Удел малышки

Несмотря на насыщенный день, Эмили не чувствовала накатывающего сна. Она продолжала ворочаться в кровати, слыша ежесекундное тиканье будильника Иви. Девушка никак не могла найти себе положения: то ей было слишком жарко, хотя форточка была открыта, то поза была слишком неудобной, хотя Эмили всегда спала на правом боку. Она не понимала, что за возбуждённость, от которой не получалось уснуть. И всё же принцесса не отчаивалась, решив прокрутить весь день в голове. Может, вместо триста двадцать второго барашка, которых она представляла, уснуть помогут воспоминания. Например, воспоминания самого лучшего утра её жизни. Или самого интересного урока, как бы Эмили ни ругала себя за эту мысль. Или же недолгой тренировки, после которой она почувствовала себя заново родившимся человеком. Эмили вдруг осознала, что каждый из этих моментов, наполнивших её день, напрямую связан с одним единственным мужчиной. Теперь, вспомнив о нём, принцесса думала, как у него дела, что он сейчас делает, о чём думает и что представляет. Понравился ли ему сегодняшний день? На все эти вопросы непреодолимо хотелось знать ответы. Наверное, именно поэтому, Эмили надевает тапочки с кроличьими ушками, тихо закрывает за собой дверь и также тихо крадётся. Казалось, что дорогу до учительского крыла Эмили знала наизусть, несмотря на нулевую заинтересованность к школе и всей её локации. Также она прекрасно знала, что четвёртая дверь слева – именно та дверь, которая ей нужна. Мысленно Эмили уже оказалась там, постучала, дождалась, пока ей откроют, а потом кинулась в объятия любимого мужчины. Но в действительности… В действительности она врезается в неизвестного человека и чуть не сбивает его с ног. И, честно, лучше бы это была Фарагонда. — Мисс Эмили, — писклявый голос Гризельды разрезал воздух по всему коридору. — Что вы тут делаете в такой поздний час? — Мне не спалось, — она ничуть не соврала. — И я решила прогуляться. Что, это тоже запрещено? — Конечно! — прошипела женщина. — Ночью, когда был отбой. Конечно, это запрещено. Поэтому возвращайтесь к себе. — Я прогуляюсь ещё немного и вернусь, не переживайте. — Я не шутки с вами шучу, мисс, — она поправила треугольные очки. — Я зайду к вам через полчаса и проверю. Не дай бог вы не будете в кровати. Эмили скривила лицо, стараясь показать хотя бы приблизительную пародию костлявой женщины. Та, в свою очередь, скрылась за поворотом в сторону столовой, непонятно зачем посреди ночи. И только убедившись, что стук каблуков больше не слышен, принцесса продолжила свой путь. Она дошла до заветной двери и постучалась. Всё было, как и в её представлениях. Видимо, она слишком хорошо узнала Валтора. В мыслях он тоже был в синих пижамных штанах, такого же цвета хлопковой футболке и с книгой в руках. Его лицо выражало то же удивление, что и в ту ночь, когда Эмили заявилась практически нагая. Только если тогда он думал, впустить девушку или нет, то сейчас обеспокоено оглядел её и сразу пропустил внутрь. — С тобой всё в порядке? — Не спалось, — девушка пожала плечами, беря из его рук книгу. Ей были невероятно приятны его переживания, но она всё-таки скрыла улыбку, прочла скучное название и отбросила её в сторону. — Не спалось? — переспросил маг. — Дай угадаю, — Эмили сильно нахмурилась, выпрямилась и изменила голос: — Эмили, ты с ума сошла? — Не смешно. — Брось, Валтор, — принцесса вздохнула, вмиг оказавшись совсем рядом. Она обняла мага за шею и прошептала прямо в губы: — Я соскучилась. Валтор больше не мог сопротивляться. Он закинул руку на девичью талию и притянул к себе. Второй рукой зафиксировал подбородок и коснулся её губ. Таких долго манящих, мягких и только его. — Но у нас всего полчаса, — Эмили вздохнула. — Я попалась Гриезльде. — Эми… — Спокойно! — девушка шутливо погладила мага по плечам, чтобы тот успокоился. — Я сказала, что мне просто не спится. — Эмили! Ты попалась Гризельде и всё равно пришла ко мне? — ему оставалось только возвести руки к небесам. — А вдруг она за тобой следила? — Не следила. — Дождалась, пока шаги стихнут? — мужчина хмыкнул. — Она завуч в школе для фей, Эмили. Она знает достаточно заклинаний, чтобы подловить непослушных учениц. — Она бы уже давно ворвалась сюда, если бы следила, — Эмили раздражённо расправила плечи. — Не хочешь, не надо. Я пошла к себе. Эмили рассчитывала на то, что её перехватят у самой двери. И не ошиблась. Её развернули в воздухе и прижали к деревянной поверхности. Губы соединились в страстном поцелуе, руки обвили шеи друг друга, не желая потерять ни единой секунды желанного прикосновения. Сквозь поцелуй они выплёскивали пережитые сейчас эмоции, в какой-то степени радуясь, что всё сложилось именно так. Не встреть Эмили Гризельду… Хотя нет. Поцелуй бы в любом случае вышел страстным. И он явно переходил во что-то большее. Эмили чувствовала скользящий по всему телу жар, тонула в нежных и, одновременно с этим, дерзких прикосновениях. Ощущала его превосходство в росте и силе, поэтому едва не застонала от этого вида в зеркале, когда на минуту приоткрыла глаза. Она видела широкую спину своего мужчины, видела крепкие руки и огромные ладони, которые сжимались на её талии. И видела себя: такую маленькую, худую, практически незаметную рядом с ним. Эмили не любила ощущать себя маленькой, причём не только в плане габаритов. Она вообще не любила чувствовать превосходство над собой, будь то в физическом, эмоциональном или моральном плане. Но сейчас… Сейчас ей нравилось быть малюткой, которая всегда будет за спиной этого сильного мужчины. Малютка начала себя вести очень по-взрослому. Она так пылко отвечала на поцелуй, что отметала все факты о её неопытности. Хотя маг не то что не сомневался, он был в этом уверен. Эмили, как бы сильно та ни скрывалась за своими фикциями безразличия, на самом деле была очень чувствительной и ранимой. Так же, помимо этого, девушка была живой. Порой у Валтора проскальзывали мысли, что его жизнь похожа на череду каких-то размеренных событий. Их мог разбавить лишь какой-нибудь живчик, фурия с рыжими волосами, эта огненная, неугомонная, безрассудная, безбашенная девчонка. — Если ты скажешь, что нам нужно остановиться, — произнесла Эмили, когда Валтор прервал поцелуй. — Я тебя убью. — Была бы ты такой шустрой на уроках, — Валтор прислонился лбом к лбу принцессы, сгорая от её учащённого дыхания. — Серьёзно, я хочу продолжения, — голубые глаза превратились в чёрные омуты. Валтор увидел, насколько Эмили была чувствительной, раз такие примитивные касания смогли её возбудить. — Или ты не хочешь? — Безумно хочу, — Валтор едва не выл, как мальчишка. Он зарылся носом ей в шею, заполняя лёгкие сладким ароматом его девочки. — Невыносимо. — Так в чём проблема? — она отодвинула от себя мага, чтобы посмотреть ему в глаза. В них, кстати, тоже было видно, насколько слова мужчина правдивы. — Ты же догадываешься, за какой ответ я тебя убью? Валтор усмехнулся. Эмили снова его удивила, хотя стоило запомнить: от неё мало, что скроешь. Она буквально видит всё по его глазам, читает мысли. И сейчас начинает медленно закипать, потому что знает, какая фраза крутится на его языке. Что она ребёнок. Что относится ко всему слишком легкомысленно. Что не нужно спешить. А то, что она смотрит так вожделенно, так по-взрослому. Что отвечает на поцелуй, словно дикая кошка. Что показывает похоть, возбуждённость, не скрывает желания притянуть его к себе и плюхнуться в кровать. Разве это всё похоже на поведение ребёнка? — Я хочу этого. Осознанно, Валтор. Его авантюрная полуулыбка сначала оставила её недоуменной. Она не думала, что уговорить Валтора удастся так быстро, поэтому очень сомневалась, что сейчас они думали об одном и том же. Однако его тихий шёпот и искорки огня в глазах выбили все её мысли. — Я позабочусь о твоём удовольствии немного другим способом. — Я не голодная, — ответом ей был тихий смешок, после которого Валтор взял её за руку и повёл в сторону спальни. Он сел на кровать первым, немного удивив девушку. Только когда Валтор расположился полусидя, прислонившись спиной к изголовью, только тогда он потянул принцессу на себя. Эмили пришлось расположиться точно также, только с удовольствием прислониться не на изголовье, а на его грудь. Девушка положила свою руку поверх его, которая сразу оказалась на изящной талии. Валтор обнял её одной рукой, целуя впадинку за ушком. — Что ты задумал? — Тебе понравится. Маг слегка отстранился, чтобы соскользнуть рукой под тонкую ткань той самой пижамы, в которой принцесса заявилась на его первый урок. Тогда его не посещали мысли, что когда-нибудь ему захочется так нестерпимо её снять. Тогда он не думал, какое роскошное тело за ней скрывается. Тогда он и мечтать не мог, что эта мелкая, по-доброму гнусная девчонка займёт пустующее место в полках его жизни. И займёт там лидирующую позицию. Под ладонью он ощутил тёплую кожу, которая постепенно покрывалась мурашками и становилась уже не такой гладкой. Валтор отвлекал поцелуями в шею, но не обращать внимания на руку под своей пижамой, которая пересчитывала позвонки, было невозможно. — Что ты… — Эмили ощутила поцелуй в щёку, когда повернула голову. Вопрос был исчерпан. Одной рукой он щёлкнул застёжкой лифчика, второй пробирался к желанному телу спереди. Едва касался подушечками пальцев плоского живота, опускался то вниз, то вверх, вызывая нетерпеливые дёрганья и тихие вздохи с губ девушки. Плавно проводя по её животу, Валтор поднялся к груди, отодвинув чашечку лифа. Он покрутил меж пальцев затвердевшую горошину, вызывая у Эмили первый стон. Эти интимные игры вперемешку с россыпью поцелуев в шею сводили с ума. Но ещё больше это сводило с ума Валтора, ведь он знал: ещё никто прежде не касался Эмили вот так. Никто не трогал её, не целовал. Она была шедевром кондитеров мирового уровня, но самое главное, что и бисквит, и крем, и вишенка сверху достанутся только ему. — Валтор, — Эмили откинулась на спину мужчины, прикрывая глаза. Она вытянула шею, расширяя зону для невероятно приятных поцелуев. Приятная игра с сосками закончилась, вызвав у принцессы разочарованный вздох. Но от следующего действия мужчины она едва не задохнулась. Горячая ладонь оказалась под тканью её трусиков, сначала лишь поглаживая гладкий лобок. Постепенно Валтор спускался ниже, наконец дойдя то нервной точки. Коснувшись её средним пальцем, он услышал полувсхлип-полустон и прижал принцессу обратно к себе, стоило той выгнуться в спине. Валтор получал не меньшее удовольствие, несмотря на то, что в постели предпочитал совсем другое. Но Эмили хотелось ублажать, делать невыносимо приятно, чтобы слышать её тихие стоны и видеть, как сильно она сжимает простынь. Ощущать это невесомое тельце, пахнущее чем-то сладким. Быть причиной такого её состояния. Это стоило любых его противоречий. Это стоило всего. И пусть в паху было ужасно некомфортно. Пусть ему хотелось заменить пальцы кое-чем другим, Валтору сейчас было достаточно именно этого. Если Эмили так хорошо, если она так сильно тает в его руках, он готов потерпеть. Ведь, в принципе, он этого и хочет в своём разумном состоянии. Не в возбуждённом. Эмили впервые испугалась быть услышанной, потому что круговые движение в нежной плоти всё больше набирали темп. Она зажмурилась, стараясь подавить стоны полного наслаждения, но Валтор будто назло касался ещё чувственнее. — Не сдерживайся, — он поцеловал принцессу в плечико. — Нас не услышат. Эмили совсем незаметно вздрогнула, когда ощущения обострились до пика. От переизбытка эмоций она вцепилась в руку мужчины, которая всё ещё находилась в интимном месте. Эта картина вызвала невидимую дрожь по всему телу, испарину на лбу и жар внутри каждой клеточки. Этот вид был… восхитительным. Как и чувства Валтора. Как и сама Эмили. Стоило магу поправить нижнее бельё, застегнуть лифчик и опустить задравшуюся пижаму, Эмили чуть развернулась в его руках. Она зарылась лицом в шею, целуя сильно пульсирующую жилку, и обняла его за талию. — Это было прекрасно. Спасибо. — Спасибо мне за такое ещё не говорили, — грудь мужчины начала трястись от тихого смеха. Эмили непроизвольно улыбнулась в ответ. Валтор почувствовал этот жест, поэтому тоже улыбнулся. Его улыбка потонула в поцелуе в висок. — Не хочу даже знать, с кем ты проделывал подобное. — Подобное ни с кем. — Как это? — Эмили подняла вопросительный взгляд. — Ты ещё маленькая, чтобы знать подробности, — Валтор посмотрел на часы, игнорируя недовольную мину принцессы. — И тебе пора возвращаться, к сожалению. — Совсем недавно ты сам меня выгонял, а теперь не хочешь, чтобы я уходила. — Просто я не думал, что объятия будут такой приятной вещью.