Спасти ценой своей жизни

      Холодная, мрачная, сырая — именно этими словами можно охарактеризовать Тайную комнату.       На полу подземелья лежит бледная, хрупкая, волшебница. — Круцио, — холодный, пробирающий до дрожи голос эхом отражается от стен, нарушая тишину.       В ту же секунду последовал истошный крик, который принадлежал девушке. — Ты думаешь, что тебя найдут в Тайной комнате? Расскажи, что ты знаешь о ритуале вызова… — последние слова было не разобрать. Он не просил, он приказывал. Его голос резал слух, а в ушах все ещё звенело от непростительного.       Тайная комната, о чём он? Бред, он…не в себе, он…кто он?       Волшебница попыталась приподняться на руках, ей пришлось приложить большие усилия. Она хотела взглянуть на лицо этого мага, но как бы она не старалась, силуэт размывался. Она не могла ничего увидеть. — Круцио, — повторил голос.       Крик.       Из глаз брызнули слёзы.       На этот раз он использовал проклятье дольше.       Тупая боль сдавила грудную клетку, а во рту появился противный металлический привкус крови.       Девушка прикрыла глаза.       Резкий вдох.       Шумный выдох и оглушительная тишина.       Боль пропала.       Открыв глаза, ведьма вскочила с кровати и начала жадно хватать воздух ртом, она нервным взглядом окинула комнату и успокоилась. Всё на своих местах. Тёмно-бежевые обои с незатейливым узором, комод, книжный шкаф с множеством книг, а рядом письменный стол, заваленный какими-то бумагами. Всё в порядке. Она у себя в комнате. — Тайная комната. — тихо сказала она в пустоту.       Это был сон.       Странный и реалистичный кошмар. Они в последнее время участились, и что-то на задворках сознания настойчиво повторяло ей, что это всё не просто так, от этого на колдунью накатывала паника. Спрятав неоправданный страх куда-то в дальний ящик своего сознания, она начала успокаиваться.       Поняв, что уснуть у неё не получится, она лёжа подняла правую руку, на которой красовался волшебный серебряный перстень с изумрудом и указала им на первую попавшуюся книгу. — Акцио, книга. — в руку прилетел тяжёлый том в тёмном переплёте. «Тёмные силы: пособие по самозащите» — Вы издеваетесь? — хмуро спросила Анна.       Отложив книгу, которую с насмешкой всучила ей судьба, она пошла в ванную. В отражении на неё смотрела высокая и стройная девушка шестнадцати лет. — Мда уж… — произнесла она, рассматривая свои синяки от недосыпа, которые ярко контрастировали с её бледной кожей и ярко-зелёными глазами. Умывшись и почистив зубы, она сделала простой пучок из своих чёрных как смоль волос.       Зайдя в комнату, она быстро переоделась и, решив немного почитать, взяла в руки книгу по трансфигурации. Спустя несколько часов дом начал просыпаться от утренних лучей солнца. По прошествии ещё тридцати минут, девушка услышала приглушённый стук в дверь. — Входите. — не отрываясь от книги, коротко бросила волшебница.       На пороге стояла горничная средних лет, она тепло улыбалась. — Доброе утро мисс, завтрак готов. — Доброе утро, Марта. — улыбнувшись, ответила девушка.       Обычно прислугой у магов являлись домовые, но семья Распутиных сделала маленькое исключение. Марту взяли на работу из-за того, что она была с раннего детства знакома с матерью Анны, Елизаветой. Марта была маглорождённой англичанкой, и, когда её семью однажды настиг кризис их дела пришли в убыток. Она эмигрировала в Россию и первые несколько месяцев жила с Распутиными. После, Елизавета предложила ей работать служанкой в их доме. «Работа не пыльная, если что домовые помогут. Зарплата будет стабильной, и крыша над головой есть.», — так она обосновала своё предложение Марте.       Елизавета умела уговаривать, поэтому у подруги не было другого выбора, кроме как согласиться. С тех пор, сколько Анна себя помнила, Марта всегда была вместе с ней. Служанка читала ей русскую литературу, именно она привила ей любовь к классике. Как-то раз, она проснулась от кошмара, и Марта просидела с ней до утра. От этой женщины всегда пахло тонким ароматом жасмина, вперемешку с бергамотовым чаем, и кремом для рук. По этому человеку она скучала больше всего, находясь в Колдостворце. — Анюта, ты так выросла за год, стала прям невестой.       Вместо слов Аня подошла и крепко обняла эту женщину. Увидел бы её кто-то из родителей, непременно отчитал бы за такое поведение, но сейчас ей было всё равно. — Где ты вчера была? Когда я приехала, мне сказали, что ты взяла отпуск. Что-то стряслось? — Ох, Аня, — тёплые руки легли на хрупкие плечи девушки, — просто мне нужно было закончить кое-какие дела, но как только я узнала, что ты вернулась, сразу приехала к тебе. — Надолго уехали родители? — спросила волшебница. — Неделя. Ты же знаешь, твой отец… Николай, он… очень занятой человек, а Елизавета должна его сопровождать, по особым причинам. Пошли, я напекла тебе блинчиков. — улыбнулась женщина.       Спустившись на первый этаж в столовую поместья Распутиных, Марта оставила Аню. Юная волшебница начала есть в одиночестве ещё горячие блины и спокойно попивать кофе. Вдруг в стекло постучался ворон, доставляющий газеты. Анна незамедлительно встала со своего места, подошла к буфету, и запустила руку в графин вытащив из него пять кнатов. Это их маленький тайник с Мартой для оплаты газет, ведь удобней хранить мелочь так, чем каждый раз искать её в кошельке.       Заплатив за новенький выпуск «Новостей мира магии», девушка угостила ворона блином и села на прежнее место, вместе с газетой в руках.

«ГРИН-ДЕ-ВАЛЬД У ГРАНИЦ РОССИИ»

      Прочитав заголовок, Анна нахмурилась.

«Вчера, четвёртого июня, Грин-Де-Вальд направил свою армию к востоку России на территорию Чукотского моря. Туда же были отправлена группа быстрого реагирования под командованием Коршунова И. В. Нам удалось дать отпор врагу, но мы понесли огромные потери…»

      Дальше Анна не читала. Нацепив на себя маску хладнокровия, она начала обдумывать прочитанное. Её семья точно должна понимать, что Грин-Де-Вальд заинтересуется в их связях с тёмной магией. В его интересах будет вербовка, а Распутины не те, кто будут пресмыкаться перед кем-то, валяясь как собака у ног хозяина. Родители по такому «событию» приедут, если не сегодня, то уж точно завтра. И они не захотят спокойно уехать из России, отец точно нет. Скорее всего, если речь и вправду дойдёт до капитуляции, он отправит дочь и жену, но не себя. Слишком предан взглядам об исключительности Распутиных.       Аппетит совсем пропал, и она, опустошив залпом кружку кофе, пошла собирать вещи.