Океан

Прошёл ровно месяц с того дня, как Тэхён переночевал у Чонгука. За этот месяц всё будто превратилось в рутину, они всё так же общались, виделись очень редко из-за работы. Точнее, так себя успокаивал Тэхён. Он мог найти время в любое время суток для встречи с Чонгуком, он мог бы сделать всё ради того, чтобы хоть минуту побыть с ним. Вопрос в том, хочет ли того Чонгук. У Чонгука новая девушка, с которой они встречаются чуть больше месяца. Тэхён не не видел, может быть оно и к лучшему. Он уверен, что она красивая, как всегда ухоженная, стройная, всё, как любит старший, будто с обложки журнала. Надолго ли она? Нечасто у Чонгука отношения продолжаются дольше двух недель. У Тэхёна на работе сегодня почти нет клиентов, разве что парочка парней и мужчин заходили за букетами. За час до закрытия зашла довольно симпатичная девушка, явно кореянка. В Рио их не так уж и много, но они всё же есть. От неё очень вкусно пахло, да и сама она довольно приветливая, громко поздоровалась и улыбнулась сразу, как только вошла. Попросила упаковать ей всего одну красную розу, объяснив тем, что парень позвал на праздник вместе с ним, Тэхён половину прослушал, понял лишь то, что у кого-то день рождения. Не медлив, он спокойно упаковал розу и протянул девушке, та рассчиталась и всё так же вежливо и с улыбкой попрощалась с ним. А буквально через час после того, как Тэхён пришел домой, ему на телефон пришло сообщение. От Чонгука. Тэхёна сначала бросило в жар, затем в холод, а после и вовсе передёрнуло, он почувствовал табун мурашек по спине, боясь открывать смс. 19:24 Чонгук, «Хэй, Лисёнок. Сегодня день рождения моей девушки, она очень хочет с тобой познакомиться, пригоняй к восьми, сейчас скину адрес.» Вот так просто. Взял и пригласил. А Тэхёна уже тошнит от самого себя, от своих чувств и от того, что он каждый раз терпит каждую новую пассию, проглатывая этот ком, чуть ли не разрывая своё горло, засовывая свою ревность куда подальше и натягивая фальшивую улыбку на себя, чтобы только любимому Чону было комфортно. Кто же подумает о нём? И Ким начинает собираться, совсем немного подкрашивая глаза, чтобы придать им более глубокий взгляд. Подумав о том, что это всё же день рождения, он решает надеть до невозможности узкие джинсы черного цвета, а поверх блузку цвета синей стали. Нацепил длинную серёжку на одно ухо и уложил пшеничные волосы, придавая им объём. Ну точно мечта педофила. Без пяти минут восемь, Тэхён как раз едет в лифте на нужный этаж, где его уже встречает Чонгук. Чонгук в чёрной рубашке, заправленной в черные брюки, с чёрным ремнём. Ким буквально застыл. Видел бы он такого Чона раньше, вряд ли бы был жив сейчас. Хотя, кто знает, судя по самому Тэхёну, частичка от него уже отмерла. Чонгуку до смерти идут костюмы. Его телосложение просто позволяет выглядеть костюмам на нём очень привлекательно. Они обнимаются и обмениваются простым «привет». Ким на большее и не рассчитывал. Разувшись и пройдя дальше по коридору, он столкнулся с той самой девушкой, которая пару часов назад покупала у него в магазине розу. Он поздоровался, на что та улыбнулась и сказала, что помнит его. Тэхён чуть было не подумал, что это и есть девушка Чонгука, пока сам старший не сказал ему, мол пойдём познакомлю. В соседней комнате возле зеркала стояла высокая и стройная девушка с длинными каштановыми волосами и сучьим выражением лица. — Ты тот самый Тэхён? Я думала ты по-другому выглядишь, — издаёт смешок темноволосая и поворачивается к парням, наконец отлипнув от своего отражения. — А как я по-твоему должен был выглядеть? — Тэхёну её тон явно не понравился, но разжигать конфликт он в данный момент не намерен. — Как мужик. Ну, ты такой прям.. смазливенький что ли. Не обижайся, просто не в моём вкусе. «Не в твоём вкусе. Будто тебя спрашивали, в твоём вкусе я или нет» пролетает в голове у Тэхёна, и он охлаждает свой взгляд. — Честно, мне плевать, — Тэхёну, откровенно говоря, действительно, без разницы, что о нём думает очередная подстилка Чонгука. Он не всегда пилит правду людям в глаза, как, к примеру, сам Чон, но иногда это стоит сделать. Пол вечера Тэхён сидел в углу. Нет, он не строил из себя зожника, просто не видел смысла лезть в чужую тусовку незнакомых ему людей. Ему было прекрасно и вдалеке от всех наблюдать за плавно двигающимся под музыку Чонгуком, который так сексуально танцевал. Идиллии мешала только его девушка, которая вплотную прижалась к его груди спиной, не отпуская руку старшего на своей талии. Зрелище не для слабонервных. Из слабонервных, как оказалось, тут только Тэхён. Плюс к этому всему, он очень и очень много выпил. У него перед глазами всё плывёт, но фокус на Чонгука он всё ещё держит. Сам Чонгук тоже уже давным давно не трезвый. Его унесло ещё раньше, чем Тэхёна, с тех пор он просто подливает им обоим в промежутках между песнями. Внезапно заиграл их любимый трэк, а все гости по разным причинам ушли на балкон. Кто курить, кто поговорить, кто проветриться. Чонгук аккуратно взял Тэхёна за руку и вытянул с дивана, прижав к себе спиной точно так же, как пару минут назад стояла Минджи. Младший от помутнения рассудка ничего не понимает. Он чувствует себя слабым в руках черноволосого, он чувствует прилив адреналина в перемешку с возбуждением, он чувствует наслаждение, удовольствие и удовлетворение от того, что получил то, чего желал весь вечер, весь этот грёбаный день рождения. Чонгук совсем слетел с катушек, наклонившись к изящной шее, аккуратно, тягучими движениями принялся целовать её и кусать, а Тэхён просто размяк, словно сахарная вата во рту. Он уже не держится на ногах, его держит сам Чонгук, который даже вне зависимости от количества алкоголя в организме всё равно уверенно стоит на ногах, будто вовсе не пил. У Чонгука окончательно сносит крышу, он тяжело дышит и тянется к пуговице на джинсах у Тэхёна, но парень как ошпаренный дёргается и быстрыми шагами напрявляется в соседнюю комнату, шатаясь. Падает на кровать, ловя дикие вертолёты от опьянения и закусывает губу от происходящего и от возбуждения, которое не прошло ни на секунду, лишь усилилось. Через пару минут медленными шагами в комнату заходит и Чонгук, падает рядом на кровать. Тэхён и не замечает сначала, что у того в руке бутылка чего-то крепкого. Он вообще уже ничего не замечает, у него перед глазами пелена, а в голове только два слова «пиздец» и «Чонгук». Они молча смотрят в полоток, затем за дверью раздаётся писклявый голос Минджи. Тэхён на мгновение подумал, что способен на убийство человека. Он в данный момент никак не хотел прекращать то, что происходит в данный момент, он хотел лежать так всю жизнь, вдыхать приятный одиколон Чонгука, слушать его спокойное дыхание и просто чувствовать, что он рядом, настолько рядом, что пальцы их рук едва касаются друг друга. — Зая, мы поехали отвозить всех по домам, я останусь у Софии. Пожалуйста, уберитесь здесь, я не люблю мусор, ты же знаешь. И хохот гостей. А они оба всё так же испепеляют потолок, будто там в разы интереснее. Через пару минут в квартире наступает тишина. Обстановка становится ещё более странной из-за молчания, Чонгук шмыгает носом, чтобы подать хоть какие-то признаки жизни, тем временем Тэхёну алкоголь ударял в голову всё больше и больше. — Знаешь, хён, — заплетённым языком начал Тэхён и чуть улыбнулся, продолжая рисовать глазами на потолке, — а ты когда-нибудь любил? — Ни разу. — А со своими партнёрами ты почему возишься? — Ким поворачивается к старшему боком, теперь рассматривая красивый профиль, уделяя особое внимание губам, которые пару десятков минут назад расцеловывали шею парня. — Нравятся. К чему вопрос? Тэхёну кажется, что он Чонгука не слышит. Или не слушает. Всё будто через пелену, сразу не доходит. Он громко вдыхает и перекидывает ногу через бёдра старшего, усаживаясь на пах. Возможно, в силу опьянения они оба не удивились, будто это всё происходит далеко не в первый раз. Ким упирается руками в мощную грудь темноволосого, а сам Чон кладёт свои ладони на талию, поглаживая, как впервые. Хотя почему как. Ким чуть склоняется, опуская руки на кровать, всё так же упираясь, устремляет затуманенный взгляд в иссиня-чёрные глаза напротив, которые отблёскивали из-за приглушённого света, исследует лицо Чонгука, так внимательно, будто видит его впервые. На самом деле он уже насмотрелся, пока тот спал, пока не смотрел на самого Тэхёна, пока ел, пил, да он в любой ситуации рассматривает его лицо, в надежде найти какие-то новые детали. Если Тэхёну закрыть глаза, он сможет точно передать лицо Чона на бумаге. Пока младший разглядывал брюнета, сам Чонгук уже успел расправить рубашку Кима и залезть под неё руками, блуждая по голому телу. Светловолосый улыбается и склоняется ещё больше к любимому лицу, едва касается своим носом кончика носа Чона, ловя слышное дыхание старшего. Чонгук кусает нижнюю губу и чувствует возбуждение от того, что младший постоянно ёрзает, хоть и не специально. Тэхён больше терпеть не может, наклоняется и еле касается губ старшего, тут же ловя дрожь по телу и мурашки по спине, которые Чонгук руками чувствует и прямо в губы Киму улыбается. Брюнет тут же углубляет поцелуй, берёт всю инициативу на себя и превращает его в жадный, то ли от несоображающего разума, то ли от обстоятельств. Обсасывает верхнюю губу, спускается к нижней, меняясь местами, тяжело и томно дышит, иногда кусая губы, но тут же зализывая. — Крепкая мужская дружба, да? — улыбается Чонгук, смотря прямо в глаза Тэхёну. Младший окончательно потерял рассудок, он уже ничего не понимает, он не слышит и даже не пытается слушать Чонгука. Просто расстегнув блузку, отбрасывает её на пол и вновь наклоняется, прильнув к губам, берёт в руки лицо старшего и сам целует, настойчиво, но аккуратно. Через минуту переходит к шее, так долго желая её поцеловать, теперь губами оставляет дорожку поцелуев, ликуя внутри себя от полученного удовольствия. Они в спешке раздеваются, в промежутках вновь целуясь, как влюблённые школьники (влюблённые ли), Тэхёну, наконец, предстаёт возможность ещё ближе разглядеть татуировки Чонгука, пока младший сидит на нём верхом : с самого начала плеча у него непонятное изображение девушки с белыми глазами и месяцем на лбу. — Кто это? — Младший тыкает пальцем в татуировку, на что получает смешок со стороны Чонгука. — Жаси. Бразильская богиня луны и ночи. Наверное, ты заметил, что я предпочитаю ночь больше, чем день. Меня привлекает ночное время и всё, что с ним связано. Такой ответ Тэхёна вполне устроил. Чуть ниже богини расположился рисунок, посередине круг, а с двух сторон месяцы, смотрящие в разные стороны. Не стал задавать вопросов, лишь повёл пальцем далее, заметив небольшой глаз, а вокруг трещины. — Глаз Гора. Символизирует воскрешение из мёртвых. После глаза, чуть ниже локтя лилия, Тэхён сразу понял, так как работает с цветами. И значение этого цветка он тоже прекрасно знает. — Быстротечность жизни. Рассматривать рисунки уже наскучило из-за накатывающего возбуждения. Тэхён в силу алкоголя в организме даже не стеснялся своей наготы, хотя Чонгук первый, кто видел его без одежды. Старший полу прикрытыми глазами рассматривал Кима с ног до головы, не понимая, как он с таким телом, что уж не говоря о лице, оставался один. Младший протянул руку к бутылке, подставив горлышко к губам, сделал пару огромных глотков и почувствовал, как жидкость обжигает горло, оттого сморщился, но осмелился на ещё парочку глотков, после поставив бутылку на место. — Я ещё никогда так долго не готовился к тому, чтобы кому-то присунуть, — баритоном проговорил брюнет, глядя на Тэхёна, который уже спустился губами к торсу, из-под прикрытых ресниц. Младший, кажется, готов буквально расцеловать всего Чонгука, чем он и занят, а темноволосый чувствует, как завязывается узел внизу живота, от этого улыбаясь. Тэхён губами доходит до паха и пальцами касается плоти, а после одними лишь губами проводит по всей длине члена и берёт в рот головку, окольцовывая её ртом. Посасывает и наблюдает, как Чонгук напрягается, сводя густые брови к переносице. Ким берёт в рот наполовину, получив в ответ хриплый, но едва различимый стон. Даёт какую-то мотивацию, поэтому младший пускает Чонгука к себе в горло, пытается подавить рвотный рефлекс, но, так как первый раз, пары секунд ему хватает, чтобы подняться обратно к головке. Играется с ней языком, иногда проводит им по всей длине органа, улыбаясь своей открытости, но в то же время даже не понимая, что он творит. Пару минут спустя Тэхён всё же встаёт на коленки и пересаживается обратно на Чонгука, зажимая его член между половинками, принимается скользить по нему, дразня и имитируя толчки. Старший скалится, удивляясь тому, на что способен алкоголь. Кто бы мог подумать, что этот цветочный мальчик на такое способен. Окончательно возбудившись, не в силах больше себя сдерживать, младший самостоятельно насаживается, максимально медленно опускаясь и морщась от боли. Брюнет располагает руки на ягодицах Кима и сжимает, утробно прорычав от удовольствия. Он чуть сгибает ноги в коленях и двигается навстречу, но через пару минут снимает с себя Тэхёна и меняет их местами. Младший сам не понимает, что произошло, как он оказывается на коленях, сам Чонгук встаёт на пол и пристраивается ко входу сзади и давит. У Чонгука на руках вены выпирают, Тэхён каждый раз ловит триггер с этого, ему хочется постоянно их трогать. А сейчас эти руки давят ему на поясницу, заставляя прогнуться. И Тэхён опускается грудь на кровать, сжимая в ладонях чужую простыню. Сладко стонет от каждого толчка, который чувствует неимоверно сильно. Чонгук пока что двигается плавно, иногда круговыми движениями, разрабатывая, дабы не доставить дискомфорта в первый секс Тэхёна. Постепенно переходит на размашистые толчки, входя по самое основание. Старший прогибается чуть назад, прикрывает глаза и откидывает голову, тягуче простанывая от узости внутри парня. Он наклоняется к шее младшего, вплотную прижимаясь к нему, пальцами играет с сосками, а сам в шею целует, прикусывая, от чего ушами ловит ещё один не менее приятный стон, молящий и жалобный. — Хён, быстрее.. — сдавленно проговаривает светловолосый, ерзая грудью по постели от нетерпения. Чонгук ускоряется, набирая максимальный темп. Пошлые шлепки ласкают слух, Тэхён стонет громко и протяжно, не сдерживая себя, давая старшему всего себя сожрать. А брюнет и не отказывается, выбивает из юноши все силы, периодически целует в спину и в шею, за ухом и в плечи, замахивается и шлёпает ладонью, вытягивая несильный крик младшего и довольно улыбаясь. Тэхён кончает первый, в свою руку, которой стимулировал пульсирующий член, изливается и щекой падает на кровать. Чонгук делает последние толчки и выливается в Кима, громко и низко простонав. Поглаживает ладонью сладкие половинки и выходит из него, размазывая жидкость вокруг дырочки пальцем. — Я хотел с тобой поговорить, — нарушив двух минутную тишину вдруг заговорил Тэхён. — О том, что я ахуенно трахаюсь? — Чонгук самодовольно улыбается и поворачивает лицо на младшего, устремляя взгляд прямо в глаза. — О том, что я люблю тебя, Чонгук. И опять повисла тишина.