Mass Effect: Inquisition

      В последний час перед стартом Лиара воспользовалась возможностью, чтобы ещё раз прикоснуться к стазисной капсуле. Было уже немного поздно для всех запоздалых мыслей, но сомнения всё ещё терзали её. Сомнения были её постоянными спутниками, начиная с самых ранних воспоминаний, но сейчас она чувствовала завершённость, которой не испытывала никогда. Даже когда Лиара передала тело Шепард Церберу, тяжесть принятого решения не повлияла на неё. В этот раз, конечно, Шепард была мертва, полностью мертва, и вряд ли что-то из того, что сделала Лиара, могло ухудшить её положение.       Шепард стало лучше. Потом снова хуже. И вот теперь, спустя шесть месяцев после того, как британские солдаты вытащили из-под руин Лондона хрипящий кусок кровоточащего мяса в броне N7, злоба немного утихла. Но Шепард всё ещё находилась в коме, лекарства помогли окончательно исцелить её тело, но не сердце и разум. — Боги, я надеюсь, ты понимаешь, Шепард, — сказала Лиара тёмному металлу. — А если нет, то ты всё равно простишь меня.       Капсула, разумеется, не ответила. В этом-то всё и дело. Его внутренние стазисные поля отталкивали любое излучение, любую силу и даже само время. Стазисная капсула благополучно пронесла Явика через катастрофическое падение Протеанской империи и пятьдесят тысяч лет спустя — через окончание одного холокоста и начало другого. Конечно, Шепард придётся лететь не так уж долго, но зато гораздо дальше.       Лиара чувствовала, как техники выполняют неясные, но необходимые задачи где-то позади, когда она молча стояла в центре этой организованной деятельности. Она не обращала на них внимания, ничто не будет запущено без её одобрения, а корабль Шепард не запустится без самого ценного груза, хранящегося в стазисной капсуле. — Тебе нужно ещё немного времени? — бодрый голос Миранды донёсся из люка небольшого корабля, готовящегося к запуску. Человеческая женщина уверенно прошла к стазисной капсуле, которую держал большой погрузчик. Всё, от космического корабля до стартового оборудования, было совершенно новым и блестящим. Теневой брокер не поскупился на расходы. Так же, как и Миранда, которая теперь контролировала остальные активы Призрака. Странно, что он так и не изменил завещание. Или что Альянс не захватил контроль над этими счетами.       «Возможно, это не так уж и странно», — подумала Лиара, искоса поглядывая на Миранду. Женщина наблюдала за приготовлениями со спокойным удовлетворением, положив руки на стройные бёдра. Миранда, как правило, получала то, что хотела, и у неё был опыт в обеспечении безопасности Шепард, когда та была тем, что она хотела.       Поняв, что Миранда всё ещё ждёт ответа, Лиара коротко покачала головой. — Я попрощалась с ней, когда мы погрузили её в поле стазиса. А теперь я просто… — её голос затих. — Это действительно конец, — поддержала её Миранда. — Не так, как до всей этой эстафеты. Или даже на Земле. Поездка в один конец.       Лиара кивнула. Она снова посмотрела на капсулу. Спасительный плот. Ей казалось, что капсула похожа на гроб, а корабль — похоронный кортеж в бесконечном море звёзд.       Миранда снова заговорила: — Я знаю, что нет никакой гарантии, куда она направится. Но есть гарантии, где она остановится. Она заслуживает лучшего. Вот почему мы это делаем.       Лиара не была уверена, пытается ли Миранда успокоить её сомнения или свои собственные. Альтернативы были ещё хуже.       Миранда резко наклонилась, чтобы запечатлеть поцелуй на крышке капсулы, примерно там, где должно было быть лицо Шепард, погребённое под всеми техническими слоями. Её красная помада оставила идеальный отпечаток на поверхности. Она погладила его и выпрямилась, чтобы рассмотреть его с гордой улыбкой. — Сладких снов, Шепард. Спи спокойно. Вспоминай обо мне с нежностью. И хорошей жизни, мой друг.       Миранда по-дружески положила руку на плечо Лиары, мягко толкнув её бедром. Лиара не ожидала эмоциональной поддержки от человека, который за последние месяцы ледяным взглядом пресекал все возражения против этого плана: и материально-технические, и юридические, и моральные. Но ей было не все равно, теперь Лиара это видела. Не было никакой причины тратить столько политического капитала, не говоря уже о реальных деньгах, на поддержку безумного плана Лиары, как это сделала Миранда, если бы она не была глубоко привязана к Шепард. В этот момент прежняя ревность Лиары к женщине, которая ненадолго заняла её место рядом с Шепард, была полностью забыта и прощена. Она не смогла бы сделать это в одиночку.       И это было сделано. У Лиары перехватило дыхание, и она судорожно вздохнула, расправив плечи. — Я же говорила, что напишу твоё имя среди звёзд, Шепард, — пробормотала она. — Не могу дождаться, чтобы увидеть, что это будет значить.       С этими словами она кивнула одному из техников, почтительно ожидавших на краю стартовой площадки, и погрузчик снова оживился.       Они с Мирандой отступили назад, чтобы посмотреть, как стазисная капсула плавно погружается в маленький беспилотный корабль. Весь персонал отступил к краю площадки, и некоторые, не торопясь, отдали честь, когда были подсчитаны и убраны все контрольные списки.       На этот раз Миранда не стала дожидаться разрешения Лиары и ввела коды запуска в свой омни-инструмент. Двигатели космического корабля ожили. Он бесшумно оторвался от земли, медленно набирая скорость и тихо покидая слышимую зону стартовой площадки, затем включил ускорители и полетел ещё быстрее к звёздам.       Они обе смотрели на него, пока корабль не мигнул сверхсветовым двигателем и не исчез, унося драгоценный груз Лиары в неизвестную новую жизнь и новую галактику. Далеко от Лиары. Далеко от Миранды. Кроме того, далеко от разрушенной галактики, разрушенных ретрансляторов, миллиардов погибших, навязанных обязанностей, незаслуженного бремени и последнего оскорбления Совета — уголовных обвинений в военных преступлениях, якобы совершенных в ходе спасения буквально каждой жизни во всей галактике. Лиара считала, что помилование гарантировано. Сейчас даже преступники могут заслужить изгнание. «Прощай, Шепард, — подумала она. — Наслаждайся Андромедой».

***

      На маленьком корабле «Викинг» был самый лучший ВИ-капитан, которого Миранда и Лиара могли купить совместными кредитами. Он послушно вёл Шепард через тёмное пространство так быстро и хорошо, что Шепард прибыла в намеченную точку галактики Андромеда за полдесятилетия до «Гипериона». Это была не проблема. Такая возможность вполне укладывалась в параметры Виртуального Интеллекта. Он был готов подождать.       Но он не был готов к бедствию. Поэтому «Викинг», используя оставшиеся функциональные подпрограммы ВИ, воспользовался своими неисправными двигателями, чтобы перенаправить корабль от бедствия к ближайшей обнаруженной обитаемой планете, способной поддержать человеческую жизнь за пределами поражённого скопления. Он действительно проделал хорошую работу. Даже на скоростях намного меньших скорости света, ВИ оценил, что «Викинг» сможет добраться до планеты с достаточным запасом энергии, чтобы поддержать стазисные поля, сохраняющие его единственного обитателя. В конце концов, это было его главной задачей.       Он оставил за собой сигнал-маячок, объясняющий свои действия.       Но «Гиперион» не ожидал маленького корабля, и он не подобрал колониста со знакомым лицом и вымышленным именем. И вообще, у него были свои проблемы, с которыми нужно было разобраться.       Так что никто её не хватился. Даже матриарх азари, которой уже перевалило за семьсот лет, не удивилась, когда её квантовое устройство не сработало в назначенный год и день. К тому моменту прошло уже очень много времени, когда была назначена эта дата, и вполне возможно, что Шепард не поняла и не простила её.       Азари долго наблюдала подобные раны и потери, проходящие мимо неё, которые искалечили куда более короткие жизни. К тому времени у матриарха уже были собственные дети и внуки — живое наследие Явика от протеан. Матриарх сохранила и наследие Шепард. История была добрее к Шепард, чем правительства сразу после войны. Злодеяния мёртвого солдата легче уравновешивались героизмом, чем героизм солдата живого. Показания экипажа «Нормандии», когда они, наконец, добрались до дома, помогли, как и возможное восстановление ретрансляторов. Но именно история Жнецов, рассказанная Лиарой и опубликованная через пять лет после предполагаемой второй и окончательной смерти Шепард, убедила Млечный Путь в том, что Шепард была самым значимым героем из когда-либо живших. Совет назвал звезду в её честь. Альянс нарёк дредноут её именем. В её честь кроганы называли детей. Батарианцы называли в её честь непродуктивный и откровенно болезненный половой акт (они так и не смогли смириться с тем, что она взорвала их ретранслятор, не говоря уже о Торфане).       Но некая Эвелин Тревельян, предполагаемый колонист, бывший солдат Альянса, никогда не слышала ни о чем подобном. Она провела более десяти тысяч лет, пробираясь сквозь пространство-время, только чтобы врезаться в гору (ВИ очень хорошо выбирал места посадок) рядом с самым большим скоплением гуманоидов, которых смог обнаружить. ВИ не мог чувствовать себя довольным (такие эмоции были вырезаны из всех технологий Млечного Пути во взрыве красной энергии), но он обеспечил небольшую виртуальную проверку цели своей миссии, когда отключил навигационные системы и из последних сил начал процесс оживления своего единственного пассажира. Миссия выполнена. Шепард была благополучно доставлена на Андромеду.       Если на ошарашенных храмовников, оказавшихся неподалёку, его усилия по постепенному пробуждению Шепард и произвели впечатление, то их оценка не входила в его задачи.