Я верю тебе

Это было невыносимо. Каждый день мне снилась Она. Уроки с ней. Наверное, только такие сны помогали мне хоть как-то жить, ведь, по правде говоря, жить не хотелось. Было так больно видеть её, проходящую по коридору, или если вдруг она зачем-то заходила на наш урок. У меня каждый раз что-то обрывалось внутри, когда она была где-то рядом, когда я слышала её голос, её шаги, её имя по громкой связи. Я была похожа на безмолвную тень. Екатерина Викентьевна выходила из кабинета – я неслышно следовала за ней по пятам, иногда с телефоном с включённой камерой, наобум делая снимки. Я старалась запомнить любую, даже самую незначительную деталь её внешности; можно даже сказать, что я питалась её запахом, от которого мне сносило крышу. Она была моим наркотиком: чем чаще я её видела, тем больше хотелось ещё. Я посвящала ей все стихи, рисовала её портреты. В каждой звучавшей где-нибудь песне я находила строчки о ней, о нас… И почему-то я снова робела перед ней, как на первых уроках. Даже моё «Здравствуйте!» еле слышала я сама. Она была нужна мне, как воздух. Наверное, мои желания всё же кто-то слышал, если иногда дарил мне незабываемые минуты с ней… Дождь. Ливень. Нет, лучше «цунами» или «наводнение». Именно так можно было назвать этот природный катаклизм, начавшийся в то утро. Ещё и в школу идти к 7.30. Чего вы хотите: дежурство – вещь серьёзная. И ничего не остаётся делать, надо плыть по этим лужам. Перед входом в школу я немного притормозила, чтобы перевести дух и закрыть зонтик, и краем глаза увидела Екатерину Викентьевну. Она быстро поднималась по ступеням и… что? Без зонта!? Она с ума сошла! - Доброе утро! – пропустила я учительницу вперёд себя. Она кивнула, улыбнулась и вбежала в холл. Только в освещённом помещении я смогла рассмотреть это насквозь промокшее чудо. Её не спасла даже куртка. Чёрная блузка неестественно топорщилась книзу, а рукава и вовсе прилипли к телу. Что уж говорить о её красных брюках – они сейчас больше напоминали губку, впитавшую в себя абсолютно все капли дождя. Екатерина Викентьевна пыталась пригладить торчащие во все стороны волосы, и когда, по всей видимости, поняла, что это бесполезно, повернулась к раздевалке и пристально посмотрела на нас. - Ну что, будем строиться? – командным тоном спросила женщина. Её голос эхом отдавался в пустом коридоре. До меня в ту же секунду дошло, что Екатерина Викентьевна сегодня дежурный учитель. - Нет, рано! – кто-то из несчастных трёх одноклассников пробомотал сонным голосом. - Это все? – с насмешкой поинтересовалась учительница. - Нет! Ещё придут! - Хорошо, я пойду, а в 45 минут строимся. Ждите, - и она удалилась, глядя себе под ноги. К тому времени, когда Анисимова вернулась, пришли ещё пять человек. - Строимся, давайте, ребят! – приказала она нам, и мы встали со скамеек. Я решила не упускать свою удачу и подошла к старосте класса Денису. - Дэн, сегодня линейку я проведу! – быстрее не спрашивала, а утверждала я. - Окей, спасибо! – обрадовался парень. - Ну, кто у вас рулевой? Ты? – обратилась ко мне учительница, так как я встала в начале строя. - Да, я! - Давай тогда, начинай! – приветливо улыбнулась женщина. Я произвела перекличку. - Восьмой, расчёт окончен! – закончила Полина. Я прошла вдоль класса лёгкой походкой, остановилась перед своей любимой и начала говорить заученную речь. - Товарищ дежурный администратор школы! 9 «Б» класс на линейку построен в количестве девяти человек… - я не успела закончить, как учительница засмеялась. Девятый класс и девять человек. Да уж. Я встала рядом с ней, и в тот момент засмеялись несколько ребят из класса, показывая другим на нас. Я сначала не поняла, что происходит, а потом засмеялась сама – Анисимова была в чёрной блузке и красных брюках, а я – в красной блузке и чёрных джинсах. Комичная картина, согласна. С трудом успокоившись, женщина обратилась с напутственными словами к классу. - Так, хорошо. Надеюсь, что все помнят, кто, где стоит? Никто не будет другого сгонять с криками «эй, ты, пошёл отсюда»? Все дружно захохотали снова. Я же наслаждалась моментом – она рядом со мной. Знала бы она, что кто-то ходит мимо и надышаться ею не может!.. За утро я старалась как можно больше раз пройти по первому этажу, чтобы вновь взглянуть на моего Ангела, стоявшего напротив входа. - Я смотрю, ты вся светишься! – подбежала ко мне Наташа, - а я опоздала, прости, не видела жалко вас на линейке! - Да ты вообще коза! – и под мелодию звонка мы с подругой отправились на уроки. Впереди была уборка школы после шестого урока. Если Анисимова – дежурная сегодня, то и территории надо сдавать ей. Это прекрасно! Последний урок подходил к концу. Это была география. Обожаю этот предмет! Но сейчас моё настроение резко упало – я так хотела ответить на сложный вопрос, а учительница спросила другого. За пять минут до звонка в кабинет заглянула Екатерина Викентьевна. - Смотри-ка, пришла тебе настроение поднять, - прошептала мне сидящая рядом подруга. - Я не к Вам, - спохватилась женщина, когда к ней подбежала географичка, - можно мне их внимание отвлечь на несколько секунд? Она стала искать глазами, как я поняла, меня. «Ну что же Вы, вот же я, прямо перед Вами!» - мысленно сигнализировала я ей. Наконец, она наткнулась взглядом на меня и улыбнулась. Я ответила тем же. - Сегодня школу будете сдавать не мне, а Наталье Михайловне, - как ни в чём не бывало, заговорила Анисимова, - знаешь, кто она такая? Вот и хорошо, договорились. Она подмигнула мне и скрылась за дверью. А у меня всё рухнуло внутри. Я ради неё отменила дополнительные занятия в музыкальной студии, чтобы сдать ей эту дурацкую уборку, и тут… Она ушла, не зная, что я осталась сидеть, ошарашенно уставившись на дверь… Почему этот замечательный день так закончился?