О любви к искусству

- Афоня, ты серьезно? - уставился Антон Полозов во все глаза на товарища Зирофеева, стоящего перед ним с книгой в руках, хотя привычнее такого зрелища ничего во всём Благознаменном и представить было нельзя. - Какой еще Гамлет?! - Шекспировский, - с достоинством ответил Зирофеев. - Тут поступило предложение культуру в Благознаменном на новый уровень поднимать, и я с этим, кстати, полностью согласен. - Опять Архангельский выпендривается? - проворчал Антон. - У нас, между прочим, культура вполне себе на уровне! - Конечно, мы ведь все принимаем участие. И ты в том числе, - голосом Афони можно было блины маслить. - Потому я, собственно, к тебе и обратился, у тебя же такой опыт... - Ну ты вспомнил, Афоня. Тогда ведь Гоголя ставили! Зима, праздник, всем веселье... - Полозов отвесил поклон, придерживая рукой воображаемый хвост, и сверкнув той самой улыбкой, из-за которой, как подозревал Зирофеев, все зрители новогоднего спектакля, может быть, впервые в театральной истории, "болели" не за кузнеца Вакулу, сыгранного бухгалтером Никитой Любодеевым, а за обаятельного рыжеволосого черта. - А какой месяц был... - мечтательно вздохнул Афоня. - Светился прямо как настоящий! Где ты такой раздобыл-то? - У нас, чертей, свои секреты, - подмигнул Полозов, и Афоня отчего-то припомнил, что в вечер спектакля месяца в небе, несмотря на ясность и мороз, отчего-то не наблюдалось. Правда, ломать голову над этой маленькой странностью он не стал. Отвлекали дела насущные. - Вот видишь, Антон, я же говорю, опыт у тебя есть, а тут такая возможность... - Так то ж Гоголь был! - мгновенно вернулся в настоящее Полозов. - Комедия! А тут... - он покосился на книгу в руках Зирофеева. - Шекспир! Такое только Гавриле и могло в голову прийти! Ты сам подумай, ну какой я, - он выразительно воздел натруженные рабочие руки, - принц Датский?! Афоня хмыкнул и слегка прищурился, словно раздумывая, хотя, по мнению Антона, раздумывать было совершенно не над чем. - Этого Гамлета скорее уж ты играть должен, - продолжал он. - У тебя всё на месте. И осанка, и взгляд проникновенный, и эта, как ее... интонация! Зирофеев смущенно вздохнул. - Не получится. Внешность не та. Гамлет чуть помоложе должен быть, да и такой фигуры ему не положено, - он с сожалением похлопал себя по животу. - Там ведь на шпагах драться придется, ты представь себе, как я со шпагой по сцене перекатываться буду. Зрители со смеху лягут. А нельзя, трагедия всё-таки. Зато ты, - Афоня снова окинул Полозова откровенно довольным взглядом, - в самый раз. - Гибкий, верткий - только шпагу в руки! - А тебя что же, совсем от этого дела отстранили? - Полозов боролся с искушением зарумяниться от удовольствия под этим взглядом, правда, без особого успеха. - Почему отстранили? - удивился Зирофеев. - Я играю тень отца Гамлета. Там на фигуру таких ограничений не наложено, в простыню получше задрапировался, голос помрачнее - и никаких вопросов! - Тень отца Гамлета, говоришь? - теперь уже Полозов задумчиво разглядывал Зирофеева, благо, тот, кажется, особо не возражал, витая мыслями где-то в сферах высокого искусства, расчерченных шекспировскими строками. - Прощай, прощай! И помни обо мне, - произнес он вдруг изменившимся голосом, от которого по спине Антона пробежались сладкие и жуткие мурашки. - И кому он это говорит? - А? Гамлету, конечно, - очнулся Зирофеев. - Гамлету, - протянул Антон. Мысль о том, чтобы снова очутиться на сцене, да еще рядом с Зирофеевым, вдруг показалась необычайно заманчивой. - Ну ладно, Афоня. Прав ты, культуру поднимать на новый уровень надо, и если уж все этим занимаемся, чего мне отлынивать? Я согласен! - Правда? - Зирофеев расцвел. - А я в тебе, Антон, вот ни минуты не сомневался! Держи! - он ловко сунул книгу Полозову в руки. - С текстом, конечно, постараться придется, там стихи... Да не нервничай так, они не в рифму! - Стихи не в рифму, - повторил Полозов. - Ага, понял. Зирофеев поймал его взгляд и добродушно усмехнулся. - Не волнуйся. Главное начать, а там втянешься, мысли сами в эти стихи сложатся, вот по себе знаю! Да и мне тоже надо ведь подтянуть... Я к тебе вечерком зайду, поучим вместе, ты не против? - Я только "за" - Антон снова поднял руки. Обе. Поднял бы и тот самый хвост, будь он у него. В самом деле, отказываться от роли было просто глупо, думал он. Культуру поднимать надо, а кому доверишь играть Гамлета? Не Жабину же, в самом-то деле. И не Архангельскому тем более. Хотя, этот меньше чем на короля точно не согласится. - Приходи, Афоня. Вместе будем, как это... Грызть гранит искусства. - И не всухомятку, - подмигнул Зирофеев. - У меня персики поспели. Принести? - Спрашиваешь! А с меня тогда вино, - улыбнулся Полозов. - Ты вроде рассказывал, там по ходу дела еще и пить придется... Я считаю, такие моменты надо проработать тщательно. Не хуже, чем текст верно? Зирофеев с энтузиазмом кивнул. Подход товарища Полозова к подготовке спектакля он явно разделял целиком и полностью.