Счастье одинокой мечтательницы

Это был один из тех вечеров, в которые лучше не выходить из дому. Дождь, хмурое грозовое небо, улицы города в покрытых пузырями лужах. Нормальный человек в такую непогодь, без особой надобности носа из дверей не высунет, но она не считала себя такой уж нормальной. Дождь она любила, а сердито грохочущие небеса и вспышки молний наполняли её какой то невероятной энергией. Казалось, ещё пара грозовых разрядов и она взлетит над промокшей мостовой куда то в фантастический мир её грёз. Уж что - что, а грезить она умела. - Александрин, опять размечталась? Под тридцатник тётке, а она всё в облаках витает! Я между прочим внуков хочу, понимаешь ты? Внуков! Девушке живо представился образ и голос матери, которая ворчала желая наставить дочь на истинный путь семейной жизни. Да да, с самого рождения мать не называла свою дочь иначе, как Александрин, не Александра, как она значилась в документах, не Саша и не Шура, как обычно именовали её тёзок. Только Александрин! Женщина считала, что только этот вариант имени идеален для её единственной кровиночки и что вообще всё в её жизни должно сложиться идеально. Возможно именно по этому, Александрин выросла несколько не от мира сего. В мечтах о идеале. Когда она была маленькой, мать частенько, укладывая её спать пела ей о том, как прекрасна будет её жизнь, когда она вырастет, о светлом, красивом доме у моря, о прекрасном чернооком муже, и что называется, допелась. - Однако дождь всё сильнее... - промокшая до нитки Александрин, хоть и любила такую погоду, но торчащие во все стороны мокрые волосы и текущая между лопаток ледяная вода всё же натолкнули её на мысль заскочить в ближайшее кафе, выпить чашку горячего шоколада и выкурить сигарету. На улице под дождём зажигалка отказывалась дать ей огоньку. Тёплый свет от старинного абажура, стеклянный столик в самой затенённой части кафешки, ротанговый стул, горячая кружка обжигает пальцы, сизый от сигаретного дыма воздух. Какая то подвыпившая компания в противоположном конце зала, кто то смеётся, кто то уставился в ноутбук, кто то бренчит на гитаре, легко трогая струны. Идеальное место, где можно прекрасно провести время с друзьями. Если бы у неё были друзья. Идеальная жизнь была у Александрин только в мечтах, в тщательно созданном её развитой фантазией мирке. Увитые цветами беседки, ласковое море, прекрасный дом, творческая работа и конечно идеальный черноокий мужчина, нежный и страстный, всем сердцем преданный только ей. Из всего перечисленного в реальной жизни у неё была только творческая работа - художник иллюстратор в издательстве детской литературы. Правда ей то хотелось писать прекрасные пейзажи, портреты интересных людей, ну в крайнем случае, букеты благоуханных цветов, а вовсе не мультяшных котиков, собачек и зайчиков, которые чаще всего требовались по работе. - Ладно, дождь вроде утих, горячий шоколад выпит до капли, от сигареты осталась только маленькая серая кучка пепла. Пора домой, завтра рано вставать, нести эскизы иллюстраций в издательство. - Александрин встала, положила на стол свёрнутую вдвое купюру, оставляя официантке изрядные чаевые, отряхнула одежду от последних капель воды и с сожалением покинула свой временный приют. - Помогите! Помогите мне! - на сумрачной улице в луже оставшейся после дождя лежал человек и отчаянно звал на помощь, но никого, кроме вышедшей из кафе мечтательницы, поблизости не было. - Девушка! - человек рассмотрел её, сквозь сумрак и нечёткое сознание, - помоги! Скорую... - в его горле что то захрипело и кашель перебил и без того прерывистое дыхание. Она подошла ближе, вынула из сумочки мобильный и набрала неотложку. Какой мокрый, весь перепачкан грязью, щёки забывшие, что такое бритва... какой то бомж. А это что? - О Господи, у вас кровь! - девушка хотела отскочить, но тут рука мужчины, которой он зажимал рану в боку, вытянулась и ухватила её за ногу, чуть выше щиколотки. - Не оставляй меня, пожалуйста... помоги... мне... - сознание на какое то время покинуло страдальца, но его рука так и осталась сжимать её ногу, запачкав тонкие колготки и кожу под ними кровью.