Драбблы по "Путь "Синигами"

      Угаки медленно прогуливался по Токио. За всё время пребывания в Уэко Мундо он успел отвыкнуть от толп людей в больших городах. У него было около суток на эту «прогулку». Купить некоторых необходимых вещей, причём не только себе, и просто отдохнуть от однотонных белых стен.        Когда он отпрашивался, невнятно объясняя зачем ему вообще нужно в мир живых, Алукард посмотрел на него странным нечитаемым взглядом, но в итоге отпустил, даже не пригрозив напоследок, что если тот посмеет сбежать, то его найдут и он об этом пожалеет. Он дал ему в сопровождение собакоподобного пустого, эту гигантскую собаку, которую можно было использовать и вместо ездовой лошади, предупредив, что этот пустой не особо умён, и нужен только чтобы доставить его в мир живых, а затем обратно. И что приказы ему лучше отдавать чётко и ясно, а то не поймёт. Сейчас он шёл внизу, по многолюдной улице, а пустой сделовал относительно рядом, по крышам зданий.       В последнее время его начальник-спаситель-похититель общался с ним довольно ровно. Эксперименты вместе с РанТао-доно были интересными, а пару раз он даже работал с Айзеном-сама. А иногда, часто, он вообще был предоставлен сам себе… Угаки не знал, что и думать обо всей этой ситуации. Вопрос даже стоял не «куда бежать», а «а нужно ли куда-то бежать?». Господин Алукард был… Адекватным. Самое подходящее для него слово. Кажется, он не любил всяких маньяков, садистов, потому спас самого Угаки… "Ну да, ему-то до безумия того же Карии далеко" - баунто раздражённо подёрнул плечами. И вполне искренне не одобрял бессмысленную жестокость. И не просто не одобрял, а делал так, чтобы его подчинённые этой «бессмысленной жестокости» не совершали. Да и вели себя его подчинённые подстать ему. Вспомнить хотя бы его старших фракционов…       Угаки вспоминал, как Кария подстроил бунт его куклы. Тогда он думал, что Кария, возможно, просто не хочет «делиться властью» в его понимании, или опасается чего-то ещё, в том же духе. Но когда Алукард в беседе мимоходом упомянул, что весь план Карии заключался пафосном самоубийстве баунто об синигами, и именно ради этого Кария собирал всех баутно с собой… Не то, чтобы он не верил словам господина Алукарда, но в такое… в такое просто не хотелось верить.       Они столько столетий Вместе! разрабатывали способы усилить свой род, строили планы, рассчитывали ритуалы по созданию битто и изучали возможности открыть проход в Сообщество Душ. И всё ради чего?! Пафосно и громко умереть?       Тот рыжеволосый парень сражался с Карией. РанТао-доно говорила, что тем детям, а главное рыжему, он особенно подробно распинался о своих планах. Может рыжий синигами знает что-то ещё?       Может всё не совсем так? И не этого на самом деле Кария хотел? Вот только какой смысл Алукарду было врать, или приукрашивать. Хотя, откровенно говоря, они тогда почти не затронул эту тему, может…       Угаки удивлённо застыл, почувствовав вдруг знакомую реацу на границе города. Её источник медленно приближался.       Когда господин отпускал его, он на всякий случай предупредил, что ни в коем случае нельзя как-либо вредить Куросаки Ичиго и его окружению если те вдруг ему встретятся, а так-же не попадаться на глаза синигами Готея, и не вступать в бой. Тогда, при выходе, оба этих события казались маловероятными, всё же Угаки не в Каракуру собирался.       Можно ли было назвать это удачей, или судьба так распорядилась, но сейчас Куросаки тоже был в Токио, далеко от своего дома, и он был один. Рядом не крутились ни его друзья-люди, ни «синигами из Готея». Немного подумав, Угаки отправился наперерез.       Куросаки Ичиго не «синигами Готея». Откровенно говоря, он вообще непонятно кто, и не подпадает под приказ «избегать контакта с синигами». И Угаки уж точно не собирается ему вредить.       Может, сегодня будет удачный день?       Собака-эскорт-конвой бегала где-то рядом, держась на определённом расстоянии от Угаки и никак не изменила поведения, когда тот начал приближаться к «возможно запрещённому» объекту. Может даже, она тут действительно ради сопровождения в мир живых и обратно…

***

      Ичиго, в кои-то веки, спокойно прогуливался по шумным улицам. В одиночестве. Не было ни Рукии, с её постоянным «дурак!», ни шумного Ренджи, который остался дежурить в Каракуре, ни Чада, Иноуэ и Исиды, что тоже пожелали остаться сегодня дома. Наверно, это можно было назвать удачным днём. Ему не нужно куда то бежать, с кем-то сражаться. Если бы не дела в Токио, по которым его отправил отец, это можно было бы назвать выходным. Но это не мешало ему наслаждаться прогулкой.       Когда Ичиго заметил странного человека, что приближался к нему в толпе, он немного напрягся. Образ офисного клерка, в белой рубашке с красным галстуком и круглых очках казался смутно знакомым. Но где он его видел… — Здравствуйте, Куросаки Ичиго. — Начал он разговор.       Каждый раз, когда подозрительные незнакомцы заранее знали его имя, Ичиго понимал, что его нашли новые проблемы. — Что вам нужно? — насторожённо спросил он. «Клерк» улыбнулся. — Кто ты такой? — продолжил он агрессивнее.       Он потянулся к удостоверению, чтобы в любой момент выйти из тела и защититься, но незнакомец резко схватил его за руку, и вырвав удостоверение, кинул его себе за спину в дальнюю часть улицы. Никто не обратил на летящий предмет внимания. Люди его просто не видели. — Прошу прощения за это. Но как ты видишь, у меня нет оружия. И я хотел бы, чтобы своё оружие ты тоже не использовал. Этот человек больше ничего не делал, не проявлял агрессии, и Ичиго медлил. А незнакомец спокойно продолжил. — Может мы продолжим наш разговор в более спокойном месте? — он посмотрел в сторону какого-то кафе, которое оказалось поблизости. — Я могу обещать, что не собираюсь нападать на тебя. А после, ты сможешь забрать своё удостоверение. Его здесь никто не заберёт. Мы в таком случае будем примерно в равных условиях. И я тебе не враг. По крайней мере сегодня. Я лишь хочу поговорить. — И о чём же ты хочешь поговорить? — Ичиго не сдвинулся с места. — И ты так и не ответил. Кто ты? Задумавшись, незнакомец всё же представился. — Меня зовут Угаки. Ты возможно не помнишь меня, я баунто… — на этих словах Ичиго напрягся — …который охранял вход в нашу подземную базу, командовал куклами «глазами» и… — Гейзелем. Огромной куклой, похожей на пустого, что появлялась из теней. — Ичиго всё же вспомнил этого «человека». В голове всплыли воспоминания — развалившаяся стена, гневные крики того баунто в сторону Карии, гигант, вдруг переставший атаковать их и потянувшийся в сторону разлома, и крик «Гейзель, нет! Прекрати! Это же я!» А затем рука его куклы тянется вглубь той пещеры. И крик обрывался.       Они всё же прошли в кафе и сели за ближайший столик. Баунто, под удивлённым и немного раздражённым взглядом, начал делать заказ. Ичиго отказался, и Угаки иронично подняв бровь, дополнительно заказал целый чайник с чаем и парой кружек. — Как ты выжил? — спросил самое очевидное Ичиго, как только официант ушёл. — Чудом. — Просто ответил Угаки, пожав плечами, — давай вернёмся к тому, зачем я здесь. Не пойми меня неправильно. Я бы не против ответить и на твои вопросы. Но, думаю мне не стоит этого делать. — На этом моменте Угаки замялся. — Это не моя тайна, так сказать… Понимаешь?       Ичиго тяжело вздохнул. Если бы ему давали по десять йен каждый раз, когда кто-то уходит от его вопросов… Ладно, этот хотя бы не безумный шляпник, и не всякие высокомерные аристократы-синигами. А ещё, он всё ещё не нападал и вёл себя достаточно воспитанно, хотя Ичиго и поглядывал в сторону лежащего на улице удостоверения. Оно лежало около самого здания, и никто не наступал на него, даже не проходил рядом. — Так о чём ты хотел поговорить? — всё же начал разговор Ичиго. — Я хотел расспросить тебя о Карии. Ты сражался с ним, не раз и не два. Знаешь, — Угаки задумчиво повертел в руках кружку, принесённую официантом, — мы ведь с Карией когда-то вместе разрабатывали способы создания кукол у баунто, а затем и способы создания битто. — Ичиго непонимающе посмотрел на него, — Тех кукол-комаров, что собирали для нас силу… — … И убили ради этого одного из ваших, — зло дополнил Ичиго. Он помнил, как Исида будто пыльным мешком ударенный ходил, после её смерти. — Я прошу тебя, не перебивай. — Угаки наконец посмотрел на него. Он был серьёзен, но всё ещё спокоен. И в нем будто не было ни капли раскаяния или просто неудобства из-за чужих резких слов.— К Ёсино мы ещё вернёмся… Я обещаю, что объясню. Но после. Ичиго вздохнул и поторопил его. — Ну?.. — Так вот. Всё это преследовало одну цель — Отомстить синигами. Хотя это ты и так знаешь. Но… вот мы начинаем воплощать свой план в жизнь, и что происходит? Баунто, которых и так немного, один за другим погибают в битвах. Ладно ещё первые двое. Но затем, от меня Кария избавляется специально. Кто знает, не избавился ли он от кого-то ещё в Сообществе Душ. И вот они проникают в Сообщество душ, и что я узнаю? Все баунто полегли в одиночных схватках, а Карию убивает какой-то мальчишка! — Угаки говорил тихо, но теперь он выглядел настолько зло, что Ичиго снова поглядывает на удостоверение синигами, рассчитывая, насколько быстро сможет до него добежать. Баунто посмотрел на него, и поджав губы, успокоился. — Я не виню тебя Куросаки Ичиго. — Угаки отвёл глаза, вздохнул и продолжил. — Ты силён, но в Сейрейтее и так полно тех, кто мог бы его убить. Вот только мы пришли туда не за этим! У нас был план! И я хочу знать… — Сделал ли Кария это специально? — Ичиго наконец догадался о том, что же хотел узнать у него этот баунто.       Ичиго подумал, что этому типу не понравится ответ на свой вопрос. Он просто расскажет, что видел, а Угаки пусть сам поймёт, было ли это по их «плану», или нет… И Ичиго начал свой рассказ.

***

— …в итоге Кария так и не подорвал дзёкайсё, хотя мы были уже на самом холме Соукьоку, и были мы там довольно долго. Ну и… я думаю да, его планом было громко похоронить клан зависимых, а не уничтожить синигами. — Ичиго закончил, попивая чай и радуясь, что баунто проигнорировал настрой Ичиго и заказал напитки. Рассказ получился, не сказать чтобы долгий, но и парой слов тут было не обойтись. — Ну да… — мрачно сказал Угаки, — прям как Ёсино… Только громче, и пафоснее. — Он гневно сжал кулаки и отвернулся в сторону. — «Прям как Ёсино»? — Ичиго наконец коснулся той темы, что царапнула его сознание при её первом упоминании. Угаки, казалось, не чувствовал никаких угрызений совести, от того что они пустили в расход собственного «соклановца», да ещё и «возлюбленную Карии» — Ты сказал, что объяснишь. Я на твои вопросы ответил, ответь и ты на мои. Неужели вам и в самом деле настолько важны были эти ваши планы и те комары «куклы», что вы ради этого убили одного из своих?! — Ичиго зло посмотрел на Угаки. Но тот снова повёл себя странно. Он криво усмехнулся и сказал. — Неужели ты думаешь, что битто нельзя было сделать другими способами, Куросаки Ичиго? Изначально, мы действительно рассчитывали их создание без основы в виде сущности зависимого. — Так почему!.. — Ты снова перебиваешь, — спокойно сказал он — Ты думаешь, Ёсино тогда бросилась к нам, чтобы остановить Карию? Ты правда веришь, что она была настолько глупа, чтобы с огромной разницей в силах пытаться его хотя бы поцарапать? — Ичиго отвёл глаза в сторону. Он вспомнил, как сражался с Кенпачи в первый раз. Как Айзен остановил его меч голой рукой. Как затем Даисуке Сагара, голой рукой перехватил меч Маки Ичиносе… — Она пошла туда, чтобы умереть. — Ч…Что? — Ичиго растерялся. Он не настолько отвлекся на свои мысли, чтобы потерять нить разговора, но то, что сказал Угаки… — О чём ты говоришь? — Думаешь, один Кария страдал суицидальными наклонностями?… Хотя, то что он ими страдал, я уверился сегодня… Ёсино давно этого хотела. — Угаки вздохнул и отвёл взгляд. — Я… помню, как Кария в первый раз вынимал её из петли. — Ичиго поражённо молчал. — Забавно, да? Оказывается зависимые, немного набравшие силу, уже не могут умереть от удушения… достаточно быстро, по крайней мере. — Угаки сказал это с каким то злорадством. — То был первый раз. Но не единственный. Кария долго боролся за её спасение. Не знаю, любил он её, или ему было её банально жаль… Она ещё несколько раз пыталась покончить с собой, но что-то не срабатывало, что-то предотвратил Кария. Когда появилось достаточно мощное огнестрельное оружие, она уже смирилась, что ей не дают умереть. Нет, Куросаки Ичиго, ты не подумай, она не пыталась убиться каждый день, но те несколько раз… Мы устали. Кария устал надеяться. Он похоронил Ёсино уже давно. Наверно он устал бороться с ней за её жизни, или понял тщетность попыток. В итоге, мы пришли к тому варианту ритуала, который и использовали. А она, в нужный час, спокойно пришла на свой последний бой.       Угаки закончил рассказ и они оба замолчали. Поговорил с бывшим врагом, узнал немного нового. Правда, Ичиго не был уверен, что эта информация ещё когда нибудь ему понадобится. Не был уверен, как реагировать на то, что узнал. Верить ли этому… И если верить, то… Что дальше? Он сидел и вспоминал виды подземного города, в котором была база баунто. — Кстати, — вспомнил Ичиго, — ты знаешь, что это именно РанТао помогла первым зависимым построить тот древний город, в котором вы в итоге устроили базу? — Ичиго вспомнил, что им об этой ситуации рассказывала сама РанТао. Других рассказчиков, правда, не было, но Сообщество Душ в итоге признало существование баунто, и часть той информации. Как он понял уже это было для Совета чудом и подвигом. — Она пыталась помочь баунто на первых порах, но Сообщество Душ не поддержало её начинания. Они сделали её крайней в инценденте. Из-за этого её силу запечатали, и она больше не могла помочь зависимым. Она не хотела, чтобы всё это случилось. — скомкано закончил он, не уверенный, как к этому отнесётся Угаки. Ведь зависимые вроде считали РанТао виновной в своих бедах. Угаки отреагировал лёгкой усмешкой. — Я в курсе, Куросаки Ичиго. Она рассказала мне, что тогда произошло. — Рассказала? — удивился Ичиго, — ты говорил с ней до её смерти? — Смерти? Но ведь она… — и Угаки резко замолчал. Как и Ичиго, которому хватило этой оговорки.       Угаки знал, что про РанТао нельзя ничего упоминать при ком-либо из Сообщества Душ. Но по обмолвкам Алукарда до этого, получалось, что Куросаки знает, что РанТао жива… А если Угаки ошибся? — В Сообществе Душ не должны узнать… — пробормотал вслух баунто. Он с нарастающей паникой взглянул на Ичиго. — Я не из Сообщества Душ, как ты мог заметить. — Ага. Ты даже не совсем синигами. — растерянно сказал Угаки. — Ты ведь не ответишь, если я спрошу «откуда ты это знаешь?» — Угаки поджал губы и промолчал. — Будешь пытаться меня убить, чтобы сохранить секрет? — с любопытством спросил Ичиго. — Мне запрещено тебя… — И Угаки снова замолчал. Ичиго захотелось рассмеяться от неосторожности и невезучести этого зависимого. — И всё же, кто же тебя спас. С кем теперь ты работаешь? И РанТао похоже там же, с вами. Ты сказал, что тебе запретили меня убивать. Причём не «запрещено убивать кого-либо сегодня» или «запрещено убивать синигами», а меня — Ичиго надеялся, что баунто по неосторожности скажет что-нибудь ещё. — То есть, мы с твоим новым начальством не враги? Кто он, или они? — Но баунто и сам понял, что сказал сегодня слишком уж много.       Оставив деньги за заказы, Угаки вскочил и, попрощавшись, поспешил из кафе. — Угаки, — немного подумав, Ичиго окликнул его, и спокойно посмотрев на него, сказал — Я никому не скажу. Я ничего не слышал. — Он серьёзно смотрел на Угаки. — Мы с тобой даже не встречались.       Зависимый удивлённо посмотрел на него, и серьёзно кивнув в ответ, всё же поспешил уйти.       Ичиго поднял с земли своё удостоверение и отправился по делам, что были прерваны визитом Угаки. Его радовала мысль, что сегодня ему всё-таки не придётся с кем-то драться. И стоило уложить в голове этот странный разговор.       Угаки напряжённо думал, стоит ли по возвращении рассказывать о произошедшем господину Алукарду, и если рассказывать, не похоронят ли его за это в унылых песках Уэко Мундо.       А на крыше ближайшего здания стоял собакоподобный пустой, что внимательно наблюдал за ними всё это время.