А всё оказалось так легко...

      Антон, узнав рингтон своего телефона, встал с такого родного Данила и побрёл в свою комнату, узнать, кто же потревожил их. Даня же в свою очередь просто сидел на диване, в ожидании «друга».       Тоша посмотрел на экран своего телефона и увидел пару сообщений от Саши и Артёма, а также пропущенный от Димы. Видимо друзья хотели извиниться, что не встретили вчера Черемисина. Антон решил написать всем друзьям и назначить встречу, дабы пообщаться, ведь они не так уж и часто виделись до этого.       Антон Дима, привет! Я в Москве, всё нормально. Сейчас у Данила. Думаю надо нам всем собраться где-нибудь и отметить мой приезд

Дима

Привет. Антон, почему не берёшь трубку? Ладно, проехали. Давай через час созвонимся и всё хорошенько обговорим.

      Антон с облегчением выдохнул и плёлся обратно в гостиную, где пару минут назад оставил своего «друга». На удивление он всё ещё сидел на этом диване, в этой же самой позе, в которой совсем недавно они были вдвоём. – Кто звонил? – увидев младшего, спросил Даня. – Дима, но я не успел ответить, поэтому написал ему. Через час он перезвонит, и мы договоримся о месте встречи, чтоб собраться всем и пообщаться. Ты не против? – спросил Черемисин, смотря куда-то в пол. – Конечно, не против. Я только за обеими руками и ногами – с нежностью и улыбкой на лице сказал старший. Черемисин поднял взгляд на Данила и увидел ту самую нежную и добрую улыбку друга, которую он так часто видел и до этого, но сейчас она какая-то особенная. Он моментально весь покраснел, ведь эта улыбка только для него одного. Старший сразу заметил это и усмехнулся. В его голове пронеслась мысль о том, какой же всё-таки Тоша милый. И этот милый комочек теперь только его. – Тош, иди пока готовься к нашей встрече. А я приготовлю что-нибудь перекусить, – сказав это, Данил направился в сторону кухни, по пути мимолётно чмокнул младшего в губы. Черемисин немного помедлил, ведь был слегка удивлён, но быстро отошёл от этого. Он просто ещё не привык. Заливаясь румянцем, он направился в свою комнату, дабы переодеться. Решил он остановить свой выбор на худи белого цвета, с различными надписями и чёрных джинсах. Переодевшись, Антон побрёл на кухню, где всё это время находился старший. Заходя в комнату, Черемисин умилился от увиденного. Даня в фартуке раскладывал всё на столе очень аккуратно. Антон улыбнулся, ведь он понимал, что это Гаврилов делает для него, чтобы ему понравилось. Увидев младшего, Данил быстренько снял фартук и, отодвинув стул, пригласил Тошу сесть, дабы начать трапезу. – Слушай, Дань, а что мы скажем ребятам о нас? – смотрев в тарелку, сказал Черемисин. Даня задумался на пару секунд, и вот уже хотел сказать, но его перебили. – Я не знаю, как они отнесутся к этому, – начал голубоглазый, – но и обманывать их я не хочу. – Тоша, я тоже не хочу их обманывать, поэтому, может лучше сказать правду? – спросил Гаврилов, подняв свои серые глаза на напротив сидящего. Антон тоже поднял взгляд. – Думаю, да, – с уверенностью в голосе сказал он.

***

      –Где, блять носит этих голубков? – сказал Саня, который уже не мог ждать Антона и Данила. Конечно же он не знал, что сейчас «голубки» в прямом смысле голубки. – Сань, ты подождать не можешь, пробки ведь, сам же знаешь, – абсолютно спокойно сказал Артём. Дима же просто залипал в телефоне, не обращая внимания на недовольного Сашу. – Привет, ребята. Простите, что опоздали, кое-кто слишком долго собирался, – сказав это, Антон посмотрел на Даню, который в свою очередь, усмехнувшись, сел за столик на свободное место. Антон сел рядом с виновником их опоздания.       Друзья разговорились о том, о сём на пару часов. Они разговаривали о Ютубе, о работе и конечно же о личной жизни. У Сани с девушкой, по его словам, всё просто прекрасно. У Димы бывают мелкие ссоры, но в общем всё тоже хорошо. Артём пока что не нашёл свою вторую половинку. Ну, а когда очередь от дошла до Дани и Антона, они замешкались. Они просто не знали, что сказать друзьям. До встречи, это казалось легко, просто сказать и ждать реакции. Но, а сейчас у обоих будто дар речи пропал. Немного отойдя от этого состояния, один из них всё же заговорил. – Ребят, я знаю, как вы можете отнестись к этому, но обманывать вас не хочется, – говорил Гаврилов совершенно спокойно, переплетая свои пальцы с пальцами младшего скрепляя их в прочный «замок». – Всё настолько страшно? – перебил его Медалист, подавая свой голос. – Думаю это вообще не страшно, смотря как воспринять эту информацию, – точно таким же спокойным голосом ответил Данил, сжимая руки под столом. Антон залился румянцем и прикрыл лицо второй рукой. Старший продолжил: – В общем, честно и гордо заявляю, – подняв их руки, он продолжил, – мы с Антоном с недавних пор встречаемся! – на лице старшего застыла та самая добрая и нежная улыбка, наполненная любовью и теплотой. Черемисин так и сидел, прикрывая лицо рукой. Друзья же пребывали в неком шоке. Минут через 10 со стороны Артёма посыпались многочисленные вопросы, пару минут спустя у нему подключились и Дима с Саней. Друзья были немного удивлены такому заявлению, но в то же время были безумно счастливы за этих голубков. Ведь они давно заметили некое напряжение между этими двумя. Ещё около часа друзья расспрашивали эту парочку. Черемисин расслабился и уже перестал краснеть и стесняться. Он свободно держал Гаврилова за руку, либо обнимал нежно, но крепко. Данил же спокойно мог положить руку на талию младшего.       Время близилось к вечеру, а у Би были ещё какие-то нерешённые дела. Поэтому, извинившись перед всеми присутствующими, вскоре он ушёл, через час ушёл и Дима, потому что девушка устроила очередную сцену ревности. Ну, а Саня всё любовался этими голубками, которые так и светились от счастья. Посмотрев на время, он поспешил удалится, так как обещал девушке быть во время. И вот наша парочка осталась наедине, не считая других людей, которые зашли после долгого рабочего дня перекусить. Даня вновь переплёл их пальцы, смотря в голубые глаза напротив. Он готов был смотреть в них вечно, готов был утонуть в них. Такие голубые и светлые, как летнее небо. Старший опустил свой взгляд чуть ниже, на губы Тоши. Пухленькие, но в то же время маленькие губы Черемисина расплылись в самой прекрасной улыбке на свете. Данил, как будто с каждым взглядом на эту чучу, всё больше и больше влюбляется в него. – Дань, – вывел из мыслей его Антон, – уже поздно, пойдём домой? – устало, но с такой же улыбкой сказал младший. – Да, конечно, – ответил Данил, посмотрев на время на экране телефона.       Вот голубки уже шли по улицам ночной Москвы. Как ни странно, но сейчас на улицах было тихо и спокойно, поэтому они медленно шли, держась за руки и не обращая внимания на взгляды, полные отвращения и презрения, редко проходящих людей. Они просто наслаждались тишиной и друг другом. Антон достал из кармана джинс пачку сигарет, вытащив от туда одну, он поджёг её и закурил. Данил остановился и, строгим взглядом посмотрев на Черемисина, сказал: – Антон Черемисин, быстро выкиньте эту каку и больше не берите её в рот, – таким же строгим голосом, как и взгляд, сказал он. – Ой, Дань, да что будет от одной то? – сказал младший и продолжил втягивать пар, а затем выдыхать его. Данил просто ненавидел этот запах сигарет, поэтому, не вытерпев, он выхватил из рук Черемисина сигарету и, потушив её, выкинул куда-то в сторону. Антон же удивился такому поступку со стороны старшего и даже немного разозлился, но тут же подобрел. В его голове всплыла мысль, что Данил такими действиями просто заботиться о здоровье младшего. Улыбнувшись своим мыслям, он крепко обнял Гаврилова. Данил в свою очередь не сопротивлялся, а наоборот, ещё крепче прижал Тошу к себе. Так они простояли около трёх минут, затем отправились домой, дабы отдохнуть от такого насыщенного дня. По дороге домой Черемисин пообещал Данилу, что в скором времени бросит курить, ну хотя бы постарается.       Как только они зашли в квартиру, и за младшем закрылась дверь, Данил сразу же заявил: – Итак, Антош, так как мы теперь вместе, то и спать будем вместе, – с какой-то ехидной улыбкой сказал это старший. Антон немного поспорил с Даней, но всё же согласился. Перенеся все вещи младшего в комнату Гаврилова, он начал раскладывать. Сам же Антон завалился на кровать и слегка прикрыл глаза. Данил, положив последние вещи и увидев, как Антоша спокойной лежит на кровати, решил поиздеваться над ним. Он аккуратно подошёл к кровати и, заметив открытую область шеи, резко навис всем телом над младшим.       Почувствовав чьё-то горячее дыхание на своей шее, Черемисин открыл глаза и, увидев нависшее над ним тело старшего, моментально залился красной краской, сжав одной рукой постель. Данил, заметив это, улыбнулся как кот и вцепился, будто вампир, зубами в такую сладкую шею голубоглазого. Антон же издал лишь приглушённый стон, ещё сильнее сжав постель, в его уголках глаз начили скапливаться слёзы. Гаврилов понял, что сделал больно своему мальчику и сразу же начал зализывать укус. Этот след точно останется надолго. Отстранившись от сладкого места, Данил задрал толстовку младшего и начал руками изучать его тело. Его взгляд упал на красивые ключицы Тоши. Подобравшись к ним поближе, он начал их покусывать. Черемисин почувствовал, что что-то упирается в его ногу. Опустив взгляд, он заметил и у себя, и у старшего бугорки в районе паха. И уже ни капельки не стесняясь, он последовал примеру Гаврилова и тоже начал изучать руками его рельеф тела. Данил понял этот знак одобрения на дальнейшие действия и, немного поднявшись, снял наконец с себя футболку, и худи с Тоши, кинув их на пол. А следом за ними полетели и двое джинс. И снова он навис над телом младшего, но не надолго, ведь Антон ловким движением, оказался в сидячем положении, уже на лежащем Дане. Он почувствовал, как в его ягодицы упирается тот самый бугорок, но сейчас он кажется ещё больше. Сев где-то на ноги старшего, он скользнул рукой под боксеры лежащего и начал лёгкими движениями поглаживать орган шпалы. Данил же издал еле слышный стон. Тоша решил освободить, уже порядком давно стоявший колом, член Гаврилова. Освободив его, младший слегка ахуел от размеров. Но он не стал долго на этом зависать и, приблизившись лицом к органу старшего, он начал медленно водить языком по нему от основания до самой головки. Данил вновь издал уже более громкий стон, Антон лишь ухмыльнулся этому и продолжил свои действия. Остановившись на головке органа, он начала, как бы посасывать её, работая уже и губами. Данил же от таких действий Антоши еле сдерживал стонов, наполненные удовольствием. Заметив это, Тоша начал брать в свой ротик, колом стоящий, ствол старшего. И вот, когда он взял его полностью в рот, как бы, причмокивая и водя по нему рукой, Гаврилов не смог сдержать себя, и он кончил Антону в рот. Черемисин слегка подавился, потому что не ожидал этого, но, быстро собравшись, проглотил эту белую смесь. Увидев это действие от младшего, Гаврилов вновь возбудился и снова повалил его на кровать. Сняв лишнюю вещь с Тоши, он нежно поцеловал младшего. – Уверен, что хочешь этого? Мы можем остановиться – также нежно спросил Данил, проведя рукой по его щеке. – Дань, думаешь, если бы я не был готов, я бы лежал сейчас здесь с тобой в такой позе? – сказав, Черемисин чмокнул старшего в губы. Данил, обильно смочив свои пальцы своей же слюной, аккуратно вошёл одним пальцем в Антона, затем и второй. На удивление, он принимал их с лёгкостью, но когда очередь дошла до третьего пальца, младший закусил губу, а в уголках глаз начали скапливаться слёзы. Данил нежно, с любовью поцеловал того в губы, дабы заглушить неприятные ощущения. Он нащупал ту самую чувствительную точку младшего, запомнив её. Когда Тоша был достаточно растянут и уже сам насаживался на пальцы, Даня вытащил их. Устроившись поудобнее, он аккуратно и медленно вошёл в Антона, но не до конца, дабы дать ему привыкнуть, вновь заглушив неприятные ощущения Черемисина поцелуем. Войдя во всю длину, точно также медленно, он нашёл эту точку и начал двигаться. Тоша, вцепившись в спину старшего, тем самым царапая её, начал стонать. Гаврилов постепенно наращивал темп, долблясь в ту самую точку. Дойдя до пика удовольствия, Даня кончил во внутрь Тоши. Черемисин последовал примеру старшего, кончив себе на живот. Данил вышел из Антона и, подняв с пола футболку, вытер сперму с себя и Тоши, а после снова куда-то выкинул её. Данил увалился рядом с Тошей, прижимая к себе поближе. Антон уткнулся в грудь Дани, старший накрыл их одеялом. Гаврилов поцеловал его в лоб и пожелал спокойной ночи, но услышав в ответ лишь милое сопение младшего, он нежно улыбнулся. И, так и лежа в обнимку, он вслед за Тошей провалился в царство Морфея.