мужчина не слишком разделял всеобщую радость, сохраняя суровое выражение на лице, с которым Вэй У Сянь его и запомнил. - Ах вот оно что… - юноша хотел было поприветствовать учителя, но разговаривать через сидящего между ними Лань Сичэня показалось ему не очень вежливым, поэтому он лишь молчаливо соединил руки в знак уважения, когда Лань Цижэнь глянул на молодого культиватора. - Я прошу внимания всех адептов ордена Гусу Лань – Лань Сичэнь встал, обратив на себя взор присутствующих, - Я горд принести благую весть в наши земли: орден Цишань Вэнь потерпел окончательное поражение. «Аннигиляция Солнца» завершена победой восставших кланов! Вэй У Сянь ожидал крики, овации, но вместо этого окружающие начали хлопать. И хоть из уст людей не доносилось громких возгласов, на лице каждого из них сияла счастливая улыбка, показывающая, что ни один адепт здесь - не нефритовая глыба, а обычный, живой человек, умеющий чувствовать, переживать и ликовать со всеми. Дальше вечер пошел сам собой. В Облачных Глубинах существовало строгое правило (одно из десяти тысяч, впрочем) о запрете разговоров во время приема пищи, но добрые вести никого не могли оставить равнодушным, и за столами лилась тихая беседа, на которую старейшины просто закрывали глаза. Вэй У Сянь тоже был не прочь поговорить, ибо притрагиваться к еде совсем не хотелось, но приличия требовали высказать уважение местным блюдам, и юноша с легкой печалью придвинул ближе миску с рисом. Однако первым, что бросилось в глаза молодому человеку, был цвет крупы: ярко красный. Вэй У Сянь с удивлением смотрел на молотый острый перец, коим щедро был посыпан рис и, не сдержав любопытства, глянул в миску Лань Ванцзи. Еда в ней также пестрила красным. Положив в рот небольшую порцию риса, Вэй У Сянь ощутил привычное жжение на языке, горячо любимое им, и вкусы пряностей стали медленно разливаться по телу. Наконец, пришло наслаждение, и юноша принялся с удовольствием уплетать блюдо, краем глаза наблюдая за адептом в белом. - Лань Чжань, ты тоже любишь острое? – спросил Вэй У Сянь прямо, глядя как Лань Ванцзи не спеша вкушает рис маленькими порциями. - Это… вполне съедобно, - с небольшими паузами ответил юноша. Не может быть! Или мир перевернулся с ног на голову, или Вэй У Сянь сейчас не в ордене Гусу Лань. Праздная атмосфера, вкусная еда и… неужели?! Молодой человек залпом осушил стоящую перед ним пиалу с прозрачной жидкостью. Увы, внутри оказалась лишь чистая свежая вода. Все же от некоторых правил клан Лань не откажется никогда, и запрет алкоголя в Облачных Глубинах – один из них. Вэй У Сянь с легким сожалением поставил посуду на стол. - Ох, Лань Чжань, а я то думал адепты из Гусу Лань наконец познали радости жизни, - со вздохом произнес юноша. Лань Ванцзи ему не ответил, все еще стараясь соблюдать приличия, зато слева раздалось: - Молодой господин Вэй, это какие же радости? Лань Сичэнь глянул на Вэй У Сяня, и уголки губ главы клана были слегка приподняты. - Ну как же, - с охотой заговорил юноша, - вкусная еда, сон до обеда, красивые девушки и крепкие напитки. Еще левее раздалось недовольное хмыканье. Лань Цижэнь делал вид, что поглощен едой, но уши его при этом были свободны. - Молодой господин Вэй, вы ведь говорите о радостях тела…- Лань Сичэнь мягко вступил с Вэй У Сянем в дискуссию, - а как же радости души? - Радости души? - Сытость, хмель и увеселение приносят счастье лишь снаружи. Но они не способны сделать вас счастливым внутри. Вэй У Сянь было подумал, что вполне способны, но вслух ничего не высказал. Лань Сичэнь меж тем продолжил: - Истинное блаженство духа не затронуто материальными вещами, оно гораздо выше. Вэй У Сянь с любопытством поинтересовался: - И что же по-вашему приносит счастье душе? - То, что терзает сердце и разум: музыка, способная вскружить голову, поэмы, волнующие сознание, картины, восхищающие взор, любовь, сводящая дыхание, чистая и светлая, трепет которой одновременно являет собою покой и умиротворение. Вэй У Сянь посмотрел на лица окружающих и ляпнул: - В таком случае, глядя на адептов ордена Гусу Лань можно сделать вывод, что и о счастье души здесь тоже не сильно заботятся. - Как ты смеешь нести такой вздор! – Лань Цижэнь едва ли не вскочил с места, встряв в разговор. – Облачные Глубины дарят каждому находящемуся здесь истинную гармонию в душе, усмиряя разум и наполняя тело духовной энергией и силой. - Но ведь усмирение не равнозначно счастью? – совершенно искренне спросил Вэй У Сянь, желая получить ответ. - Счастье есть истинный покой в душе! Он достигается путем упорных тренировок, когда сознание приводят в порядок, и в нем не появляются такие неподобающие мысли, как у тебя! Юный заклинатель поднял бровь: - А что не так с моими мыслями? - Ты еще спрашиваешь?! – лицо старика исказила гримаса. - Да ты первый, чей разум надо утихомирить! Ты использовал запрещенные методы в борьбе с Вэнь Чао, потревожил души мертвых и призвал их к себе в качестве оружия против ордена Цишань Вэнь! Ты нарушил все допустимые правила, но что еще хуже – ты ступил на Путь Тьмы, однажды попав на который сойти не удавалось уже никому! И если Лань Сичэнь закрывает на это глаза, то я молчать не стану! Зато помимо Лань Цижэня в зале замолчали все. Настала гробовая тишина, и прежде чем Лань Си Чэнь возьмет ситуацию в свои руки, Вэй У Сянь попытался в очередной раз доказать свою позицию: - О чем вы говорите?! Я прекрасно владею своим разумом и силами. И какими бы ни были мои способы борьбы с адептами клана Цишань Вэнь, я смог победить их! Как меня можно винить за это? Но вместо аргументов Лань Цижэнь указал на адепта пальцем: - Вэй У Сянь, ты представляешь угрозу для всех нас! Когда ты вмешиваешься, то делаешь все только хуже! Ты все портишь! «Ты все портишь!» Мадам Юи избивает Вэй У Сяня кнутом перед Ван Линцзяо за то, что он навлек немилость Вэнь Чао на Юньмэн, и это привело к сожжению Пристани Лотоса и смерти дяди Цзяна и всех людей клана. «Ты все портишь!» Драка Вэй У Сяня с Цзнь Цзи Сюанем окончательно разорвал помолвку между орденом Юньмэн Цзян и Ланьлин Цзинь, что лишило шицзэ возможности обрести счастье в браке. «Ты все портишь!» «Ты все портишь!» «Ты все портишь!» - Вэй У Сянь – ходячая проблема! - Довольно! Замолчите! – закричал Вэй У Сянь и вылетел из-за стола. - Вэй Ин! – услышал юноша прежде чем выбежал из здания, но, кому принадлежал голос, определить уже не смог.