Remnant of hope

Лилиана все так же не смогла отойти от вчерашнего. На осеннем фестивале убили мистера Теннера. В школу обещали прислать нового учителя истории, но за последние два дня в этом не преуспели. Спускаясь по лестнице, Лилиана удивлённо подняла брови, ещё даже не входя на кухню, услышала ругательства Дженны. Волосы она попыталась пригладить, понимая, что спросони забыла воспользоваться расчёской. — Гад! Подлец! — злобно чеканила Саммерс, сверля взглядом экран небольшого телевизора, привешенного дядей Грейсоном к стене. На плите подгорала яичница, но тетя будто специально не замечала горелого запаха, полностью сфокусировав внимание на экране. Лилиана подняла одну бровь, явно удивлённая поведением Дженны и за несколько мгновений оказалась около плиты, снимая шкворчащий от сливочного масла завтрак. — С кем ты разговариваешь? — непонимающе протянула Лилиана, копаясь в холодильнике. — С ним. О’вер оторвалась от своего крайне интересного занятия, кидая взгляд, туда куда указывала будто бы в обвиняющем жесте тетя. — Ведущий новостей, а также известный мерзавец Логан Фелл! — скривившись сообщила Саммерс. — Я когда-нибудь упоминала почему уехала из Мистик Фоллз? Лилиана несколько раз хлопнула глазами, а затем ее губы растянулись в широкой улыбке, когда до нее дошло. — Неужели из-за него? Серьёзно? Дженна цокнула языком, закатывая глаза. — Если ты сейчас скажешь, что он симпатичный, как Елена пять минут назад до тебя, я не удержусь и на правах тети дам тебе подзатыльник, — вид Дженны был и впрямь угрожающим, поэтому Лилиана удержалась от язвительной шутки. — Я и не собиралась, — подняла согнутые в локтях руки, девушка. Спустя пару минут, проведенных за завтраком, Лилиана заметила входящую на кухню Елену, тут же направляющуюся к Дженне. Девушки повернулись к Овер спиной, о чем то шептаясь. — Эй, что вы там шепчетесь? — возмущенно подняла брови Лилиана, Дженна обернулась на ее возглас, тем самым давая ей разглядеть несколько золотых вещиц, лежащих на столешнице. — Что это? — Семейное наследие Гилбертов, — гордо отозвалась Дженна. — Я забрала это из депозитной ячейки. Мама обещала Кэрол Локвуд, что одолжит их совету основателей, для их выставки наследия, — объяснила Елена. — Это обручальное кольцо бабушки Бет? — Дорогое наверное… — Протянула Лилиана крутя в руках старый перстень. — Изначально оно принадлежало прапрабабушка Мэри, — поправила Дженна. — Интересно, сколько оно стоит на «Иэйсс»? — мечтательно протянул Джереми, называя популярную сеть ломбардов. — Джереми, нет! — прервала его Саммерс, на что младший Гилберт пожал плечами. — Кстати, Елена, ты не брала то голубое платье? Гилберт отрицательно покачала головой. — Лилиана? — Я видела его на стиральной машине на первом этаже, — дожевывая еду пробурчала Лилиана. Дженна вышла из комнаты в пол уха слушая активно жестикулирующую Елену. Лилиана обернулась на кухонную столешницу. Вещицы были и впрямь дорогие. Но больше всего ее привлекли золотые часы на цепочке. От них исходила неясная энергия. Лилиана точно не могла ошибаться, она уже чувствовала это, и не в первый раз. Ведь стоило Лилиане прикоснуться к ним, ее охватило странное чувство тревоги, как тогда на парковке. Вдруг все звуки будто испарились, она покрутила головой, но не смогла сфокусировать взгляд. Вокруг все было размыто, кроме круглых часиков, лежащих у нее на ладони. — Нет! — воскликнула девушка резко пошатываясь назад. Вдруг все резко прекратилось. Лилиана все так же стояла на своей кухне, гипнотизируя взглядом часы на цепочке. Пару секунд потоптавшись на месте, Лилиана завернула их в рукав свитера, быстро спрятав в карман. В дверь раздался настойчивый звонок. Со второго этажа послышалось «Лилиана, открой!» Дженны и сжав руки в кулаки, она быстрыми шагами поспешила к двери. Она потянулась к дверной ручке, дергая на себя. С губ сорвался злобный выдох, стоило ей увидеть стоявшего на пороге. — Чего тебе надо, Локвуд? — рыкнула девушка, отступая назад. — Меня послала моя мама, я должен забрать какую-то коробку, — протянул Тайлер, проходясь взглядом по обнаженным ногам девушки, прикрытыми лишь короткими шортами. — Вот она. Пожалуйста будь осторожен, — из-за ее спины появилась Елена, вручая тот самый конверт с семейными реликвиями. Лилиана на автомате коснулась кончиками пальцев кармана свитера, где и лежали часы Джонатана Гилберта. — Да, будь осторожен, придурок, — поддакнул Джер. Лилиана удивленно обернулась, ведь не заметила, когда младший Гилберт успел подойти. — Так, ладно, успокойтесь, — Елена встала между парнями, но оба были настроены враждебно. — Да спокоен я, просто он ведёт себя как урод, — скривился Тайлер. — Сам урод, — неприязненно бросила Овер, презрительно глядя в глаза брюнету. — Ладно, Тайлер, тебе лучше уйти, — многозначительно подняла брови Елена, закрывая перед носом Тайлера дверь. Сжимая ладони в кулаки, Лилиана вернулась в гостиную, с уставшим видом падая на кресло. Голова почему-то не с того, не с сего, начала болеть. Девушка поморщилась, массируя вески. Это было как минимум странно, ведь утром ничего такого не было. Лилиана зашипела от боли, когда создалось впечатление что ее виски прожигают горящими иглами. — Эй, ты в норме? — Елена обеспокоенно положила руку. Лилиана вздрогнула, оборачиваясь к сестре. — Да, не беспокойся я в норме, — из последних сил прошептала Лилиана, быстрыми шагами пытаясь ускользнуть в комнату. Но стоило ей добраться до лестницы, как вдруг перед глазами потемнело. Все звуки резко остановились. Девушка покрутила головой, вдруг осознавая, что находится не у себя дома. Это был грязный подвал с кучей пыли. По всюду были слышны, молящие о пощаде крики. В здании бушевал крупнейший пожар. Девушка зажмурилась, пытаясь отгородить себя от этого, но картинки кричащих от боли, обугленных людей вновь и вновь появлялись у нее перед глазами. Она сползла на пол, закрывая лицо руками, будто это поможет от ужасающих картинок. — Лилиана… На глаза навернулись слезы. Она будто бы чувствовала весь их страх и отчаянье. — Лилиана! Девушка вздрогнула, резко открывая глаза. Перед ней стояла Бонни, лицо которой выражало неподдельную обеспокоенность. Овер оглянулась, с облечением узнавая в комнате свою гостиную. — Все в порядке? — Я… я просто… — Лилиана запнулась, чувствуя руки дрожат после увиденного. — Прости, я просто не выспалась. После сказанного девушка быстрыми шагами, почти что бегом направилась в комнату, и лишь закрыв на ключ деревянную дверь, она прикрыла глаза сползая на пол. Глаза заслезились. Ей было страшно. Очень страшно. Казалось, она сходила с ума. Вампиры, видения, сны – это было чертовски страшно и дьявольски похоже на шизофрению. Лилиане было трудно держать это в себе. Хотелось кому-то довериться, рассказать, но послушав ее, окружающие, лишь бы повертели пальцем у виска. Никто бы не поверил. Даже Дженна, боюсь признаться, посчитает девушку сумасшедшей. Лилиана шмыгнула носом, старательно вытирая потекшие по лицу слезы. Привстав с места, она подошла к зеркалу висевшему над обставленным туалетным столиком. Она смотрела в отражение, будто глядит на другого человека. Она видела совершенно чужого человека, не ту Лилиану. Под глазами девушки пролегли тени, щеки были неестественно алыми, они буквально горели огнем, но глаза – они мерцали на солнечном свету, именно так как они блестят у сумасшедших. Гипнотизируя взглядом отражение, Лилиана сжала руки в кулаки. Волосы. Теперь даже они, беспорядочно торчали в разные стороны. Свалявшиеся пряди было трудно расчесать. Острые ногти впились в нежную кожу ладоней, но Овер будто бы этого не замечала. А главное, огромная черная дыра в груди, пожирающая каждую эмоцию, которую ей удавалось испытать. А она все росла, с каждой секундой, вызывая только агрессию. На царапинах, образовавшихся на ладонях, начала появляться кровь. Лилиана прикрыла глаза, чувствуя, что ей начинает казаться, будто она слышит голоса. Целый хор, нашептывающий ей страшные вещи, такие, которые она бы никогда не совершила, ни за какую цену. — Стефан Сальваторе – обманщик! Он монстр! Нет, ты не права он не просто монстр! Он убийца! Прямо, как ты! Думаешь, ему жалко было Викки? Нет! — Нет… — прошептала девушка, зарываясь ладонями в волосы. — Маньяк! Я знаю, ты хочешь это сделать! Да! — но голоса все не прекращались, гам все усиливался. — Хватит, прошу… — с нажимом прошептала она, голова гудела от количества звуков. — Все знают, Лилиана! Мы все знаем! Убей его! — казалось голоса были со всех сторон, они заполнили ее комнату, крича с разных сторон, будто бы ее судили и выносили приговор. — Ты должна убить его! Или хочешь, чтобы он прикончил твою сестричку раньше? Убей! Убей! Убей! Убей! Убей! — Хватит! — закричала Лилиана, зажимая ладонями уши. По комнате раздался звон, но вдруг все затихли, оставляя лишь один самый низкий голос. — Ты опоздала… — единственное, что произнес он. Звуки стихли. Овер открыла глаза, боязливо оглядываясь по сторонам. Тягучее беспокойство словно весенний ручей разлилось по ее телу. Руки все еще дрожали, как и колени готовые подкоситься в самый ответственный момент. Но вдруг она поняла, что стало тихо. Слишком тихо. — Так не должно быть, — прошептала Овер, как вдруг ее глаза расширились, когда пришло осознание. — Боже, Елена! Она бросилась вниз, в спешке несколько раз промахнувшись ключом в замочную скважину. Вырвавшись за дверь, Лилиана бросилась на кухню, чуть не подвернув ногу на лестнице. Кровь стучала в ушах, сердце оглушительно громко стучало, казалось, в голове. Глаза уже начали слезиться, как вдруг она вбежала в кухню. Бонни сидела за столом с сервизной кружкой чая, в то время как сама Елена растерянно обернулась, сжимая в руках фарфоровый чайник. Сердце пропустило несколько ударов от облегчения. — Слава богу, ты в порядке, — уже сжимая в объятьях кузину, выдохнула Овер. — Эй, все нормально? — Елена слегка оттолкнула девушку от себя, со всей серьезностью осматривая взлохмаченный вид Лилианы. — Теперь, да, — расплылась в улыбке облегчения Овер. — Плохо выглядишь, — заметила Бонни, но тут же спохватилась. — Без обид. Может чаю? — намекая на чайник, поставленный Еленой на стол, предложила Беннет. — Я только за. Уместившись на мягком кресле в гостиной, Лилиана переводила сбившееся дыхание, слушая типичные девчачие разговоры Елены и Бонни. Она улыбнулась, чувствуя, как уже давно забытое спокойствие наполняет ее. Если бы не голос Бонни она бы так и продолжила медитировать в своих мечтах, но настойчивая брюнетка прервала ее атмосферу. — Лилиана, что собираешься одеть на вечер основателей? Овер недовольное выдохнула, поворачиваясь к Бонни. — Если, честно я вообще не собиралась идти, — пожала плечами Лилиана, делая глоток чая. — Но почему? Это и твой вечер тоже! — воскликнула Гилберт. — Пусть Оверы не из основателей, но ты часть нашей семьи, часть наследия Гилбертов. — Я не уверена, что… — Никаких, но. Ты должна повеселиться. Всю неделю ходишь с кислой миной на лице, — улыбнулась Елена. — Идем, мы с Бонни сделаем тебе макияж. *** Сидя на мягком бордовом пуфике в комнате Елены, Лилиана в который раз убеждала себя, что кузина в прошлой жизни была святой. Гилберт даже не пожалела своего бордового платья с открытой спиной, заставив Овер надеть наряд. И теперь ей казалось, что не все потерянно. Эти двое давали ей надежду, что белая полоса в ее жизни еще настанет. — Передай мне пожалуйста темно-красный лак, — попросила Лилиана сверяясь с цветом подаренного платья. Но Бонни даже не отреагировала. Она сверлила напряженным, расфокусированным взглядом, уже порядком нагревшийся выпрямитель для волос. — Бонни, пусть тебя не останавливает сказать, то, что хочешь, с тех пор как ты зашла в наш дом, — Елена взяла ладони Беннет в свои. — Как раз то, что я скажу тебе завтра утром. Не хочу портить тебе вечер… — Бонни, выкладывай, — сложив руки на груди, произнесла Лилиана. — Ладно, — почти что с облегчением выдала Бонни, наверняка ее распирало от желания рассказать. — Но это должно остаться в тайне, потому что Кэролайн убьет меня, если это дойдет до Деймона. И дождавшись согласных кивков, Беннет продолжила: — Оказывается у Стефана очень интересное прошлое. Ты знаешь, что случилось с его бывшей девушкой – Кэтрин? — Я знаю, что они оба встречались с ней поэтому они не ладят, — ответила Елена. — Да, они оба встречались с ней, только она выбрала Деймона и это взбесило Стефана. Он делал ужасные вещи, пытаясь их разлучить. Он манипулировал Кэтрин, задурил ей голову всякой ложью, и она отвернулась от Деймона. Внутри Лилианы все похолодело. Волосы на затылке встали дыбом. Сердцебиение резко ускорилось, переходя на бешеный ритм. — А я говорил… — прошептал вкрадчивый голос у нее в голове. Виски вдруг будто прожгло пламенем. Лилиана зажмурилась, уже не обращая внимание на разговор. — … она всегда привирает, — послышался голос Елены, но теперь он был будто издалека. В ушах опять загудело. На мгновенье Лилиане показалось, что она слышала крики, но вдруг перед ее лицом, выросла рука Бонни. Раздался щелчок. — Все в порядке? Ты сегодня, какая-то странная… — нахмурилась Бонни. — Да, да, — наконец сфокусировав взгляд, согласилась брюнетка. — Думаю, сегодня стоит повеселиться…