Как это ощущается?

Эррор привычным движением протянул руки, выпуская синие нити. Затем таким же привычным движением сжал кулаки, напрягая их. Два оставшихся листа были порваны на несколько неровных кусочков. «Ошибка» Все. Наконец-то. Две последних альтернативных вселенных были уничтожены. Его работа была закончена. Больше никаких дурацких AU, никаких аномалий, никаких… Ошибок, хе-хе. Только чистая, оригинальная, идеальная Undertale. Это была его победа. Это был его триумф. Вот только… «Ошибка» Вот знаете такое чувство? Вы наконец закончили многомесячное, трудоёмкое дело, труд, занявший у Вас кучу сил и времени. Вы понимаете, что наконец победили! Ура! Как же долго я старался! Теперь я могу отдохнуть! Примерно такие мысли проносятся в Вашей голове. Но Вы не чувствуете свою победу. Лишь… Усталость. Так же и Эррор. Он ничего не чувствовал. Ничего из того, что должен был. Разрушитель вселенных прислушался к своим ощущениям. «Ошибка» Он не испытывал радости. Торжества. Гордости за свою работу. Только сильную усталость. И какое-то мрачное удовлетворение. Эррор устало вздохнул. Он парил в невесомости, смотря на опустевшую Дудл-Сферу. «Ошибка» Непривычно. Лишь золотой листок на самой вершине. Тут появился запоздавший Инк. Он последнее время тусовался в оригинальной вселенной, пытаясь обратиться оттуда к создателям. Однако не преуспел. — Привет, Эррор. — Зд- Зд- Зд- Здравствуй, Инк. Создатель Вселенных убрал кисточку за спину и повис рядом с Эррором. Он был достаточно далеко. Он помнил, что Эррор был гаптофобом — боялся касаний. Он уважал его личное пространство. «Ошибка» Они оба помолчали пару минут, пялясь на оригинальную вселенную. — Значит, всё? — спросил художник. — Да. Всё. — Какими были последние? — Я думаю, ты знаешь. Underswap и Underfell. Они были са- са- са- самыми масштабными. — Хех, это да, — согласился он, слегка ухмыльнувшись и отведя взгляд. Они ещё помолчали. «Ошибка» — Инк… Разве ты не должен чувствовать… Что-нибудь? Я помню, что у тебя нет души, но ты же може- же- же- жешь глотнуть из своих колб. — Да, я… Я не знаю. Я чувствую, что это грустно, и я знаю, что мне должно быть грустно. И, пожалуй, где-то глубоко внутри я чувствую свою грусть. Ах, да, ещё я бы, наверное, разозлился. Несильно. Все обычно злятся, когда проигрывают. Хе-хе. О чем мы там говорили? — О чувствах, — напомнил он, даже не поворачивая головы. Эррор привык к странностям своего… Врага? Товарища? Знакомого. Привык напоминать ему тему обсуждения во время разговора. Привык к тому, что его периодически внезапно тошнит чернилами. К его порывам фантазии. Как в тот раз, когда он сутки напролет писал фанфики, шипперя Рэда и Ласта. После этого Эррор неделю отказывался общаться с ним. «Ошибка» — Ах, да. Но я не знаю, хочу ли я чувствовать. Я пытался открыть их, глотнуть чувств. Но рука не поднималась. — Ясно. Снова короткая пауза. — А ты, Эррор? — Что? — Что ты чувствуешь? Как это ощущается — победить? Если бы это был не Инк, Эррор бы подумал, что в этой фразе очень много злости. Но тут ее просто не могло быть. «Ошибка» — Я тоже не чувствую мно- о- о- огого. В основном, усталость. И лёгкое мрачное удовлетворение. — Понятно. Снова молчание. — Эй, Инк… Ты… Пла- ла- ла- лачешь? — Я плачу? Хах, и правда! — из его глазницы стекала иссиня-черная слеза. — Очень интересно! Я даже не знаю названия этому чувству, — он открыл ещё одну колбочку и собрал туда слезу. — Я потом ее исследую. Они снова помолчали. В последнее время они часто сидели здесь и молчали вместе. «Ошибка» — Что ж… Что думаешь делать сейчас? — спросил Инк. — Я думаю поселиться где-то в оригинальной вселенной. Так, чтобы никто не нашел. Может, где-то в пустоте. Или в анти-пустоте. Буду что-нибудь рисовать. Может, создавать. Даже если ты это потом уничтожишь. — Вспомни мои слова, Инк. — Что? «Ошибка» — Вспомни, чт- т- т- то я говорил. — О чем ты? — Когда говорил о своем предназ- наз- наз- назначении. — Ты… Ты говорил, что уничтожишь все альтернативные вселенные. — Именно. — Но к чему это? Ты же все их уничтожил. — Нет, не все. — Правда?! — глаза Инка загорелись — Ты оставил какие-то? Ты спрятал их? Где они, Эррор? Покажи их мне! — Мы. «Ошибка» Одно слово прозвучало как выстрел в тишине Сферы. — Все эти годы… Ты все это время знал, что убьешь себя в конце? — Да. Инк погрузился в раздумья. В то время, как он творил ради своего удовольствия, ради веселья, Эррор уничтожал ради идеи. Пусть идеи извращённой, жестокой и безумной, но идеи. И это не могло не восхищать: потратить столько сил для улучшения мира, в котором не будешь жить. — Что ж, это… Заслуживает уважения. «Ошибка» Он расставил в стороны руки. — Вряд ли я смогу теперь что-то изменить, или как-то тебе помешать. Так что… Я не буду. У Эррора слегка расширились глазницы. Он никак не ожидал, что в конце их бесконечно длинного и извилистого пути Инк наконец поймет. — Хех. Возм- м- м- можно, ты не так туп, как я предполагал. Разрушитель опутал Художника синими нитями. — Последние слова? «Ошибка» — Для меня было честью работать с тобой, др… Эррор. Инк помнил, как он не любил то слово. — Для меня то- о- о- оже, мой друг. Инк удивился и слегка печально улыбнулся. И эта улыбка навсегда застыла на его лице, когда его череп потерял связь с телом. Затем Эррор материализовал в руках длинную синюю кость и пронзил ею свой череп, оставляя широкую дырявую рану с неровными концами. «Все ошибки устранены. Продолжить?» «Да» В центре Дудл-Сферы вспыхнул яркий белый свет. Он становился все больше и ярче, пока не поглотил все казавшееся бесконечным пространство. «Процесс завершен» «Начало процесса загрузки» «Загрузка.» «Загрузка.» «Загрузка…» «Загрузка завершена» «Открытие файла [E17.2]» «.» «.» «…» «Завершено» «Воспроизведение» «Запись номер семнадцать» «Часть два» «Светло» «Светлее» «Ещё светлее» «Свет продолжает расширяться» «Тени исчезают» «Показатели фотонов зашкаливают» «Этот новый эксперимент» «Кажется» «Очень» «Очень» «…» «Даже более» «Интересным» «…» «Что вы, двое, думаете?»