0
18 января 2021 г., 22:53
ты спрашиваешь, кого я нарисовал на помятом листе бумаги, прикрепленном желтого цвета кнопкой к доске у двери. я говорю, что это ты. удивление, пробежавшее по твоему лицу, почти не трогает меня. как и твои руки, губы и ты сам.
ты духовно повзрослел, Фрэнки, тебе со мной уже не интересно. не интересно перелистывать мои комиксы, не интересно взволнованно рассказывать мне, что такого интересного ты придумал, сидя на балконе со снежинками. я бы тосковал, если бы не знал с самого начала. я уверен, что ты скучаешь. ты вообразил, что самый умный, так старался и обещал мне все, что только придёт в голову, лишь бы я не сказал тебе уйти. ты сидел на моих коленях у меня дома как-то осенью в слишком легкой для того времени джинсовке. у меня бы хватило духа объяснить тебе тогда, что через время мы сами ослабим узел, которым ты понемногу привязывал меня к себе, если бы ты хотя бы отвёл глаза. мне всегда нравилось, что ты знал, куда давить.
я не хочу, чтобы ты знал, что тебе хватило десяти секунд. я не мог позволить себе обесценивать свои и, что более важно, твои желания.
и о, боже, кто бы мог подумать, что мы держались на твоем взгляде, милейшей улыбке и глупых фразах. настолько глупых, что я по памяти записывал их в свой блокнот. я все ещё восхищён.
сейчас, когда я смотрю на тебя, в голову лезет только бестолковое «заигрался». я так и не выяснил, ты или я, но у меня хотя бы есть четкое виденье, а ты потерян, мечешься глазами от своих пальцев до двери и обратно. будто я когда-то заставил бы тебя делать то, чего ты не хочешь, например, быть здесь. с непривычки ты слегка увернулся от моей руки, когда я хотел убрать пряди, которые мешали тебе видеть и, видимо вспомнив, что я, вообще-то, раньше делал так все время, скромно улыбнулся. я это заметил. тебе больше идёт распущенность. меня жутко раздражают твои волосы, солнце.
как это необычно, я имею ввиду, прощаться по правде, на неопределённый срок. до этого мы говорили «до вечера» и знали, что увидимся вечером, «до завтра» и знали, что увидимся завтра. меня не делает это ни грустным, ни счастливым, но и равнодушия я не ощущаю. ты не можешь думать, что от по-настоящему ощутимого расстояния я почувствую облегчение, боже упаси.
ты не оставил мне ни одной своей футболки и не забрал себе ни одну из моих. постеснялся? или, может, побоялся? что такого в воспоминаниях, если они хорошие? тем не менее, у тебя осталось кое-что мое. все эти привычки, жесты, режим сна, мысли, предпочтение в шнурках и то, как я перевернул твоё мировоззрение. ты никогда не заметишь этого, но это то, как ты поменялся. возможно, ты просто стал слишком похож на меня, переняв себе мои повадки, и главная причина нашего расставания - это то, что похожие люди надоедают друг другу крайне быстро. нечему удивляться, ничему новому их не научишь.
что за недомыслие.
у меня что-то неладное с головой, мне кажется, мой невроз скучает по тебе больше, чем я сам. а ты говорил, тебе надоело, что он меня изводит.
мне хотелось бы покопаться в твоей голове, может, немножко прибраться, перед тем, как ты закроешь за собой дверь. ты уже давно не обсуждаешь со мной то, что у тебя на уме.
мы могли бы заварить чай тебе и кофе мне, потому что ты терпеть не можешь любой кофе и пьёшь только чёрный с бергамотом.
мы могли бы посидеть на кухне и поболтать, передавая друг другу сахар, об ужасной слякоти на улице, о мифических существах или моей никотиновой зависимости.
я бы сделал тебе глинтвейн, если бы ты не улыбался мне как личности, равной по важности человеку в очереди у кассы супермаркета.
