Друг или враг

Синие нити с треском рвутся. Оторванные куски кукол разных размеров летят во все стороны, оставляя за собой пыльный след. Их создатель с ненавистью топчет ту, что он назвал "Аномалией №13". Из-за лагов почти не видно его тела, а голос настолько искажен, что разобрать гневную тираду почти невозможно. Ему нужно остыть. Или разрушить что-то ещё, ведь в пустоте закончились несломанные предметы. На воздух... Не глядя, вскинув руку в воздух, Эррор наугад создаёт глючный портал. Выбирать вселенную не приходится. Сейчас не до этого. Прыгнувший через окно на мокрый снег разрушитель оглядывается, ища на чём выместить свой праведный гнев. Через лаги и надписи "Error" покрывающие не только глаза, но и всё тело, он едва ли может что-то разглядеть. Но даже это не мешает понять, что вокруг ни единого предмета или существа. Лишь снежная пустыня. Очередная неоправданно большая вселенная доводит итак уже разгоряченного разрушителя до кипения. Ну какому идиоту, скажите на милость, пришло в голову создать этот ужасный, мерзкий мир! Вдали виднелся город. По горькому опыту Эррор знал, что кроме этого жалкого островка цивилизации в этой АУ ничего нет. Лицо его скривилось в отвращении. Он пнул снег. Большие миры - все такие. Пустынные, однотонные и скучные. Бесполезная трата места мультивселенной! Скелет развёл руки в стороны и нити, как змеи, поползли по земле. Он надеялся зацепить хотя бы камень под снегом. Хоть что-то, что можно было бы раздробить на кусочки или швырнуть вдаль, дабы выпустить пар. Но под нити как на зло ничего не попадалось. Лишь промерзшая земля да снег. Эррор был на пределе. Его уже трясло от злости. Будто вселенная издевается над ним. Весь мир нагло смеётся в его костяное лицо! С яростным криком он пустил нити как можно дальше от себя, чтобы охватить такой большой кусок кода этого мира, какой сможет. Оглушительный треск. Не слишком-то умно. Земля под ним начала стремительно распадаться на нули и единицы. Лаги мгновенно прошли. Эррор открыл портал под собой, чтобы не провалиться в кромешную тьму. Предотвратив нитями падение на белую поверхность, служившую полом в его антипустоте, Эррор медленно по-паучьи опустился. На лице сияла ликующая улыбка. Покидая тот мир, скелет видел крушащуюся реальность, что рассыпалась двоичным кодом и исчезала в небытие.

***

Инк дрогнул. Хорошо знакомое чувство ударило его по ребрам. «К этому не привыкнуть...» — пронеслось у него в голове. Каждый раз пугается, как в первый. Он вздохнул и кисточкой открыл портал в невезучую вселенную. Художник готовился к очередной изматывающей битве. «К этому не привыкнуть...» — повторил он, задумчиво шагая в лужу чернил. Оказался он на крыше центрального здания. Первое, что заметил - небо над головой. Бирюзовое, но живое. Без единого облачка. В таких мирах победить Эррора было проще. Врагу не за что было цепляться во время атак. Инк бы оптимистично ринулся в бой, если бы чуйка не подсказывала, что что-то не так. Интуиция буквально вопила, а это плохой знак. Опустив взгляд с голубой дали, хранитель перевёл его на город, где уже были слышны крики и плач жителей, и судорожно вздохнул. Ужасный знак. Инк оцепенел. Ему открылся вид, завораживающий своей безысходностью. Мир рушился. Рассыпался как песочный замок на ветру. Как же больно. То тут, то там виднелась темная бездна. Она разрасталась, уже занимая половину видимого пространства. Во многих местах оголился первичный код, и было видно, как покорёженные цифры заходят на нормальные. В пустоту опадали и те и те. Изувеченная альтернатива уничтожала сама себя. В адских муках корчились и кричали те несчастные, которых достиг неровный поток цифр. Они рассыпались кодом и пылью, из последних сил цепляясь за жёсткий снег. Наверное это больно. На глаза попалась женщина с ребёнком. Монстр-крольчиха стояла на клочке земли в окружении кода и дыр. Тьма подползала. Казалось вот-вот хрупкая реальность провалится под её ногами. Если цифры не достанут её раньше. Она видела чем кончили те бедняги. В её глазах застыл ужас и отчаяние. По щекам струились слёзы. Ребёнок плакал, цепляясь руками за мать. Она посмотрела на сына, проморгалась, приходя в себя, и одним точным, решительным движением проткнула его душу призванной атакой. Женщина упала на колени, прижимая к себе ребёнка, рассыпающегося в пыль. Крольчиха рыдала, громко и протяжно вдыхая. На её счастье, Тьма подкралась раньше цифр. С криком она провалилась в черноту. «Его уже не спасти» — чётко и ясно прозвучало в сознании хранителя. Боль в груди всё нарастала. Терпеть её — меньшее, что мог сделать сейчас художник. Будь у него душа, настоящие эмоции, он бы впал в истерику сейчас. Рыдал и бился бы вместе с местными жителями. Сделал бы хоть что-нибудь. Но он стоял, зачарованно наблюдая за смертью мира. Небо тоже покрылось прорехами. Альтернативная вселенная, как скорлупа, которую сжали в кулак, рассыпалась. Прошло не больше семи секунд, когда от мира оставались лишь обрывки. Ещё мгновенье и Frost-tale исчезнет бесследно. Инк вернулся в портал. Одной синей капли хватило, чтобы из глаз хлынули слёзы. Инк упал на колени и сжался в комок. В груди неприятно ныло, а в горле словно застрял ком. Рваный всхлип раздался в пустоте. Инк оплакивал погибшую вселенную.