Ремонт часов, минут, секунд, мгновений

      — Может, я просто поверю вам на слово, быстренько всё подпишу, и мы пойдём? — предлагает Люмин, неуверенно проводя пальцем по мелкому тексту на листе.       — Все документы перед подписью следует внимательно прочитать, чтобы удостовериться, что все условия удовлетворяют вашим требованиям.       — У меня одно требование: вытащить этого прид… в смысле, владельца этих часов из временной петли. Сомневаюсь, что тут есть пункт про передачу имущества или пожизненного рабства, так что меня всё заранее устраивает, — хлопает в ладоши девушка, улыбаясь и желая закончить поскорее с формальностями. — Вы выглядите надёжным человеком, — добавляет та, вызвав у мужчины снисходительный вздох, и краем сознания понимая, что, в общем, делает такую же ошибку, как сделал тогда Тарталья. Хотя, если бы он не купил тогда эти дурацкие часы, то сейчас был бы уже…       — Вы в порядке? Вы побледнели, — обеспокоенно спрашивает часовщик, заглядывая девушке в глаза.       — А, эм, да, всё хорошо, извините, — смазано отвечает Люмин, сглатывая ком в горле. Лучше, если она будет зла на Аякса, потому что так сразу появляется энергия пойти надрать ему зад, чем если она начнёт паниковать и раскиснет тут к чёртовой матери.       — Тарталья! Аякс Тарталья, мать твою! — кричит Люмин через всю улицу, подбегая к машине, когда Чайльд делает музыку тише и смотрит на неё из приоткрытого окна.       — Люми? — он удивлённо округляет глаза, когда Люмин уже прыгает на соседнее сиденье, когда как посади садится Чжун Ли, слегка кланяясь с извинениями, и пристёгивает ремень.       — Люми, что ты…       — В какую сторону ты ехал? — перебивает его девушка.       — Э-э, в сторону телебашни, там рядом офис.       — Едь в противоположную, — командует Люмин.       — Но…       — Поворачивай, говорю! — на нервах раздражается та, и Тарталья всё же поворачивает направо, ведя машину в неизвестном направлении.       — Может, объяснишь, что происходит? — обращается он к девушке, растерянно поглядывая на записывающего что-то в блокнот незнакомого мужчину.       — Херня какая-то, — отвечает Люмин, воровато поглядывая в зеркала заднего вида.       — Давайте я объясню, — предлагает мужчина, и Чайльд бросает на него странный взгляд, стараясь не отвлекаться от дороги.       — … Ладно, а вы?..       — Прошу за грубость, забыл представиться. Моё имя Чжун Ли.       — Тарталья, — коротко отвечает Аякс.       — Рад знакомству, Тарталья. Я — часовщик, и сейчас выполняю условия договора, помогая вызволить вас из временной петли, — с непробиваемым лицом говорит тот, а Аякс фыркает и усмехается, но не услышав никакой реакции со стороны Люмин, сводит брови к переносице.       — Мы не успеем, мы точно не успеем, — тараторит себе под нос Люмин, выглядя совсем уж плохо, и Аякс обеспокоенно косится на неё.       — Милая, куда не успеем? Не волнуйся, я всегда могу взять пару минут взаймы, — усмехается Тарталья не без доли тревоги. — Знаешь, кредиты не такая уж и безнадёжная штука…       Люмин моргает и открывает глаза уже посреди улицы, отшатывается назад и натыкается спиной на кого-то. Позади неё оказывается Чжун Ли, и его лицо спокойно, как и прежде. Он в успокаивающем жесте кладёт руку ей на плечо.       А она вспоминает о том, как грузовик выехал к ним навстречу. Краем глаза Люмин тогда успевает заметить, как Чжун Ли кивает сам себе и делает пометки в блокноте, и как Тарталья на соседнем сиденье вцепился в руль до побелевших костяшек.       Дыхание становится чаще, и Люмин кажется, что она сейчас упадёт в обморок. Удар, лобовое стекло и осколки, воскресившие в голове образ блестящих на солнце брызг морской волны, грубой дробью касаются щёк. И лишь на мгновение — его взгляд.       Холодный пот затекает за шиворот, вызывая непроизвольную дрожь в плечах.       — Всё в порядке, он жив, — размеренно произносит Чжун ли за спиной. Он становится рядом, придерживая за плечи, и Люмин наконец делает шаг. Они доходят до угла здания, заворачивая на то место, где в прошлый раз встретили Аякса. Туда, где встречают его и сейчас.       Тарталья опирается одной рукой на стену и поворачивает голову в ту сторону, где они стоят. Автоматические двери позади него открываются и закрываются, люди спешат мимо и не обращают на него внимания. Люмин смотрит ему в глаза, цвет которых затуманился и поблёк. Голос звучит ломко, непривычно.       — Люми?.. Что это было?