Обретенное счастье (перезалив)

- Слушай, Даби… - этот разговор Ястреб откладывал долго. Не знал с чего начать, как подвести, какой будет реакция, но молчать он не хотел. Возможно, быть героем и любить одного из Лиги неправильно, предать героев ради любимого еще хуже. Но Кейго было откровенно плевать на общественное мнение, плевать на всех людей, кроме одного. Кроме злодея из Лиги, кроме Даби, кроме Тойи Тодороки. Узнал он об этой тайне любимого, когда искал информацию про героев ради какого-то очередного плана Шигараки. В тот день он задержался в офисе. *** За окнами архива льет дождь. Редкое явление для этого года. Неприятность для Ястреба. Придется ехать на чем-нибудь, возможно попросит приехать Даби. Они вместе около полугода, но это - одни из лучших его отношений. Возможно, неприятно предавать друзей и семпаев, но он принял позицию Лиги, был даже согласен с ней. Но из геройского мира уходить не собирался. Это просто невыгодно. Поэтому сейчас он сидит в архиве, изучая дела своих коллег, в данный момент Старателя. Вроде такой известный герой не должен иметь какие-то пятна в биографии, но, как оказалось, это не так. Основной задачей Кейго было узнать о слабостях коллег, но ему стала интересна именно биография Старателя. И он очень сильно жалел об этом. Оказалось, у Энджи не трое детей, а четверо. Но один пропал без вести. Так было написано. Но Таками ведь не глупый мальчик, у него ведь не настолько большое эго, как у Пламенного Героя, он ведь может сложить два плюс два и получить четыре. Он ведь может понять, кто пропавший сын героя. Он же может понять, с кем встречается, кого любит. Ястреб знает этого парня досконально, даже в курсе некоторых его привычек, о которых сам Даби не догадывается. И описание его пропавшего сына так хорошо подходит под Даби. Почти идеально. А если добавить черные волосы, ожоги и пирсинг, так вообще один человек. Вот тут-то все стало понятно. Он спит с сыном своего бывшего семпая. *** - Я тебя слушаю, – говорит Даби, поднимая голову парня к себе. Они сидят на старом диване в квартире Даби на окраине города, Ястреб расположился в объятьях парня, читая какие-то очередные отчеты с телефона, а тот курит третью сигарету подряд. Вообще, у него сегодня день рождения, но это только официально, по всем известной информации у него через полгода. Когда ему было меньше двадцати, он расстраивался, что никто об этом не знает, а потом просто свыкся с этой мыслью. - С Днем Рождения, – тихо говорит Кейго. Наверное, это не лучший вариант, чтобы начать разговор, потому что сигарета выпадает из рук Даби, и Ястреб спешит потушить ее. Пожар им не нужен. Он ожидает любой реакции. Что его убьют, что изобьют, расстанутся с ним, как минимум. Но нет. Все, что делает Даби, это встает с дивана, уходя из комнаты. «Разговор будет тяжелым» - все, о чем думает Таками, прежде чем встать и пойти следом. Он находит парня около окна в соседнем помещении, которое Ястреб считает кухней, Даби не считает ничем. Парень стоит и смотрит на вечерний город, и, только подойдя ближе, Кейго замечает слегка подрагивающие плечи и тяжелое дыхание. Вот черт. - Зачем? – спрашивает сиплым голосом парень, повернув в сторону Таками голову, показывая красные дорожки от слез. «Это хуже, чем я думал» - О чем ты? - Зачем ты ворвался в мою жизнь, как ураган, переворачивая меня с ног на голову. Зачем колышешь воспоминания… - это не вопросы, это что-то непонятное, но оно пронизано такой болью, что даже слышать это неприятно. А что чувствует Даби понять нельзя. Но дать ответы на это Кейго не успевает. На него кидаются, обнимая с такой силой, что возникает чувство, будто его ребра пытаются сломать. Но нет. Ястреб быстро привыкает к этому, обнимая парня, гладит его по голове. И задает только один вопрос: - Почему? - Я так привык, – начинает Даби. – С детства. Когда отец пичкал какими-то таблетками, чтобы ускорить набор мышц, когда устраивал тренировки сразу после школы, а потом отправлял делать домашку, а потом опять тренировка. Когда отец бил за каждый проступок. За все! – сорвался на крик парень. Первый раз он так с кем-то разговаривал. После мамы, но ее внимание переключилось с него, когда родился Шото, и ее никто не осуждал. Мальчику было не намного легче, чем ему. Но иногда хотелось заполучить капельку внимания. – Я ушел. Бросил маму, Шото, Фуюми, Нацуо. Их всех. Оставил с этим ублюдком, – он затихает на несколько минут, а Ястреб продолжает гладить его спину, перебирать жесткие волосы. Кто бы мог подумать, что свои амбиции Старатель проецировал не только на младшем сыне, но и на старшем, когда он еще был частью семьи. – А потом была улица. Года два. Хах! – он возобновил свой разговор. - Думал сдохну. А потом появился Шигараки. И Лига. Вот тогда я бы точно предпочел сдохнуть нахуй. Но не видеть, как на меня смотрит Шото. Помнишь, мы нападали на их лагерь. Блять… До сих пор помню, как он на меня смотрел. Нахуй не надо, – он снова вздохнул. – Пару раз хотел сходить к матери, но не решался. Видеть ее глаза… Мне просто хуево. Кейго, - Ястреб вздрогнул, он такого не ожидал. – Не делай ничего. Не говори им. Просто заткнись и забудь об этом, – они встретились взглядом. Как же Таками любил эти глаза. – Не делай ничего. Пусть все будет как раньше… - Даби немного помолчал. – Ты меня понял, Птичка? - Д… Да, – Ястреб не был в этом уверен. - Это хорошо, – Даби отстранился, поправляя прическу. – Блять. Никогда слабину не давал. Хах. Птичка, что ты со мной делаешь? После этого вечера ничего не изменилось в поведении Даби. Он все так же посылал Томуру на собраниях, но прилежно выполнял задания, они устраивали какие-то козни героям, Ястребу в том числе, так что времени просто не было даже чтобы поесть или поспать. Но смотреть на то, как ведет себя Даби, не хотелось. Он начал его сторониться. Из всей Лиги на это обратили внимание только Тога и Курогири, и это было прекрасно. Если бы заметил тот же Спиннер, было бы проблематично. *** Но уже через пару месяцев они угомонились, так что теперь можно было бы отоспаться. Что Ястреб и сделал. А на следующий день пошел в общежитие ЮЭЙ. Он хочет, чтобы семья его парня знала о нем. Все. Кроме отца. Наверное. Он подходит к дверям, у которых его уже ждет Айзава, с которым он договорился заранее. Чтоб не было сюрпризом. - Шото ждет, – все, что ему говорят. Что ж. Сотриголова не славится разговорчивостью. Он ведет его по общежитию, и краем глаза Кейго видит, какие взгляды на него бросают девушки, даже некоторые парни, а ему не остается ничего, кроме как лучезарно улыбаться. К его великому счастью, общежитие не такое гигантское, чтобы долго идти до какой-то комнаты. - Шото, к тебе пришли, – стуча в двери, говорит Айзава. – У тебя время до восьми, – «Всего три часа. Что ж. Придется быть кратким.» Открывается дверь, и перед Ястребом встает парень, чем-то отдаленно напоминающий Даби. - Здравствуйте, Ястреб-сан, – Шото низко кланяется, и отходит, пропуская гостя в комнату. От комнаты так и веет Японией. Футон. Эта вещь в 21 веке вызывала много вопросов у Ястреба. Зачем она, если есть мягкие кровати? – Зачем Вы хотели поговорить со мной вне тренировок? - Я знаю, где твой старший брат - Тойя, – сразу начинает Ястреб, и, повернув голову в сторону Тодороки, натыкается на удивленный взгляд. Заинтересовал. – Но тебе эта новость не понравится. Ты его уже знаешь. - Кто он? – спрашивает парень. - Это Даби, – он слышит напряженный вздох. - Зачем вы мне это говорите? – спрашивает Тодороки. – Что вы хотите от меня? - Я, конечно, понимаю, что ты мне не поверишь, ведь он принес достаточно в твою жизнь, но я хочу, чтобы он встретился с мамой, – продолжает Ястреб. - Зачем ему это? – вопросы от Шото продолжаются. - У него недавно был день рождения, так? – кивок. - Хочу сделать ему подарок. Энджи хорошо скрывает, что у него есть еще один сын, но я смог об этом узнать. Как и зачем - н... - Мне все равно на проблемы моего отца, – холодно отвечает Шото. - Вы с Даби похожи в вопросах про отца, – с усмешкой говорит Кейго. - Еще бы, – он немного молчит, а потом говорит. – Я устрою им встречу. В субботу, в 10+, за психбольницей, там пустырь. Его никто не увидит. - Спасибо! – обнимая Шото за шею, говорит старший. – До субботы! – выходя из его комнаты, говорит Ястреб, и уходит. Не видя легкой улыбки на лице Тодороки-младшего. Зато его одноклассники долго удивляются такому поведению парня. *** Квартира Даби пропахла куревом. А ее хозяин пахнет им еще сильнее, а вперемешку с потом этот запах просто прекрасен. Но сейчас, квартира пахнет не только табаком, в ее запах примешан аромат секса. Для Ястреба каждый момент их близости был крышесносным. В особенности потому, что пирсинг у Даби не только на лице, так что каждый раз Кейго помимо горячей, распирающей плоти чувствует движущийся метал. И это просто сносит крышу. - Блять, Птичка, какой же это кайф, – дрожащим голосом хрипит Даби, смотря на лицо Ястреба. Он закинул одну его ногу к себе на плечо, вбиваясь в него практически на максимум. А Кейго лежит на кровати, стонет, пытаясь что-то сказать. Он держится одной рукой за одеяло, а другой надрачивает себе. Но Таками резко останавливается, беря Даби за руку, на что тот реагирует: резко останавливается. – Что такое? Больно? – Ястреб обожал такого Даби. Он выглядел грубо, но при этом всегда переживал за него. Когда он задерживается на задании, или заболевает, или просто плохо спит. Это не важно. - Просто хочу сказать, что в субботу ты встретишься с мамой, – только договорив, он оказывается перевернутым на живот, и в него начинают вбиваться с новой силой, а Кейго остается только кричать из-за переизбытка ощущений. Слишком приятно. - Блять, Птичка! Я же просил тебя! – сквозь толчки говорит Даби. Но в душе, вернее, в ее остатках, после стольких травм и потрясений, не прекращающихся с самого детства, рад. Рад, что, несмотря на его просьбу, Таками сделал это. - Я.. Ааах… Я хотел поздра… Мнх.. вить с днем нх.. рождения, – пытался ответить Кейго на неозвученные вопросы, выходило плохо. - Тише ты, – толчок. – Потом скажешь. Наслаждайся, – и Ястреб наслаждался всем, что давал ему Даби. Ему было все равно на то, кем был его парень, скольких людей он убил. Ястреб разочаровался в героях, разочаровался в себе, но не смог разочароваться в злодеях. Они верны своим принципам, они знают об этом мире правду, которую не говорят героям. А еще он не мог разочароваться в Даби. И в том, что тот ему отдавал. *** Утро субботы было для Даби самым волнительным за все последние годы. Он пытался сделать что-нибудь с лицом, с руками, парень даже не курил, чтобы от него пахло не так противно. Зашедший с утра, Курогири даже не узнал его. Он наблюдал за парнем, пока Ястреб пытался найти в архиве на компьютере нужные данные. - Что это с ним? – все-таки не удержавшись, спросил Курогири. - Ничего особенного, – Ястреб лучезарно улыбнулся, - Просто через час он встретится с мамой. А так все как обычно. - А, ясно, – протянул Курогири. – Ты, главное, замажь засосы, чтоб не испугать ее, – усмехнулся мужчина. - В смысле? – взглянул на него Кейго. – На, смотри. - В прямом. Мы долго привыкали к твоей пожеванной шее, – Курогири переключил все свое внимание на ноутбук, перерисовывая план какой-то базы в отдаленном уголке Японии. Да уж, в этот раз задание не из легких. На другом конце комнаты около побитого зеркала стоял Даби. В толстовке. Даби в чем-то кроме своей обычной одежды – редкость. Даби, пытающийся улыбнуться – еще большая редкость. А все это вместе – как Курогири, так и Таками видят впервые. Но им это нравится. Но, если мужчина промолчит, сделает себе пометку в голове, то Ястреб может подойти, обнять сзади, и поймать напряженное дыхание. - Ты прекрасно выглядишь, – все, что может сказать Ястреб, прежде чем Даби повернется к нему, обнимет и тихо, чтобы до чутких ушей Курогири не дошло, прошепчет: «Спасибо, за такую возможность» Уже через тридцать минут они будут стоять и ждать Шото. Стоять, теребя что-нибудь в руках. И каждый будет думать о своем. Но только в одном они будут схожи: «Хоть бы не пришел кто-то лишний» - Шото, вход вообще-то там! – слышится мужской голос, и Даби вздрагивает, по его губам можно прочитать тихое: «Нацуо». Из-за поворота выходит Шото, а рядом с ним девушка и парень, старше Шото, но младше Даби. Парень быстро пробегается глазами по Ястребу и Даби, стоящим около него. – А вы тут что забыли?! Особенно ты! – он собирается налететь на Даби, но его останавливают Шото и Ястреб. Фуюми, видимо это она, как понял Ястреб, стояла, ошарашенно смотря на Даби. - Привет, семейка, – тихо говорит Даби. – Я - Тойя. Ваш потерянный братик, – он поднимает голову, смотрит на Фуюми, а та, видимо узнав его, бросается на шею парню, обнимает, начиная плакать. - Фуюми! Отойди от него! - кричит Нацуо. Он не поверил. – Как ты можешь ему верить! Он же злодей! – Но тут он замечает, что его держит только один человек - Ястреб, Шото тоже обнимает парня напротив. – Это действительно ты, Тойя? – дрожащим голосом спрашивает Нацуо, и, получив в ответ кивок, подходит, обнимая его. А Кейго стоит, наслаждаясь этой картиной. Все-таки он смог сделать день Даби чуточку лучше. - Ты пойдешь к маме? – спрашивает Фуюми, и только в этот момент до Таками доходит, что он не договаривался с Шото о встрече с кем-то, кроме мамы. Он сам решил это сделать. Он действительно поверил ему. Надо бы спросить об этом его. - А можно? – неуверенно спрашивает Тойя. - Я тебе что обещал? – не удержавшись, спрашивает Кейго. Вот что за ребенок? – Ты встретишься с мамой. И точка. - Пойдем, – говорит Шото, отходя от брата и начиная идти в сторону переулка. Так они доходят до палаты Рей Тодороки. Первыми пускают Ястреба и Шото. Женщина встает, кланяясь герою, а Шото начинает разговор. - Мам, помнишь Тойю? – женщина кивает. – Он пришел, – в палату входят все остальные, в их числе Даби. Глаза Рей оживают, она раскрывает руки для объятий, и Даби медленно подходит к ней, не решаясь обнять, но женщина сама встает, подходит ближе, обнимая парня. Это лучший праздник на его день рождения. *** Лига еще никогда не встречала таких соперников среди злодеев, это сильно бесило Шигараки, а еще бесило, что они помешали планам Томуры. Напасть без предупреждения сторонников - верх отстоя. Но еще хуже, когда двое из твоих подчиненных начинают защищать врага. Основного. Героя. - Даби! Какого хуя ты творишь! – кричит Шигараки, видя, что Даби понесся на кого-то из «вторых» злодеев, того, что прижал Шото Тодороки коленом к земле, а еще туда же метнулся Ястреб. Чертова семейка! Но ни Даби, ни Ястреб не слышали его возмущенных криков. Сейчас важнее защитить Шото. В какой момент они начали за него беспокоится – непонятно. Но именно это нужно было для их спокойствия. И в тот момент, когда злодей, прижимающий Шото к земле, начал активировать причуду, Даби подлетел, ударил его в челюсть так, что тот отлетел, и подхватил Тодороки. У него повреждены ноги. «Сука» - прошипел Даби, подхватывая брата, придерживая одной рукой, а с помощью другой полетел в сторону своей квартиры. Как подстраховка за ним полетел Ястреб. До квартиры они долетели за считанные минуты. Ранения Шото - куда важнее чего-либо. - Успокойся, – непонятно кого из них троих пытался угомонить Ястреб. То ли Даби, от его вечно спокойного лица не осталось ничего, то ли Шото, тихо стонущего от боли, то ли самого себя. - Надо к Фуюми… Она сегодня дома, – привлек внимание Шото. - Вы там же живете? – спросил дрожащим голосом Даби. Шото лишь кивнул, на большее у него не хватило сил. И они снова полетели. Благо, бедный район располагался недалеко от богатого. Это всегда удивляло Ястреба, но сейчас это сыграло огромную пользу. И Фуюми правда была дома. - Фуюми! – крикнул Кейго, стуча в дверь. Девушка достаточно быстро открыла им, узнав голос, и, заметив Шото на руках у Даби, пропустила в гостиную, собираясь обрабатывать его раны. Эта ночь будет бессонной. Час. Два. И все это время Даби сидел около дивана, на котором лежал Шото, в то время как Кейго и Фуюми стояли на кухне. - Что он любит из еды? – спросила девушка. - У нас редко выпадают совместные вечера, но, насколько я знаю, ему нравится соба. Холодная, – отвечает Таками. Он все время наблюдает за парнем. Он глаз не спустил с лица Шото. Ни разу. И это сильно напрягало. - Хах, это у нас семейное, – попыталась снизить напряжение девушка, но, заметив, что у нее не получилось, начала задавать интересующие её вопросы. – Что в нем такого привлекательного, что ты его выбрал, Таками-сан? - Не знаю… - честно ответил Кейго. – Наверное, то, что это он. То, что он был самым тихим, мало мне доверял, а сейчас доверяет беспрекословно. Это действительно… Договорить ему не дал звук открывающейся двери. У него и у Фуюми сердце ушло в пятки. Они забыли, что Тодороки-старший вернется домой после той работенки, которую им подкинула Лига. Ястреб поспешил в гостиную, войдя в комнату, он застал Старателя, испепеляюще смотрящего на Даби, гладящего по волосам Шото. - Что ты делаешь в моем доме, около моего сына, ублюдок!? – крикнул герой. И только тогда Даби обратил на него внимание. - Бать, иди нахуй, а? – устало вздохнул парень. – Сейчас не до тебя. - Бать!? - Отец, это - Тойя, – начала Фуюми. – Это - твой старший сын. - Чего? – все так же кричал Старатель, от чего Шото начал просыпаться. Он все это время был в отключке. - Тодороки-семпай, не кричите так. Вы разбудите Шото, – напомнил о своем присутствии Ястреб. - А ты тут что делаешь!? - Ну, чисто технически, я теперь тоже Ваш родственник… - Как это!? - Ну, я – пара вашего сына. Всю оставшуюся ночь Фуюми и Кейго рассказывали о Даби, о их жизни, о том, что случилось с Шото. Оказывается, единственные, кто заметил пропажу парня - Мидория и Бакуго. Но времени поднять тревогу у них не было. Они заметили Ястреба, летевшего за Злодеем, так что не переживали. Но самым удивительным был разговор Даби с Энджи. Перекинулись парой фраз, а потом Энджи буквально убил всех своим вопросом: - Почему ты стал таким? - Чего блять?! - Воскликнул Даби. – Ты буквально превратил мое детство в ад, растил в ненависти к Всемогущему, к героям в принципе. Так что скажи спасибо, что я тебя не убил, ублюдок. И ушел к Шото. *** Следующие месяцы проходили очень странно и тяжело. Ястреб ушел из героев, Даби из злодеев, что повергло каждое сообщество в шок. Что делать, Даби было непонятно. У него нет образования, нет ничего за плечами, кроме убийств. Вот тут и пригодился Старатель. Он устроил своего сына к себе в агенство, за счет чего уровень преступлений снизился. У них был козырь. Ну, а Ястреб пошел в актеры. С его телом, внешностью и улыбкой – это лучшее, что можно было предпринять.