Black Mirror: Final fear 2

Та великая ночь настала, и я, наконец, победил поганую и мрачную душу Мордреда, изгнав ее из себя в мир теней, заточив ее там навсегда, как мне казалось на тот момент, а тогда ни я, ни Валентина ничего не соображали, пережив такое. Пережив — громко сказано — я все-таки уходил на пару минут из жизни, так что... Когда я проснулся, силы меня покинули, толком даже не помню, как мы выбрались оттуда, из этого адова логова. Спасибо Валентине, что поддерживала меня всю дорогу до библиотеки, чтобы я не рухнул. Да уж, хранитель из меня слабоватый получился. Но, несмотря на мои не отменные физические данные, Мордреду внутри себя я долго сопротивлялся, тут ничего не скажешь. Одно я точно запомнил, не считая нашего финального диалога: когда мы отходили от лестницы, ведущей от портала, я услышал где-то вдалеке, от Зеркала, странный звук. Даже не знаю, как его объяснить. Ну, знаете, когда портал открывается, будто всплеск чего-то происходит, что-то вспыхивает, издавая характерный звук — вот нечто подобное и было. Поняли, нет? Извиняйте, как смог — объяснил, я все-таки физик, а не поэт. Но никто из нас не придал этому звуку значения, а Валентина даже не оглянулась, думаю, она могла не слышать его. О, какая же это была ошибка! Но, надеюсь, что поправимая, ибо я сейчас как раз над этим работаю. Завершив наш заключительный разговор, мы отправились по койкам, по разным, конечно! Нет, как женщина, она меня не привлекала, но я был крайне благодарен ей за спасение и дальнейшую помощь, так что не собирался забывать ее. Никогда. Таких людей мало, их нужно беречь. Однако, я ее не сберег... Но это не моя вина. Мы оба виноваты в случившемся. Мы не закрыли портал тогда, мы впустили душу Мордреда в Зеркало, но мы не закрыли его, и его хитрая, гнусная душонка сумела выбраться, переселившись в кого-то еще. Но до этого она успела сделать свою финальную гадость в моем замке. Я проснулся в теплой, как ни странно для жуткого и почти разрушенного замка, кровати по утру от тяжелого и очень громкого дыхания, приближающегося к двери моей спальни. Я быстро вскочил с постели и успел надеть только штаны. Не успел я приблизиться к двери, схватив по пути тяжелый железный подсвечник, как она распахнулась с грохотом. Я уже замахнулся для удара, но тут же остановил руку в полете. — Эдвард, ты меня напугал! Ты чего так дышишь тяжело? — Простите, сэр, я просто бежал, — глотал он воздух. — К вам на второй этаж очень быстро из библиотеки, — он снова схватил уставшими легкими воздух. — А я там такое увидел! — Так, тихо, успокойся. Отдышись, походи чуток, не стой на месте — нельзя резко останавливаться после долгого бега, тем более, который смешался с шоком. Я спокойно положил орудие предполагаемого ответного удара на место. Дыхание Эдварда восстановилось через пару секунд. И не успел я к нему повернуться, как он выпалил: — Валентина, там в библиотеке, она... на полу, в крови... в луже. Я вытаращился на него и дернулся с места. Прилетев в библиотеку, я стал свидетелем не самого лучшего зрелища. Бедная Валентина бездыханно лежала на полу. Мой новый дворецкий стоял тут же, рядом со мной. — Ты вызвал кого-нибудь? Пульс проверял? — Проверял, пульс есть, но слабый. Скоро должна приехать скорая из города. — Что здесь вообще произошло? — спросил я, подходя к телу Валентины и осматривая его на присутствие улик. — Честное слово, я не знаю. Я еще спал, сэр. Благо, я решил сюда заглянуть, когда проснулся и приступил к своим обязанностям, так как время уже поджимало. У мисс скоро должен был вылетать самолет. Я слушал его вполуха, мне было важнее узнать, что же произошло с моим спасителем. — Не понимаю, откуда столько крови? Никаких ран нет, ни порезов, ни видимых проломов головы — ничего, — я даже с каким-то испугом взглянул на Эдварда. Он ответил мне тем же. — Может быть, ее ударили по голове? — Но рядом нет никакого тяжелого предмета. Хм, зато рядом есть стол. Кто-то мог ударить ее лбом или затылком так сильно, что она упала и потеряла сознание. Но это не объясняет присутствие такого большого количества крови. К тому же, кто к нам мог зайти ночью? Ты ведь запирал ворота? — Конечно, сэр, — Эдвард даже выпрямился, снова придя в свое типичное состояние, оградившись непробиваемым спокойствием. У ворот посигналили. Люди из скорой мигом вынесли Валентину, я поехал с ними. На улице чуть потеплело, так что тот факт, что я был в одних штанах и ботинках, нисколько не смущал меня. Не могу сказать то же самое про санитаров. — Что? Нам нужно торопиться! А мое одевание займет-таки некоторое время, которое нам не стоило бы терять. Нервно стуча ногами по серому полу странной маленькой больнички, ремонт в которой, казалось, делали еще при Мордреде и Маркусе, я совершал странные движения пальцами рук друг об друга и ожидал вердикта врачей. — Вы бы не ждали, молодой человек, неизвестно, когда закончится операция, — сказала девушка с темными кудрявыми волосами, в зеленоватом костюме медсестры, с администрации. Я повернул к ней голову и, ничего не говоря, направился к стойке. Когда я подошел вплотную, она окинула взглядом мой голый торс, сглотнув слюну. — Вам так хочется меня выгнать отсюда? — хладнокровно поинтересовался я. — Нет, что Вы! - уверяла она меня. — Просто зачем тратить время на ожидание? Вы можете зайти позже. Если, конечно, Вам так нужно, то оставайтесь... Я облокотился на стойку и чуть склонился к своей собеседнице. — Девушка, мой замок находится далеко отсюда, а я не на своей машине приехал, к тому же человек, который там находится, мне очень дорог, да и времени у меня навалом, так что, если Вы не возражаете, я буду сидеть здесь, неподалеку от Вас. Сказав это, я выпрямился и гордо ушел к скамье с мягким покрытием нездорового цвета. И, плюхнувшись на нее, продолжил, как сказала девушка, тратить свое время на ожидание. Мне кажется, когда я сказал, что у меня есть замок, в глазах у той девчонки промелькнул слабый страх. Думаю, она поняла, кто я такой. Неужели, слухи о моем безумии все еще бродят? Но они же были только в нашей местности... ах, да, Мюррей же постарался, чтобы я попал на обложку долбаной газетенки, так что не думаю, что молва обо мне, кровожадном Гордоне, скоро утихнет. — Мистер Гордон? — послышался громкий мужской голос. Я очнулся ото сна, вздрогнув, и резко встал с места. Ко мне подошел врач в синем костюме. Девушка с администрации теперь уже с ужасом в глазах посмотрела на меня, но мне плевать. — Ваша подруга... сейчас находится в коме. Ее очень сильно ударили головой об твердую поверхность. Мы обнаружили опухоль. Девушка долго не протянет. Даже дня. Сочувствую. — Я могу к ней пройти? — Конечно, вторая дверь справа по коридору, — врач указал мне вперед на длинный узкий проход, освещение которого оставляло желать лучшего. Я с грустью зашел в палату к Валентине. Множество приборов, издававших монотонный прерывистый звук, равнодушно стояло около нее, как бы говоря, что уже все кончено. Казалось, что вот-вот я услышу длинный писклявый сигнал, сообщающий об остановке сердца. Я присел на койку к Валентине, в области живота, и стал смотреть на нее. М-да, вот еще один человек, который желал мне добра и был на моей стороне, был почти родственником, скоро покинет меня. Теперь я точно... — Эдриан! — совершенно неожиданно произнесла Валентина, схватив меня за руку своей холодной ладонью, и сжала ее. Я ошарашенно посмотрел на нее: ее глаза были закрыты, а показатели пульса и сердцебиения на экране все падали. — Эдриан, ты не последний! Мордред нашел новую жертву! Найди его и уничтожь, наконец! Заточи его в Черном Зеркале навсегда, иначе он наберет силу и выпустит на волю армию теней! Поторопись! Книга... найди книгу... Она, задыхаясь, проговорила это, видимо, не договорив, и уснула вечным сном, отпустив мою руку. Дежавю, честное слово. Подобная ситуация была с моей мамой, вот прям очень похожая, сказала она только меньше и совершенно другое, она говорила, как сейчас помню, не приближаться к Зеркалу... Я уже ничему не удивляюсь... и зову врача, чтобы они тут сами разобрались. — Да. Эдвард, и пришли за мной машину, такси или что тут у вас есть? Я не осведомлен насчет таких услуг в вашем... э-э, районе проживания. Спасибо! Я повесил трубку, попрощался с врачами и вышел из больницы. А погода совсем разгулялась. Я даже соскучился по солнцу. Чего не скажу о подозрительных взглядах, которые так и летят в мою сторону. Чертовы британцы, скромные и гиперкультурные. Угу, уж лучше быть развязным и прямолинейным американцем, чем похожим на сноба. Стоп, я же тоже британец. Никак не могу к этому привыкнуть, а ладно. Что, кстати, говорит о том, что страна, в которой живешь, влияет на тебя и изменяет. Кто знает, быть может, эта женщина, которая несет две тяжелые сумки и неодобрительно смотрит в мою сторону, живя в Америке, была бы совсем другим человеком? Но это мои лирические отступления, не обращайте внимания. А вот и моя машина. Усевшись в салон старого черного BMW, я стал размышлять о словах Валентины. И, черт, только сейчас я понял, что я еще не одинок на этой планете. И есть еще один (или одна, чего мне не особо хочется — я уже с одной намучился — ее Анжелиной звали) Гордон, неясно где обитающий. Что ж, именно это мне и предстоит выяснить, а главное — спасти его от моего проклятого предка, вырвавшегося из глубины времен, будь он неладен.