Старый друг

/Линея/ Проснувшись от будильника, я едва слышно застонала, так как из-за того, что мы поздно приехали, я не очень хорошо выспалась. Хорошо хоть, что на этой неделе готовить очередь Дженны, так что я могу поваляться ещё полчасика. Только удобно закутавшись в одеяло с головой, меня отвлёк телефонный звонок. У кого там совести нет? Не вылезая из моего временного убежища, дотягиваюсь рукой до тумбы и беру телефон, отвечая на звонок не глядя, кто это. — Надеюсь, ты уже встала, так как я еду за тобой в школу, — сказала Ребекка. — Я сплю, — сонным, но в меру наглым голосом ответила я. — Значит вставай! Не время спать! Сегодня мы идём ко мне, хочу, чтобы ты привыкала к моей сущности и не боялась меня, — тоном, не требующим оспариваний, проговорила она — Я же ещё в отеле сказала, что не боюсь тебя. И это после того, что случилось, — попыталась достучаться я до неё, отчаяно хотя поскорее завершить разговор и уснуть. — Видеть — это одно. Ты должна знать всё, на что я способна, — вот же упёртая. — А сейчас просыпайся, так как я уже нахожусь у вашего дома. — Можешь зайти ко мне в комнату, возможно у тебя проснётся совесть, — закончила я, когда почувствовала, что меня в наглую спихнули с моей кровати. Садистка. — Уже. Вставай, — она залезла на мою кровать, свесив ноги. — Неть, ребёнок хочет спать, — не обращая внимания на Майклсон, удобно устроилась на полу и начала игнорировать её. Она, смерив меня недовольным и злым взглядом, вышла. Ура! Время спать. Только я начала дремать, как меня окатили холодной водой. — Ребекка, чёрт возьми, Майклсон! — закричала я. — Я сейчас тебя убью. — Не выйдет. Поверь, я и на большее способна, так что просто послушайся меня. Поняв, что мне не дадут поспать, встаю с пола и иду в ванную. Принимаю быстрый душ и, накинув халат, возвращаюсь в комнату. — Я просмотрела твой шкаф и выбрала тебе одежду на сегодня, так что давай обратно в ванную. Всучив мне вещи в руки, она повернулась ко мне спиной и стала рассматривать мою комнату. Обречённо вздохнув, иду одеваться. Ребекка выбрала мне синюю юбку на две ладони выше колена, чёрные колготки и серую кофту с узором. Поверх также короткая чёрная куртка с серебрянной молнией, а на ногах синие туфли. Покрутившись перед зеркалом, отмечаю, насколько хорошо сочетаются вещи. Возвращаюсь обратно. — Вот, теперь ты красавица. Осталось только волосы привести в порядок. Садись, — говорит она. Послушавшись, молча села на кровать. Ребекка, подвинувшись ближе ко мне, сначала расчесала мои волосы расчёской, а потом начала что-то заплетать. Спустя десять минут, Майклсон разрешила мне подойти к зеркалу. — Очень красиво вышло. Спасибо, — поблагодарила я её. — Вот и отлично. А теперь пошли, Дженна что-то приготовила, — сказала она и начала спускаться на первый этаж. Когда мы попали на кухню, то увидели тётю. Она ловко переставляла тарелки, выкладывая яичницу. Увидев нас, позвала есть. Сев за стол, я рассказала Дженне, что приехала сегодня ночью. Она лишь пожурила меня, что могла позвонить, когда выезжала, но не сделала этого. Пришлось ещё сказать, что у Камиллы просто возникли небольшие проблемы, и ей нужно было выговориться. Вскоре спустилась Елена. Когда она увидела Ребекку, посмотрела сначала испуганно и насторожено, а потом вообще ушла, сказав, что не голодна. Вот чем ей не нравится Бекка? Она же ничего ей не сделала, и нужна она не ей, а её брату. Лично я бы не переносила свои эмоции на всех Майклсонов. Они этого не заслужили. И вообще, я для себя решила, что не буду вмешиваться во все эти проблемы. Только мне ещё стычек с Клаусом не хватает. Когда мы помогли с уборкой, то сели в машину Ребекки и поехали в школу. Приехав, увидела у входа машину Кола. Губы растянулись в улыбке, хоть он сможет отвлечь меня от ненужных мыслей. Попав в нужный нам класс, разложили вещи, когда появился старший брат Ребекки. — Рад, что ты наконец всё узнала. Боишься теперь меня? — полагаю, он ожидал, что я буду трястись от страха. — С чего бы. То, что ты первородный, ничуть не меняет моё отношение к тебе. Поэтому и не надейся. Уверена, за твою долгую жизнь никто тебя не ставил на место, значит я буду первой, — с усмешкой ответила я. — А ты не боишься, что я сверну тебе шею? — решил угрожать? Ну посмотрим, на что ты способен. — Да нет как-то. Я даже с того света достану тебя, — за пережившее эти два дня, я даже рада видеть Кола. Глядишь, если бы Ребекка не поехала бы за мной, то меня бы убили там. — Смелое заявление. Хочешь проверить? — нагнулся он к моему лицу. Я, никак не отреагировав на это, спокойно смотрю ему в глаза. После того, как едва не отправилась на тот свет, сомневаюсь, что меня что-то сможет напугать. — Смело, — всё, что он смог ответить, а потом сел за мной. Занятия прошли вполне спокойно, а потом Ребекка отвезла меня к себе. Идя к ней в комнату, столкнулась с Элайджей. Поздоровалась. Всё же лучше видеть его, нежели Клауса, у которого в приоритете стоит использовать мою сестру в каком-то ритуале. Оказавшись у Ребекки в комнате, начала осознавать, насколько я волнуюсь. Села на её кровать рядом с ней. — И так, ты хотела что-то ещё рассказать о себе, я правильно поняла? — спросила я. — Да. Во-первых, чтобы ты знала, мне тысяча лет, — от такой цифры глаза непроизвольно округлились. — И не стоит удивляться этому, так как нас обратили в тясяча первом году через заклинание бессмертия. — Просто не ожидала. Можешь не рассказывать, если не хочешь, — успокоила я её. — Нет, я хочу. Так вот, каждый ингридиент, что использовался в заклятии, даровал нам определённый дар. Но чтобы во вселенной не был нарушен порядок, у нас также появились слабости: белый дуб, что подарил нам вечность — стал нашей погибелью; считавшее нас своими детьми солнце отвергло нас, и каждый раз, находясь под ним, мы начинали гореть; вербена, что росла у дерева, защищала людей от нашего внушения. Мы больше не могли попасть в гости к людям, если нас не приглашали. Но взамен мы обрели нечеловеческую силу и скорость, наша реакция обострилась, улучшился слух и зрение. Вот как-то так, — закончила она. — Теперь ясно. Значит, поэтому Деймон так разозлился, когда узнал, что я тебя пригласила? — Да. Наша семья имеет не самую лучшую репутацию, а Деймон считает нас монстрами. Может, он прав, — тоскливо сказала Ребекка. — Это неправда, — я взяла её руки в свои и начала говорить, смотря ей в глаза: — Ты — не монстр. И твоя семья тоже. Какими бы вас не считали и не видели, вы, даже спустя тысячу лет, до сих пор сражаетесь за вашу семью. Те, кто вас знают, просто не понимают этого, и завидуют тому, чего не имеют сами. Никогда не смей так думать! Хорошо? — Спасибо. Давай, ты сегодня останешься здесь? — спросила она. — Не думаю, что это будет хорошая идея, — улыбнулась я ей. — Ты теперь не хочешь находиться рядом со мной, потому что боишься? — вот почему стоит мне только что-то сказать, как она начинает думать, что я её предаю? — Ребекка, запомни: ты — моя подруга, и это ничто не изменит. Чтобы не случилось, я всегда прийду к тебе на помощь. И неважно, что о тебе говорят. Общаясь с тобой, я вижу обычную девушку, у которой вышла непростая и тяжёлая судьба, но она всё равно продолжает сражаться, — закончила я. — Думаю, ничего плохого не случится, если вы составите нам сегодня компанию, — прозвучал голос Элайджи у меня за спиной. — Тогда я буду рада пообщаться с вами, — повернувшись к нему лицом, ответила я, смотря ему прямо в глаза. Вот этого Майклсона я точно не боюсь, даже зная правду. Клауса — возможно, но только не Элайджу. Я будто знаю, что он не причинит мне вреда. — Взаимно, — сказал он и ушёл. Повернувшись к подруге, я с недовольством посмотрела на неё. Неужели нельзя было дать понять, что у меня за спиной стоит её брат? Неловко-то как вышло. — Поверь, даже не будь его здесь, он и так при желании мог всё услышать. Преимущество вампира, — объяснилась она. — К тому же, ему явно понравилось, как ты описала нас: не жуткими кровопийцами и убийцами, что только и делают, что убивают, а семьёй, что всегда сражается друг за друг. — Хорошо. Я переночую в той же комнате, что и в прошлый раз? — поинтересовалась я. — Да. Думаю, мы будем так часто встречаться. — Надеюсь. А теперь, могу я уточнить кое-что? — мне стало очень интересна часть про внушение. — Конечно. Что ты хочешь знать? — она развалилась на кровати и, положив голову на подушку, с интересом смотрела на меня. — Про внушение. Что это за растение под названием «Вербена»? — мысли о том, что я могла её принимать с подачи Деймона, злили меня. — Оно не даёт вампиру вторгаться в чужое сознание. К примеру, если я захочу тебе что-то внушить, то у меня ничего не выйдет, так как твоё кольцо тебя защищает, — она кинула взгляд на мою правую руку. — Также вербена ядовита для нас, и многие члены семейства основателей принимают её, чтобы защититься. — Как много оказывается я не знала, — задумчиво проговорила я. — Не забивай этим голову, а сейчас пошли. Должна же ты хоть с кем-то из моих братьев общаться, кроме Кола конечно же. — Подожди! Я только отправлю эсемеску Дженне, что сегодня буду у тебя, — сказала я, доставая телефон. Быстро скинув её, спускаемся вниз. Оказавшись в гостиной, мы с Ребеккой расположились на диване. Элайджа же сидел в кресле и читал книгу. Или притворялся же. Не зная, как начать разговор, я немного замялась. — Элайджа, прошу простить моё любопытство, но не могли бы вы рассказать об истории вашей семьи? Мне, конечно, кое-что известно, но сомневаюсь, что там есть хоть доля правды, — обратилась я к нему. К моему счастью, брат Ребекки не отказал мне в просьбе, и последущий час я слушала рассказ о их жизни в то нелёгкое время. Подруга же часто влезала и дополняла некоторые события. Я и подумать не могла, что кто-то способен пережить столько боли. Наверное, любой другой человек, слушая всё это, назвал бы их бесчеловечными тварями, что убивают для своего выживания ни в чём неповинных людей, но не я. Страх не присутствовал, лишь уважение у меня поднималось в душе к этой семье, так как за тысячу лет они так и не оставили друг друга, постояно держались вместе, и чтобы не случалось, всегда приходили на помощь. Взять хотя бы Кола. Самый неуравновешенный из всей семьи, он приносил боль и страдания тем, кто находился поблизости. Они могли бросить его, и продолжать скрываться от Майкла, но не сделали этого. Я даже поражаюсь силе духа Клауса, что он до сих пор не пытался убить брата. Хотя мог. Все они могли бросить Клауса, уйти, или даже помочь Майклу убить, тем самым вернув отца. Но они предпочли его брату, что являлся им роднёй только по матери. Вот это настоящая семья. Когда Элайджа и Ребекка закончили, они уставились на меня, предполагая мою реакцию. И судя по глазам старшего брата, я его очень удивила, даже узнав про кровавые подробности, что окружают их, сказав: — Вы далеко не монстры, а просто семья, которая всегда старалась выживать. Вас выкинуло в реальный мир, когда вы этого не ждали, и поэтому вам пришлось стать жестокими. Сомневаюсь, что любой, кто прожил бы столько же, думал бы иначе. Вы бы просто не смогли выжить, если бы не стали меняться. — Никогда ещё не встречал человека, у кого мнение было бы хоть отдалёно похоже на ваше, — с удовольствием ответил он, глядя на меня. Чувствую, мы с ним поладим. Главное не лезть в их семейные передряги, и тогда всё будет хорошо. — А вот и Клаус с Колом, — тихо проговорила подруга. Не знаю, как можно описать то, что было дальше. Напряжения конечно особого не было, но я ясно чувствовала, что Клаус мне не особо-то доверяет. Хотя ему можно, так как он тысячу лет бегал от отца. Финн так и не появился. Зато нехорошие мысли заполнили моё сознание. Возможно ли, что я являюсь ведьмой и потомком той самой Каталеи? Это вполне могло бы объяснить те самые сны. Но это на потом. Поговорив до полуночи, я отправилась спать.