Ни в Рай, ни в Ад нас не допустят.

      Постепенно атмосфера между парнями вновь обрела серьёзность, поэтому до мотеля они ехали в напряжённом молчании. Несмотря на все возражения Дина, за рулём Детки оказался Сэм, которого слегка неуверенно поддержал Кас, обусловливая это тем, что старшему Винчестеру стоит пока отдохнуть, определить точно ли ничего не изменилось и, как ненавязчиво спросил младший Винчестер, нет ли видений.       Наконец Дин не выдержал и выкрутил погромче музыку в импале, устало откидывая голову на спинку сиденья. В ушах нещадно звенело, и даже песни AC/DC не перекрывали этот адский гомон. Стоило векам Винчестера сомкнуться, как он тут же провалился в темноту. И откуда такая усталость?

~•†•~

      Тело приятно проваливается в чуть проседающий матрас. А всего Дина окутывает приятное тепло, не желая выпускать из мира сновидений. Слишком хорошо. Совсем недавно его что-то беспокоило, но Дин не помнит что.       Все немногочисленные после сна мысли Винчестера отошли на второй план, когда аромат свежих блинов мягко пощекотал рецепторы, дразня, заставляя вновь с наслаждением втянуть воздух. Лёгкий запах малины, вишнёвого сиропа, корицы, свежесваренного кофе и, конечно же, самих блинов. Дин ещё пару раз шумно вдохнул, готовясь открыть глаза. Только бы ему не почудился этот дивный аромат.       Винчестер сладко потянулся, с упоением представляя тёплый завтрак и невольно улыбаясь. — О, ты уже проснулся, солнышко? Я думал ты хоть ещё немного понежишься в постели, чтобы я успел доготовить, – неподалёку промурлыкал знакомый голос, от которого улыбка Дина стала только шире, и он, в последний раз преодолевая желание дальше поспать, открыл глаза, тут же натыкаясь на плавно покачивающуюся фигуру в фартуке у плиты.       Ох уж этот крепкий зад, прикрытый сейчас одними боксёрами. — Зато у меня есть отличная возможность насладиться видами, пока ты готовишь, – чуть хриплым ото сна голосом озвучил свои мысли Винчестер, с наслаждением огибая взглядом рельеф мышц любимого. Ох, до сих пор непривычно даже мысленно называть Люци любимым. Но, чёрт, как же это шикарно. — Только проснулся, а уже не терпится повторить наши ночные приключения? – всё так же стоя спиной, заигрывающе вильнул задницей Люцифер. — Ох... Возможно. Но сначала мне нужно умыться и влить в себя хотя бы кружку кофе, иначе рискую отрубиться прямо на самом интересном. Ты ведь этого не хочешь? — Ладно... Уговорил. Как же трудно тебя любить, сонливый мишка. — Фу, я же просил меня так не называть, – брезгливо отозвался Дин, присаживаясь на кровати и заставляя себя вылезти из-под нагретого одеяла. – Мне не нравится это прозвище. Я сразу представляю себя жирным неповоротливым медведем. — Знаю, но ты слишком мило морщишь свой конопатый носик, – Люцифер повернулся спиной к плите, облокачиваясь руками о край печки и с интересом наблюдая за утренней вознёй Винчестера. — Да иди ты в зад, – проворчал Дин, полностью выпутываясь из-под одеяла и ставя босые ноги на коврик возле кровати, лениво посеменил в ванную. — Обязательно. Только я, вообще-то, тоже имею предел, так что не советую кидаться подобными громкими фразами, будучи абсолютно голым, ведь я могу не выдержать и, несмотря на все твои скучные запреты, нагнуть тебя прямо на кухонном столе. Жёстко оттрахать твою ненасытную дырочку, смазав лишь вишнёвым сиропом, заставляя умолять о большем. И тогда я... — Всё, я понял, – торопливо прервал дьявольскую речь Дин, поспешно скрываясь в ванной, чтобы скрыть своё смущение и заинтересованно дёрнувшийся член. Что же Люцифер творит с ним?       Винчестер прошёл к раковине, тут же выкручивая на максимум ледяную воду, и, подставив ладони под поток, резким движением плеснул себе прямо на лицо, стараясь прогнать лёгкое возбуждение. Но, кажется, это плохо помогло, потому что в следующие мгновения в голове всплыли события жаркой ночи. Дин, сглотнув, выключил кран и шагнул в душевую кабину, надеясь, что хотя бы контрастный душ остудит его.       Капли воды резво огибают рельеф мышц, снимая напряжение и позволяя уже спокойнее вдохнуть. Но стоит струе скользнуть между ягодиц, как прежний жар в паху возвращается, и даже температура воды тому не помеха. Стояк лишь слегка покачивается под таким напором.       Ладно, видимо, и душ не поможет. Дин выключает воду и выскакивает из кабины, оборачивая бёдра махровым полотенцем и натягивая прямо на мокрую кожу огромную футболку с надписью: «трахни меня».       Так. Похоже, Люцифер снова заказал шмотки с бредовыми надписями, которые даже по дому стыдно носить, но, видно, гадёныш хитёр, раз нормальная одежда «удивительным» образом исчезла.       Взъерошенный Дин чуть ли не выбежал из ванной, намереваясь устроить дьяволу очередной выговор за его приколы, но так и замер, увидев, как Люцифер самозабвенно напевает песню Metallica – Nothing Else Matters и, пританцовывая, накрывает на стол.       Ну вот как на такого злиться? Он снова это делает, снова заставляет Винчестера забывать все его мелкие проказы, снова заставляет трепетное чувство нежности заполнить всего Дина.