Укрощение строптивого

— А вон та, вон та, смотри, какая, — пьяно хихикнув, Уилкис указал на девушку в яркой блестящей кофточке и джинсах.       Северус с трудом поднял тяжелую голову, но не смог и в течении тридцати секунд смотреть на фиолетовое, рябое от многочисленных бликов света на пайетках, пятно, резко двигающееся в ритм музыке. Его тут же замутило, и он, упираясь предплечьями в столик, сделал глубокий вдох, зажмурившись и стараясь подавить не только тошноту, но и само опьянение.       Он впервые напился до такого состояния, однако никак не мог понять, в чем дело: они распили полбутылки на пятерых, но уже все были в хлам. Розье благополучно уснул, положив голову на колени Эйвери, который скучающе наблюдал за происходящим вокруг, лишь изредка участвуя в разговоре Мальсибера и Уилкиса. Снейп напряженно посмотрел на бутылку. Ее в споре с кем-то выиграл Айзек, но никто не знал, с кем он спорил, и в чем была суть спора, а Мальсибер только отмахнулся и сказал, что это вообще не важно, и если они не хотят нахаляву выпить — он заставлять не собирается. Огневиски действительно был хороший, дорогой, поприятнее на вкус, чем то пойло, которое они обычно брали, но, кажется, с ним что-то было не так… — Она же малолетка, — пробасил Мальсибер, все же бросив на обсуждаемую особу похотливый взгляд. — Третьекурсница. — Третьекурсница, но ты посмотри, какие дойки! — парировал Малькольм. — А жопа какая! Ну хороша ведь! — Не-е-е, ну их, этих мелких, вон, лучше, на ту посмотри, с шестого курса, на Пуффендуе учится, — Айзек указал на барную стойку, у которой стояла высокая стройная девушка в обтягивающем черном платье. — Вот это я понимаю!       Северус схватился за голову. Музыка ужасно давила на мозг, а голоса перекрикивающих ее товарищей вовсе действовали подобно взрывчатке, каждое слово отдавалось внутри черепной коробки грандиозным болезненным бумом, от чего хотелось закрыть уши и зажмуриться. Неужели всем остальным нормально? Это его одного так кроет, что ли? Ну, не считая отрубившегося Розье… А что с ним будет утром, если уже сейчас ему так дурно?       Парень закрыл глаза рукой и попытался абстрагироваться от всего вокруг, начинавшего конкретно плыть. — Рене? Она ж с ловцом нашим встречается, оно тебе надо, а, с этой истеричкой связываться? Он же потом будет тебе угрожать, — Ричард отпил из стакана и усмехнулся. — И что он мне сделает? — Мальсибер скептично посмотрел на Эйвери, что поглаживал темные волосы спящего Эвана. — Первоклассный макияж, вон, как у Эванс! Это ж он к ней сегодня бегал, марафет помогал наводить, — Уилкис ткнул в приближающееся синее пятно, в котором Снейп не смог идентифицировать Лили. — Вот где точно дойки и жопа, что надо, — он нахально усмехнулся, и Мальсибер поддержал его мерзким похотливым смешком, и даже Ричард хмыкнул в подтверждение замечанию о фигуре рыжей подруги Северуса.       Мерзость то какая, Мерлин, он же много раз их просил… — Я смотрю, у вас вечер в самом разгаре, да? Вы что пьете? Вас так с полбутылки развезло? — голос Эванс спасительно зажурчал сладким ручьем где-то рядом с ним, такой мелодичный на фоне дикой какофонии звуков. — Розье уже спит? Он же у вас самый крепкий! — Ты доебаться пришла, красотка? — Айзек окинул ее довольным взглядом. — Сама-то уже тоже под градусом, — усмехнулся он.       Лили с громким стуком опустила бутылку на стол. — Да мне все равно на вас всех, — буркнула она недовольно. — Просто выглядите уже не очень, а вечеринка только началась. Сев, — девушка коснулась его плеча. Почувствовался мягкий запах ее духов, перебиваемый лишь слегка запахом алкоголя. — Сев, ты как? — ее острые коготки впились сквозь ткань рубашки в его кожу, приводя на несколько мгновений в чувства.       Он попытался сказать «я в порядке», но едва мог ворочать языком, и получилось только неразборчивое мычание. Лили усмехнулась. — Вставай, — она потянула его на себя, и Северус послушно поднялся на ноги, слегка пошатываясь. Эванс придерживала его. — Я у вас его забираю. Черт знает, что за паленую дрянь вы пьете. — Мы не против, — ответил Эйвери. — Развлекайся, малышка, он весь твой. — Ой, ну спасибо за разрешение, мамочка, я верну его к девяти, — язвительно сказала рыжая. — Пойдем, Сев…       Она увела его в темный коридор, ведший к лестнице второго этажа гостиницы. Когда обилие света и мельтешивших перед глазами пестрых развлекающихся ребят пропало, у него постепенно восстановилось зрение, и Северус смог разглядеть снисходительно-умиляющееся лицо Лили. — Тебя не тошнит? — заботливо поинтересовалась она. — Если что, могу волосы подержать. Мерлин, Сев, да ты вообще соображаешь? Эй, я тут, Снейп, а-ау-у, — девушка помотала рукой перед его лицом, и он перехватил ее за запястье. — Я в порядке… — Ага, я вижу, — засмеялась Эванс. — Хотя, может быть, это не так уж и плохо… — Что? Ты о чем? — Ни о чем, детка, пойдем, — ее смех показался Снейпу подозрительным, и как-как она его назвала?.. Детка? Это точно Лили?       По запаху и голосу вроде она…       Эванс вела его наверх, к комнатам. Северус туго соображал, а как только снова начал двигаться, перед глазами опять все стало расплываться. Ей иногда приходилось придерживать его, но рыжая только смеялась и прижималась к нему, от чего у Снейпа все переворачивалось внутри: так непривычен был такой близкий контакт с ней в таком огромном количестве. Они обнимались раньше, но, кажется, Лили никогда не жалась так близко и часто, или это он просто как-то иначе воспринимал сейчас в этом ужасном состоянии действительность?       Она завела его в одну из комнат. Парень вновь попытался сфокусироваться на лице подруги, но оно неумолимо расплывалось. Северусу показалось, что он закрыл глаза только на секунду, чтобы собрать в кучу мысли, как вдруг почувствовал, что девушка крепко прижимается своими губами к его в горячем поцелуе, а ее пальцы, ловкие, длинные, развязывают узел галстука. Снейп в протесте замычал и попытался затормозить ее руки, хватая за тонкие запястья, но Лили легко освободилась, потому что он не смог сжать их хоть на сколько-нибудь сильно, он и стоял-то уже едва-едва, а ее пальцы, тем временем, уже расправлялись с пуговицами рубашки.       Эванс стянула с него рубашку, осторожно подталкивая к кровати, не прекращая целовать. Наконец, она затащила его на койку, на коричневое, ужасное на ощупь покрывало. Северус поднял руки, когда она попросила его это сделать, и почувствовал, как она наматывает вокруг запястий что-то матерчатое. Зрение восстановилось, и он смог наконец рассмотреть Лили, которая сегодня действительно была как-то совершенно по-особенному хороша. Девушка встала с кровати, развернулась к нему затылком и закинула руки за спину, легко расстегивая молнию. Платье упало к ногам.       Рыжая повернулась к нему лицом. Снейп не мог отвести взгляда от нее, такой идеальной. Такие изящные, плавные изгибы… она подняла с пола палочку, спрятанную где-то под платьем все это время. — Здесь хорошая слышимость, — усмехнулась она, взмахивая палочкой. — Но мы же не хотим, чтобы все знали, чем мы тут занимаемся? — Лили, ты…       В мозгах прояснялось, а Эванс тем временем избавлялась от остатков одежды: сначала расстегнула лифчик и позволила ему свободно скатиться вниз по плечам, затем плавно потянула вниз резинку теплых колгот, тут же задевая резинку трусиков, сбросила ботинки, и наконец осталась совершенно обнаженной. Он снова замер, завороженно глядя на нечто абсолютно потрясающее, что было сейчас перед ним и подался было вперед, надеясь приблизиться и прикоснуться к этой внеземной красоте, но его руки оказались крепко привязаны к спинке кровати его же собственным галстуком. — Эванс, что ты делаешь? — выпалил Северус, наконец придя в себя. — Ты совсем сдурела что ли?! — Ш-ш-ш, Сев, ну ты чего, — Лили забралась на кровать.       Ее руки опустились на ремень его брюк, и Снейп начал отчаянно вырываться. Что удумала эта девчонка сделать с ним, пока он был в бессознательном состоянии?! Это же чистой воды изнасилование! — Тихо-тихо, — Эванс взяла его лицо в свои руки, тут же скользя ими ниже, успокаивая Северуса. — Тихо, малыш, все хорошо, это же я, я не собираюсь делать ничего плохого тебе.       Парень замер от удивления: да она же такими словами успокаивает соседского коня, когда тот начинает с ума сходить, у нее даже выражение лица такое же! Он вновь попытался освободить руки, но все было тщетно. — Сев, ну ты чего, — Лили чуть-чуть не смеялась. Она положила одну руку ему на впалую щеку, другой зачесала растрепавшиеся волосы ласковым движением, вновь оказываясь на непозволительно близком расстоянии. — Мы просто немного развлечемся! — Лили, нам нельзя, — Северус с надеждой посмотрел на рыжую. — Мы же друзья. — И что? Так ведь даже лучше, никаких обязательств. Просто немножко удовольствия, — она поводила пальцами по его груди и животу. — Я почему-то всегда думала, что ты должен быть холодным на ощупь. А ты тепленький. — Лили, — он выдохнул. — Ты… неужели тебе совсем не с кем этим заняться? — Снейп снова начал выкручиваться из ее рук, отчаянно стараясь сбросить их с себя, хоть ему этого и не хотелось. Им нельзя переходить эту границу! — Но я не хочу заниматься этим ни с кем другим, — довольно проворковала Лили, продолжая оглаживать его торс. — Твое сопротивление возбуждает меня еще сильнее, — девушка забралась на него сверху. Она наклонилась, и Северус почувствовал, как ее мягкая полная грудь прижимается к его коже, как уперлись в него твердые соски. — Ты как буйный жеребец, — она прильнула к его губам в нежном поцелуе. — А тебе немного надо, — хихикнула Лили, заерзав попой на выпуклости брюк. — Не нужно, — умоляюще выдохнул парень. — Пожалуйста, прекрати, не издевайся так надо мной, Лили. — Издевайся? Что? — рыжая потупила взгляд на его лицо. — Сев, ты о чем? У меня и в мыслях не было… — Ты… это… я не могу тебе так просто все объяснить, — он вновь отчаянно потянул связанные запястья, запрокидывая голову. — Но если ты это сделаешь, мне будет хорошо в моменте, да, но потом я буду страдать, понимаешь? — Я смогу унять все твои страдания, — Эванс прижалась губами к его лбу, щеке, носу. — Я обещаю, Сев. Я же люблю тебя. — Ты не понимаешь, — вновь обреченно зашептал парень в попытке вырваться. — Я знаю, что любишь, но у меня к тебе… — он замер, поджимая ее губы. Она напряглась, выжидающе глядя на него проникновенно своими зелеными глазами. — У меня к тебе давно другие чувства. Не дружеские. Я… влюблен в тебя, Лили. И пока мы сохраняем дистанцию, мы оба будем в порядке. — Ты дурачок, — Эванс села на нем, прижимая белые ладошки к низу его живота, хаотично задрыгав пальцами. — Вот вроде умный, но дурачок. Как ты в себе это совмещаешь? — она усмехнулась. — Сев, я давно поняла, что ты влюблен в меня. И я давно пытаюсь сказать тебе, что я тебя люблю, но ты… непробиваемый. Ты не видишь, не слышишь, и не хочешь увидеть и услышать. Стоит мне попытаться сблизиться с тобой, и ты убегаешь от меня, вбил себе в голову какую-то чушь о том, что я не могу тебя любить. И узнаю я все это не от тебя, а от Эйвери, почему-то! — Ты сейчас… серьезно это все? — Эх, надо было еще подождать, может, эта странная дрянь, что вы пили, дольше бы действовала… — девушка снова наклонилась к нему. — Мы потом все обязательно обсудим, не думаю, что соображать со стояком тебе удобно, — фыркнула она. — Будешь послушным мальчиком, и я сделаю тебе приятно, понятно?       Северус молчал. Она только что так спокойно призналась ему в любви и упрекнула его в слепоте, как будто говорила такое каждый чертов день, а теперь пытается его дрессировать. Либо его все-таки накрыло с того огневиски, и сейчас он спит, и ему снится максимально реалистичный сон, либо его глючит, не иначе. — Будешь хорошо себя вести? — мурлыкнула Лили ему на самое ухо. — Да, — тихо выдохнул парень.       Он все равно в ловушке, в ее прелестных цепких лапках, которыми она действительно очень умело привязала его к чертовой койке в комнате «Кабаньей башки», и при всем желании долго ей сопротивляться он не сможет, ведь это Лили, его любимая, желанная Лили, немного пьяная и странная в своем поведении сейчас, но все еще Лили.       Рыжая довольно улыбнулась, и вновь поцеловала его в губы, в этот раз сумев легко приоткрыть их языком и протолкнуть его ему в рот. Эванс явно целовалась далеко не в первый раз, она в принципе действовала так, словно все было для нее далеко не в первый раз. Снейп попытался расслабиться и получать удовольствие. Сколько он смотрел на эти прекрасные пухлые губы, жадно облизывался при мыслях о том, чтобы впиться в них, и вот это происходит, она целует его, и ее губы действительно невероятны, они еще слаще, чем возможно было себе представить, так почему бы не поймать этот момент, вдруг другого действительно, как он думал несколько мгновений назад, уже не будет? Северус попытался ответить, немного неловко и неуверенно, и Лили тихо засмеялась. — Как же я ждала этого, — ее глаза как-то странно сверкали.       Ее губы коснулись шеи Снейпа, и парень вздрогнул. Эванс это не остановило, и она продолжала нежно покрывать поцелуями бледную кожу, чуть прикусывая, облизывая, оставляя засосы, с наслаждением исследуя каждый сантиметр. Северус прикусил губу — в брюках было до ужаса некомфортно, а мысль о том, что Лили прижимается своей промежностью к нему, пусть через ткань, сводила с ума. Она спустилась ниже, принимаясь не только целовать его, но и водить нежно по нелепым изгибам и выступам, надеясь своими движениями расслабить его напряженное тело.       Девушка оставила засос на ключице и снова нырнула вниз. Ее губы коснулись соска, и Северус замычал, не выдержав. Раздался очередной ее смешок, и она лизнула маленькую бусинку, чуть прикусила, пальцами добравшись до второго соска. Парень выгнулся под ней насколько смог, шумно выдыхая, а поцелуи ее тем временем оказались еще ниже. Лили оставила маленький засос около пупка и скользнула пальцами вниз по дорожке темных волос, тянувшейся из-под брюк, и Снейп застыл, наблюдая за тем, как она расстегивает ремень и без какого-либо стеснения стягивает штаны вниз вместе с трусами, обнажая возбужденный член. — Ух ты, — девушка провела ладонью по стволу и обхватила орган прямо у основания, внимательно разглядывая, словно прикидывая на ощупь и визуально диаметр. — Хах, а не порвет ли меня?.. —       Северус откинулся назад. Невыносимо. Ее ладонь плавно скользила по члену, и ее взгляд, восторженный и сосредоточенный одновременно, приоткрытые губы: все это просто уносило его, и он с трудом мог сдерживать стоны. Лили сглотнула слюну и стерла влагу, стекавшую по уголку рта. Поглаживая указательным пальцем алую головку, то невесомо, то надавливая и осторожно массируя, она улыбнулась ему. — Нравятся мои прикосновения?       Он мотнул головой, не в состоянии что-то сказать. Да он же в любой момент мог финишировать ей прямо в ладонь, какие тут могут быть вообще слова?.. — Сев, — Эванс вновь забралась на него. Он почувствовал, как ее влажная промежность касается его члена и застонал. — Ты правда меня любишь? — Да, — шепнул он. — Да, — вновь повторил Снейп уже громче, чувствуя облегчение от того, что смог наконец-то признаться ей в этом. — А я люблю тебя, — Лили наклонилась вперед и поцеловала его. — Если я тебя сейчас развяжу, ты же не скинешь меня с себя?       Скинуть ее с себя теперь? Да ему бы суметь пошевелиться, когда она так близко! Если у него освободятся руки, единственное, что они будут делать — это ласкать ее прекрасное тело. Эванс, придерживая пальцами член, медленно насадилась, сначала только на головку. Северусу показалось, что он может отключиться, когда весь он оказался внутри нее, такой тугой и горячей. Он посмотрел на Лили. Девушка зажмурилась и плотно сомкнула губы, чувствовалось, как вся она была напряжена, поджимала пальцы ног, подергивала плечами, тяжело дыша и так же тяжело сглатывая. Она потянулась и, схватившись, за край галстука, развязала узел. — Слишком много. Непривычно… но хорошо, — Эванс выдохнула и улыбнулась. — Мне нужно немного времени, прости.       Северус взял ее лицо в свои руки и наклонил к себе, крепко целуя, и девушка довольно замычала ему в губы, чувствуя, как он толкается в нее, плавно, медленно. Она поднялась, отрываясь от его губ и кладя его ладони к себе на грудь, давая возможность изучить ее всю, а сама плавно покачивалась, чуть морща курносый носик. С ее губ сорвался тихий стон, когда его длинные пальцы наконец добрались до ее ягодиц и крепко стиснули их.       Лили начала двигаться чуть быстрее, упираясь руками в его грудь, с улыбкой глядя на него и прикрывая зеленые глаза. Снейп провел по ее губам большим пальцем и мягко надавил на нижнюю губу, призывая приоткрыть рот, что девушка сделала, и его палец скользнул внутрь. Она обхватила его, посасывая, и Северус невольно улыбнулся этой картине, чувствуя, как растет напряжение в низу живота, как все ниже пояса сводит от удовольствия.       Парень опустил руку к ее промежности и, зарывшись в короткий рыжий пушок, нашел большим пальцем между нежных складок клитор. Эванс застонала, движения ее участились, она взяла какой-то совершенно бешеный темп, едва не вскрикивая, насаживаясь на его член намного легче и свободнее. Девушка откинулась, сжимая свою грудь. Северус застонал с ней в унисон, когда она сокращалась вокруг него. Рыжая обмякла, вновь упираясь в его грудь ладонями, тяжело дыша.       Снейп задвигал бедрами, и кончил в нее, крепко стиснув ее ягодицы и выгнувшись. — Хорош жеребец, — Лили погладила его по щеке с довольной улыбкой. — Теперь надо только как следует тебя объездить. — Мерлин, Лили, меня пугает твое пристрастие к лошадям, — нервно сглотнув, сказал Северус. — Да ладно тебе, — усмехнулась рыжая, укладываясь рядом. — Хорошо же было.