Утро

«Когда-нибудь я умру от твоей красоты» думает Минки, смотря на мерно сопящего парня на своей кровати, закутанного в голубое покрывало со светлыми облачками. На белой подушке растрепались розовые пряди, напоминая приторно сладкую вату, такую сладкую, что зубы сводит от первого укуса. Юнхо спокойно спит, они вчера сильно засиделись за играми и Чон просто отключился, сдвинуть его было бы тем ещё преступлением и Минки просто уснул рядом. Ещё немного понаблюдав за подрагивающими ресницами и причмокивающими губами, Сон опустился на пол, напротив окна, закидывая голову на кровать. Утро, раннее утро, середина апреля, солнце взошло уже давно и пускало свои лучи сквозь полупрозрачные занавески прямо на слегка покрасневшие щеки Минки. Тепло, очень, и тихо, только дыхание, его и Юнхо, такое легкое, такое свободное. Сейчас самое время, время немного отпустить себя, прикрыть глаза, ощущая пальцы в своих волосах, запутавшиеся пальцы, не специально, совсем случайно, Юнхо ещё спит, без вариантов. Минки не волнуется, у них завелось в привычку много касаться друг друга: объятия, пожатие рук, переплетенные пальцы, пальцы в волосах, пальцы на бёдрах, пальцы, пальцы, пальцы. У Юнхо красивые пальцы, длинные, податливые, но цепкие, если схватит за руку, то не отцепится и потянет в поисках приключений на пятую точку, уж очень он это любит. Минки тоже это любит, но, наверное, никогда не скажет, любит повредничать, всё-таки Юнхо его хён, пусть терпит. Терпит капризы Минки, любовь Минки, хоть и скрытую от чоновых глаз. Или не скрытую, хён ведёт себя в последнее время слишком подозрительно, но Минки не волнуется, вот вообще никак. Вместо волнений он лучше подумает о Юнхо, например, о его ладонях. Они большие, не больше чем у Сона, конечно, пара миллиметров, да, но все равно большие, мозолистые, красивые. В Юнхо все красиво, и острые коленки, и слегка отросшие темные корни, и широкие плечи, и щеки... Боже! Эти щеки! Минки улыбается, вспоминая мягкость кожи под своими пальцами, её бархатистость. Да, Минки попал, уже давно, утонул, безвозвратно, в мягкости щёк, теплоте глаз и пальцах... Все же у Юнхо красивые пальцы, и нежные, Минки чувствует, прямо сейчас, Чон во сне перебирает темно русые локоны, так хорошо... Минки опять готов уснуть, но не хочет упускать момент, не хочет забыться в сновидениях и забыть про руку Юнхо на его голове. Юнхо... Юнхо, Юнхо, Юнхо, он так любит его имя, его голос, его заспанные глаза, смех от глупой шутки, покрасневший от холода нос, его рост, его всё... Он так его любит, прямо сейчас треснет, а из живота полетят бабочки, они так давно там, очень давно, что больно иногда, ножом по сердцу, легким, печени, по всему, но рядом с Чоном легче, всегда легче. Он уже под кожу въелся, но не токсичным, не колючим, а каким-то до пряности родным, любимым... Самым любимым. Минки закрывает глаза, вытягивает свои бесконечные ноги, устраивая одну руку на приятной ткани домашних шорт, а второй зарываясь в высокий ворс ковра. Он молочный, ковёр в смысле, и мягкий, Минки с сестрой выбирал, так чтобы сидеть можно было на полу, долго, не отрываясь от домашки, только для этого. Ковёр для домашки, Юнхо долго смеялся, пока сам не понял, так уютнее, так удобнее, так ближе и спокойнее. Он больше не смеётся над ковром, только над пятном у стены, Чон уронил туда желейного мишку, тот растаял под батареей и отлипать от ворсинок не собирался, как бы сильно они вдвоём не старались его убрать. Минки чуть поворачивает голову, всё-таки хорошо, что они съехались, хорошо... -Что хорошо? - слишком хриплый ото сна голос старшего резко ворвался в мысли Минки, сердце забилось чаще, но рука все ещё была в волосах, - ты чего не спишь вообще? Время семь, ворона... -Жаворонок, - усмехнулся Сон, чувствуя холод от убранной руки, грустно, - просто проснулся, жарко стало, спи. -Открой окно и иди сюда, - капризный тон, ох, и кто же из них хён спрашивается. -Одиноко? -Да. -Какой ты честный, Ю-ю, - умилился Минки, пока вставал. Он подошёл к окну и открыл створки. Сразу чувствуется, весна уже в самом разгаре, такой тёплый ветер, так хорошо... -Опять... Сон Минки, объясни, что хорошо то? Минки возвращается к кровати, перелезая через Юнхо к стенке, там его место, официально, и под покрывалом тоже его место, только уже негласно, только для него. Чон переворачивается на спину, устраивая чужие конечности на себе, они всегда так лежали. Странно? Нет, скажет Юнхо. Нет, поддержит Минки. -Ну? -На улице хорошо, люблю весну, - начинает Минки. Начинает, потому что Чон знает, у него в голове много мыслей, Минки любит думать, и учиться, но больше думать, о чём-то своём, об искусстве там, море, космосе, о вечном. Его всегда приятно слушать, его хочется слушать, запоминать каждое слово, интонацию и любовь в голосе. Да, Юнхо знает, он тоже... ну... да, он тоже, - хорошо, что мы съехались, и пятно на ковре хорошее, хоть и бесит иногда. -Да, ты тоже хороший, - Юнхо чувственно обнимет, прижимаясь щекой к мягким волосам, такого давно не было, в последний раз года три назад, когда Сон уезжал на каникулы в Америку, на пару месяцев, они скучали, да, но сейчас? -Что такое Ю-ю? - не слишком ли нежно? Уже не важно, - ты такой странный в последнии дни, хён. -Да, влюблённые же так себя ведут, - не слишком ли самоуверенно? Ух, скорее отчаянно. -Хён, ты влюбился? - голос дрожит? Только если чуть-чуть, но он тут бессилен. Больно? Да. -Да, - вдыхает глубоко, - да, его зовут Сон Минки и он мой лучший друг. -Ох... -Ох. Нежно? Очень, глаза в глаза, улыбка к улыбке, искры между ними, тёплые вздохи облегчения, слова любви, быстрые поцелуи, переплетенные ноги, пальцы в волосах, пальцы на лопатках, пальцы на пояснице, пальцы, пальцы, пальцы... И все же у Юнхо красивые пальцы. -Я люблю тебя. -Я люблю тебя.