Мантикора

      Когда Сималий преступил порог совершеннолетия, он вовсе не радовался. Он не принадлежал к тем простодушным ребятам, которых на праздники осыпали подарками любящие родители. Между собой, в кругу «церковного сброда», где жил Сим с остальными рано осиротевшими детьми, они часто что-то друг другу дарили, но разве может расцениваться как настоящий подарок стыренная у священников еда или разбавленное вино?       Мальчишки в церковном приюте не голодали, но разнообразием их диета не отличалась. А вот стащить лишний кусочек ветчинки считалось успехом. Сим планировал сегодня красть не у простого священника, а у самого главного, которого никто из приютских в глаза, можно сказать, не видел, потому что тот кутался в одежду, как капустная кочерыжка, и сидел в самом темном углу трапезной. Но пришлось это развлечение отложить.       – Сим-Сим, открывай! – постучал Лика, молодой клирик.       Лика был простодушным и в меру уступчивым, он почти не ругал за проделки, нередко рассказывал интересные истории из большого мира и, самое главное, всех подопечных любил как родных. Хоть Лика и числился простым чтецом, но недовольным жизнью не выглядел. До сегодняшнего дня он отвечал за первичное воспитание всех сироток или, как говаривали старики, «за приучение к горшку и ложке». Основами грамоты, дисциплиной и здоровьем детей занимались другие служители и священники, здешние и чужие.       Сим вздохнул: сегодня он перестанет быть подопечным Лики. Совершеннолетних брал под крыло один из уважаемых взрослых и в течение года готовил либо к мирской жизни, либо к низшему клиру.       – Да, – ответил тихонечко Сималий, открыв дверь.       Сим вырос чрезвычайно подвижным юношей, довольно высоким для человека и по-рыбьи скользким. Не находилось мест, куда гибкий сорванец не сумел бы пролезть. И сейчас этот лишь формально повзрослевший парнишка накинул на себя длинную рубаху с капюшоном. Прощаться с обожаемым всеми Ликой ему совсем не хотелось.       – Ты же знаешь, что мы не прощаемся, Сим-Сим, – попытался подбодрить его Лика, на что воспитанник только печально улыбнулся. – Грустно, не спорю, но тебя ждет интересная жизнь. Может, даже вне церкви.       – Сколько бы я не прятал свое лицо, всем здесь известно, кто я. Думаете, меня отпустят на волю?       – Ты не пленник здесь, Сим-Сим, – улыбнулся Лика.       Мир менялся, но недостаточно быстро. Такие дети, как Сималий, рождались все чаще с каждым поколением, но кто хотел растить маленьких монстров? Только церкви и принимали подобных беспризорников. Вместе с обычными сиротами.       Именно так однажды на порог привели Сималия, едва способного произнести собственное имя. Никому не угодный малыш остался здесь, под присмотром совсем еще юного Лики.       Сим любил воспитателя, уважал взрослых и был благодарен им за предоставленные кров и знания, но он всем сердцем мечтал уйти из церкви. Жить снаружи, свободно. Стать подмастерьем сапожника или пекаря, научиться какому-нибудь ремеслу. Юноша был убежден, что в прошлом и Лика желал того же, и многие служители, которых в свое время приводили к священникам и бросали. Наверняка они хотели покинуть приют, оставить церковь, но все до одного продолжали ей служить, смирившись. Отверженным не давали спокойной жизни. Люди, не привыкшие к монстрам, к непонятным существам, зубастым, волосатым, нечеловечески сильным и опасным.       Сималий верил, что настоящее счастье там, за горизонтом. В книгах, которые он читал, главный герой, ушедший на поиски приключений, всегда находил свое счастье. Чем он, Сим, хуже?       – Куда мы идем? – поинтересовался он у задумавшегося чтеца.       Тот сглотнул навязчивую мысль о собственном прошлом и клыкасто улыбнулся. Порой его улыбка походила за смешливый оскал. А лающий смех, случайно услышанный где-нибудь в коридоре, заставлял содрогнуться. Это совсем не вязалось с его характером.       Лика умел оборачиваться волком, и после первого же превращения семья избавилась от него. Простые фермеры, они испугались, решив, что их ребенок проклят. «Не убили же, – грустно смеялся Лика, отвечая на вопросы детишек, – только меня не в церковь привели, а просто в лес выгнали. Я и бегал волчонком, задирал кур деревенских, пока из-за жалоб туда сам Мантра не явился!» Подопечные, как и Сим, все взволнованно вскрикивали и требовали продолжения истории. А его не было: Лика вырос и осел в церкви.       Дети не раз наблюдали за превращениями Лики – с безопасного расстояния – и дивились его мощной холке и лохматому хвосту. А лапы он имел такого размера, что мог бы за день перекопать половину церковного огорода! Сначала пес казался им безобидным игривым существом, но стоило детям впервые увидеть улыбку, повисшую на темной клыкастой морде, как они убедились – Лика страшен!       Несмотря на спокойный нрав, чтец в волчьем облике становился яростным охотником. Готовясь к преследованию какого-нибудь оленя ранним утром, он хохотал, клацая загнутыми зубами. Если бы он захотел, то легко бы перекусил Симу позвоночник. Но каким бы пугающим Лика не казался, он был самым добрым из местных служителей.       И полезным. А вот способности Сималия никому помочь не могли, из-за чего тот очень грустил.       – Мне поручено отвести тебя к наставнику, – посерьезнев, сказал оборотень. – Твоим будущим займется Мантра. Будь с ним учтив, Сим-Сим.       Сималий с еле сдерживаемой радостью кивнул и последовал за провожатым. Ему выпал шанс разведать обстановку – зайти к этому престарелому священнику в пурпурной сутане. И заприметить чего-то съедобного. Может, даже найти что покрепче вина. Сим нетерпеливо скользнул раздвоенным языком по тонким губам.       – Проходите, – вкрадчиво сообщили из-за двери, когда Лика постучал.       Первым в комнату шагнул Сим и чуть не споткнулся о раскиданные по полу фолианты и свитки. За захламленным столом гордо восседал непонятной формы мужчина, закутанный в тяжелую материю сливового цвета. Он возвышался над своими бумагами и книгами, надвинув капюшон на лицо так же, как это всегда делал Сим. В отличие от мальчика, Мантра прятал не охристые чешуйки и аметистовые глазки с вертикальным зрачком.       Юноша поднял заинтересованный взгляд на священника. Но крупная фигура быстро ему наскучила, и он начал оглядываться в поисках привлекательного подарка, который хозяин комнаты и не планировал предлагать сам.       Когда приветствия окончились, Лика вышел, подмигнув своему воспитаннику. А Сим в ожидании продолжительной и необычайно унылой, буквально усыпляющей, беседы уставился на главного священнослужителя этой церкви, который, в свою очередь, тоже не сводил глаз с молодого нага.       – Юный Сималий, завтра мы выберем подходящие тебе уроки, – как бы с надрывом говорил из-под капюшона Мантра. – Буду ждать тебя здесь же, после завтрака       Он взял себе это имя настолько давно, что почти позабыл то, что ему дали при рождении. Имя чудовища. Мантра по себе знал, каково быть монстром среди людей, потому он с безумным усердием готовил к взрослой жизни детей вроде Сима.       – Сегодня даю тебе выходной.       Мальчишка посмеялся про себя: никаких уборок, прополок или зубрежки. Вполне удовлетворительная свобода!       Но сухой голос наставника вызвал у юноши отвращение. «Ну, вот чему меня научит этот старик? Вряд ли он разбирается в змеях!» – разочарованно подумал он и, коротко кивнув, сказал:       – Большое спасибо. Я с нетерпением буду ждать следующего утра.       Вместо кражи алкоголя, которого Сим так и не заприметил, он решил выбраться в город – покинуть домашние стены на денек. Ему прежде не хватало на такую серьезную шалость ни прыти, ни смелости. Он пообещал себе, что никому не даст себя поймать в этот день.       Дождавшись обеденного времени, когда большая часть церковных обитателей уходила в трапезную, юноша перелез через ограду, воспользовавшись раскидистой яблоней. Но даже плотная листва не скрыла его от одной пары наблюдательных глаз.       Не останавливаясь ни на мгновение, беглец устремился к ближайшему городу.       Сим собирался быстро прошмыгнуть в какую-нибудь таверну, не привлекая внимания на улице и выпросить чего-нибудь в обмен на мытье посуды или полов, но засмотрелся на статного воина. Это белое как снег существо было окутано аурой сильного бойца, который попробовал на вкус настоящую кровь. Сималий видел эльфов раньше, лесных, высших, все они были редкими гостями в церкви, но такого – похожего на ледяного призрака – ни разу.       Сим не догадывался, что перед ним победитель множества турниров. Внимание любопытного мальчишки привлек не только особенный внешний вид мужчины, но и то, с кем бок о бок он шел! Его спутником на прогулке был Лика. Тот самый Лика, который столько лет заботился о Сималии. Его самый близкий взрослый. Они с эльфом улыбались, увлеченные беседой друг с другом.       Выходило, что оборотень дружит с кем-то вне церкви! «Значит, я тоже смогу!» – обрадовался наг.       Чуть не засмеявшись в голос, подросток попятился в сторону питейного квартала, не отводя взгляда от воспитателя. Зазевавшись, он толкнул какого-то прохожего, чем вызвал его громкое негодование.       Возникший шум привлек к приютскому беглецу нежелательное внимание. А из-за надвинутого до носа капюшона Сим выглядел еще подозрительнее.       – Смотри, он из «церковного сброда», – шепнул один стражник другому.       – Тише, услышит, – промычал второй. А потом почесал подбородок и добавил: – Детей оттуда без сопровождения не выпускают. Не видишь рядом старших?       – Ан нет! Раз он один, надо отвести обратно.       – Верно, пусть сами разбираются.       Двое широкоплечих эльфов, одетых городскими гвардейцами, неспешно приближались к мальчишке и окружили его с двух сторон.       – Юноша, – вежливым, чуть ли не ласковым, как эльфийский шелк, голосом спросил первый стражник. Его легкая кольчуга поблескивала из-под тряпичной жилетки, подпоясанной широким ремнем. – Куда изволите следовать?       – Юноша, – таким же сладковатым тоном повторил второй. На нем тоже висела кольчуга из мелких продолговатых колец, серебрившихся на солнце, и плащ. Парнишка мечтательно любовался кузнечной работой.       У обоих мужчин на груди пестрели гербы. Хотя изображенный там рисунок ни о чем Симу не сообщил, кроме того, что он угодил в неприятности. Он не разбирался в геральдике так же, как и географии. И даже не знал, к какому району королевства относится город, в который он явился. Понял только, что город эльфийский, хотя и обычных людей на улицах толпилось немало.       – Юноша, откуда путь держите?       Остроухие копейщики приветливо улыбались, но не оставляли прорех в обороне. Если бы Сималий решил попытать удачи и сбежать, то его бы мгновенно зажали руки стражников. И даже его вертлявость не помогла бы. Но собственная неопытность не позволила ему верно оценить чужие силы, он уже искал глазами ближайшую лазейку.       – Разве сегодня должны были вывести ваших на прогулку? – чуть более едко спросил первый, не дождавшись ответа.       – Уверен, что нет, – сузив глаза, промурлыкал второй.       Их нежные приторные голоса усыпляли бдительность, а свойственная роду природная красота приковывала взгляд. Но на нага эльфийское очарование действовало слабо, он встрепенулся.       – Я не оттуда, – решительно соврал он, напрочь забыв о своей церковной рубашке.       И вообще, о каких прогулках речь? Он никогда не ходил в город раньше! Сималий еле сдержался, чтобы не выставить напоказ свой змеиный оскал, так сильно он нервничал.       – Ты посмотри! Какой хитрец, – хмыкнул второй. Он неожиданно возвысился над мальчиком.       – Пойдем с нами, юноша, – прошептал первый, сорвав с лица дружелюбную маску.       Какими бы высшие эльфы не были внешне красивыми и добрыми, в душе у них жило высокородное хладнокровие. Детьми они рождались требовательными, юнцами росли верткими и настырными, а повзрослев, становились расчетливыми и бескомпромиссными. Впрочем, все зависело от воспитания. А у стражников оно было самым традиционным из всех возможных.       – Пока мы еще просим по-хорошему.       – Иначе что? – ощетинившись, Сим согнул ноги в коленях для быстрого старта, он не намеривался возвращаться в церковь прямо сейчас. В конце концов, это был его день рождения!       – Иначе, – твердо произнесли они хором, шевельнув изящными копьями, – мы применим силу.       Зажатый в тиски приютский легко привлекал внимание окружающих. А потому он ни разу не скрылся от взгляда, следившего за ним от самых церковных ворот. Это был задорный взор не то молодого человека, не то эльфа, чей обладатель, выждав правильный момент, вихрем влетел между стражниками и Симом.       – Доброго дня, господа! – весело начал неизвестный, рассматривая гипнотическими глазами, оранжевыми, будто осколки киновари, то одного копейщика, то другого. – Извините моего младшего братишку, мне разрешили показать ему город, а он потерялся в толпе. Манерам, знаете ли, в нашей вотчине не учат.       По выражению на лицах эльфов стало ясно, что так просто они не отпустят маленького нарушителя спокойствия.       Незнакомец вздохнул и еле заметно повел рукой, и на ближайшем прилавке товар вдруг зашатался и попадал на землю. Пока стражники отвлеклись на рассыпанные фрукты, мужчина стиснул руку растерянного Сима и потащил его в малозаметный проем между кабаком и магазинчиком пряностей.       Они остановились в конце узкого переулка, окончившегося тупиком. Сималий напрягся. От одних взрослых избавился, теперь еще один пристал.       Юноша вывернулся из хватки незнакомца и встал поближе к шумной улице, рассматривая мужчину. Тот походил на ураган рыжего цвета: огненные патлы торчали из-под капюшона, мощное тело сковывал ржавый костюм, а взгляд ярких глаз без стеснения впивался в Сима.       – Ваши зрачки… кто вы такой? – чуть громче положенного спросил Сим, утопая в кошачьих омутах.       – Полукровка. Вот почему я такой красавец, – безымянный спаситель смахнул с головы капюшон и тряхнул копной пламенно-розовых волос. Его торчащая во все стороны грива напоминала волны жидкой меди.       – Я никогда не видел подобного вам отверженного, – засомневался Сималий. В церкви часто бывали священники и служители из других мест, и среди них он встречал множество необычных существ, но никого – с такими глазами.       – Нагов тоже редко встретишь, малыш, – незнакомец улыбнулся, обнажив желтоватые клыки. Он действительно был не оборотнем, а вообще чем-то разительно иным, запоздало осознал парнишка, – те в своей человеческой форме обладали обычными, не предназначенными для раздирания сырого мяса резцами. – Что, нравятся?       – Мои не хуже, – мальчишка показал собеседнику чуть-чуть раздвоенный язык и попятился, собираясь уйти и надеясь, что свои не придется пускать в ход.       – Тебе стоило бы сменить одежду и голову прикрыть, – одним огромным шагом перегородив дорогу, проговорил мужчина. Костюм горел на нем, как фестивальный костер. – Ну, я это так, добрый совет…       – А вам какое дело, с-с-сударь? – напрягшись, шикнул Сим в полной готовности кусаться и брыкаться.       – Составь мне компанию, и я покажу тебе все, что пожелаешь, – проигнорировав вопрос, ответил тот и вновь лукаво изогнул губы, бросив взгляд на симпатичное, немного детское личико. – Зови меня Кора.       Юнец стоял и смотрел в эти ужасающе странные глаза и не мог заставить себя сбежать. Что-то в этом человекоподобном хищнике тянуло его остаться. Более того, приблизиться и коснуться его языком. Самым кончиком, чтобы немного распробовать. Сим поежился от проскользнувшей в голове мысли.       – Хочу алкоголь, – сказал он, наконец.       – И в чем проблема? – протянул, ухмыляясь, Кора.       – У меня нет денег.       – А зачем тебе деньги. Ты пахнешь, как воришка.       Сималий поежился от уверенного заявления – Кора оказался прав. Только утром юноша собирался взять попробовать что-нибудь из покоев священника Мантры.       Кора победно улыбался, так могла бы улыбнуться гильотина. Парнишка подобрался и испытующе уставился на собеседника, сбросив с головы капюшон.       Гладкая, как сточенный морем камень, голова была испещрена поблескивающими в тусклом свете чешуйками. Острые надбровные дуги топорщились охристыми колючками, а вокруг глаз отсутствовали присущие человеческому облику веки. Сим никогда не моргал, потому что поверх глазных яблок у него была другая защита.       – Очаровательно! – радостно растянув пасть, со смешком прокомментировал Кора. – Пойдем сюда.       Он выбрал переулок с тупиком в качестве укрытия неслучайно. Кора, он же Мантра, давно планировал сегодняшний день. Он вполне здраво предполагал, что его будущий воспитанник решит немного побунтовать.       Стукнув ногой по какой-то деревяшке, мужчина приглашающим жестом велел Симу лезть в открывшийся проход.       – Там узко, вы не сможете… – попытался возразить тот. – И я даже не согласился идти с вами!       – Я перепрыгну через стену, – пожал плечами Кора. – Не хочешь, не иди, но тогда тебя быстро поймает стража.       Конечно, обладатель львиной гривы не боялся за жизнь молодого нага. Копейщики просто сдали бы его в церковь, а Мантре было важно устроить для мальчишки испытание. И пока тот его с треском проваливал.       Кора даже не предполагал, что во время первой прогулки по городу Сима будет интересовать алкоголь. «Эх, молодость», – усмехнулся про себя рыжий и принялся карабкаться по стене. Легко цепляясь за кривые кирпичи, он забрался наверх и, подмигнув удивленно таращившемуся юнцу, спрыгнул с другой стороны.       Сималий не мог совладать с любопытством. Он встал на четвереньки и протиснулся в узкий проход. Это был старый дождевой слив, давно закрытый, но все еще сырой и вонючий. Поморщившись, парень активнее заработал локтями и вскоре выполз на свет.       – Смотри, – окликнул его Кора и указал пальцем куда-то вперед, – там мы тебя переоденем.       Перед ними между жилыми домами жался захудалый магазинчик. Сим засомневался, но громадная лапища толкнула его к двери. Колокольчик на входе не звякнул – Кора вновь сделал рукой короткий пасс.       На вешалках висели скучные однообразные накидки темных оттенков, на полках были собраны различные шляпы: с перьями, цветами, бусинами и даже полупрозрачными сеточками. Но Кора приметил не шляпу, он стащил с деревянной головы что-то длинное и ярко-зеленое.       Сималия дрожь пробрала от пустых глазниц манекенов. Когда рыжий внезапно начал опутывать его голову странной плотной тряпкой, наг дернулся и, споткнувшись, плюхнулся на мягкое место.       – Не бойся, здесь многие такое носят, – мужчина снисходительно улыбнулся и все-таки намотал на Сима тюрбан, да так, что острые надбровные дуги скрылись под тканью. – И плащик выбери под цвет.       Наг некоторое время шуршал накидками, а потом выбрал одну – болотную, и снял ее с вешалки.       – А теперь ходу, – поторопил его Кора и незаметным движением бросил за прилавок пару монет.       Теперь на мальчишку никто не обращал внимания, даже редкие стражники. Сим увлеченно разглядывал витрины и вывески – городок увлекал юного змееныша то туда, то сюда. Рыжий наслаждался детской веселостью и огненной тенью двигался следом. В какой-то момент он достал им пару свежих сдоб. О выпивке Сималий не вспоминал – слишком уж интересно было просто гулять.       Он скормил половину своей булки нахохлившимся каркаду, из перьев которых делали красную настойку. Когда Кора рассказал парню об этом, он немедля сунул одно перо в рот и долго плевался, змеиному языку терпкость не пришлась по вкусу, а рыжий бес только хмыкнул.       Потом, завернув в довольно богатый район, наг пытался поймать хлыст хвостатого пиона – жилистого злобного цветка. На конце подвижной лианы красовалось острие-сердечко, как у пики. Такую зелень часто сажали под окнами, чтобы воришки обходили их стороной.       – Яд хвостатого пиона весьма неприятен, – поучительно рассказывал Кора. – Но своим хозяевам они вреда причинить не могут.       Их прогулка тянулась до момента, когда вторая луна взошла и засветилась над головами. Тогда-то молодой наг и вспомнил про свое желание. Рыжий подумал немного и кивнул.       Сималий даже не сомневался в добрых намерениях взрослого. От опасностей бережет – раз, все объясняет – два, не ругает – три. Да тот же Лика на его месте уже розги бы достал.       Впереди показались первые кабаки. Сначала Сима пугал исходивших от них шум и ужасный горький запах, но чем дольше они шли мимо, тем спокойнее заведения становились. Они встали напротив приятного здания из черного дерева. Внутри горел неяркий свет, слышалась музыка, у двери никто не толпился.       Вдруг юноша заметил белую фигуру, вышедшую оттуда. «Это же тот самый! Лики!..» – осенило его. Эльф держал в руке несколько свертков, в очертаниях которых угадывались бутылки, и медленной текучей походкой двигался прочь из питейного квартала.       – Он настоящий воин, – прошептал Кора, – как думаешь, сумеешь забрать у него хоть одну бутыль?       – Да, – решившись, ответил Сималий.       В конце концов, с завтрашнего дня его ждут какие-то нелепые уроки со старым священником, привычная церковная еда и общество ребят, которые рано или поздно его покинут. Кроме Лики и пары взрослых служителей, он был единственным монстром среди детей, и дружба между ними была поверхностная, временная.       Рыжий махнул ладонями, и фонарь возле эльфа потух, а затем следующий. Еще пара фонарей, и клочок улицы вокруг воина погрузился во тьму.       Сим пошевелил языком. Он чувствовал, где стоит их цель и бесшумно скользнул к ней. Он помнил, куда эльф поставил свертки, чтобы освободить руки. Когда наг был уже в шаге от заветных свертков, над его головой просвистел меч. Острый. Реальный. Меч.       Мальчишка чуть не упал от страха, руки сами собой вцепились в первые попавшиеся бутылки, а ноги понесли его прочь от свирепого воина. В переулке его догнал Кора.       – Не волнуйся, за нами не гонятся, – тяжелая рука опустилась на узкое плечо нага, оно подрагивало.       Юноша медленно кивнул. Теперь он боялся. Чем был оправдан его поступок? Собственным любопытством. Он думал, что раз взрослый – Кора – не против, то воровство – это лишь обычная детская шалость. Только вот вместо упреков священников или поучительной речи Лики Сималий сейчас чуть не потерял голову.       Его сердце все еще бухало как ненормальное.       – Поздравляю, ты справился. Теперь попробуй свою добычу, – ласково произнес рыжий.       Наг посмотрел на свертки, зажатые в руках. Одна из бутылок, внешне ничем не примечательная, источала приятный медовый аромат и больше всего заинтересовала мальчишку. От старших он слышал, что такие напитки помогают расслабиться.       Другие две он отдал Коре, и тот расплылся в клыкастой ухмылке.       – Вы ужасны, – сказал Сим.       – Неужели? – мужчина искренне удивился, его брови приподнялись.       На мгновение он растерялся, испугавшись, что крошечная змейка уже разглядела в нем священника. Быстрым движением Кора пригладил волосы, нависшие над глазами.       Сималий откупорил бутыль с дурманящим запахом. Золотистая жидкость тягучей струйкой выплеснулась из нее, заворожив юношу своей чистотой.       – Это медовая настойка. Но такую крепкую не найти в церковных стенах! Будь готов! – оскалился рыжий.       Сняв пробу, парнишка округлил в детском восторге тонкие, почти незаметные губы, оголив рядок изогнутых зубов. Мужчина плотоядно следил за Симом. Проверка была в самом разгаре. Если бродяга Кора развлекался, то Мантра про себя отмечал, над чем с молодым нагом нужно будет работать. Какие уроки он усвоит сегодня же, а какие – во время обучения в церкви.       Юноша, отхлебнув нежный напиток, недоверчиво поглядел на бутылку, потом на ухмылявшегося рыжего беса с блуждающей кошачьей полуулыбкой. Сделав еще один глоток, Сималий почувствовал легкую тяжесть в ногах и аккуратно опустился на мостовую. Он стащил с головы тюрбан и с наслаждением подумал, что щекочущий кожу ветерок – это прекрасно.       Золотистые капли медовой настойки стекали по раздвоенному языку, и юноша расслаблялся все больше. Кора задумчиво дернул плечом и подсел к парнишке, забрав у того початую бутылку. Густая грива почти не трогала испещренную чешуйками кожу, но все-таки Сим недовольно забурчал:       – Вы слишком шерстистый! Отодвиньтес-с-сь!       – Знаешь, малыш, никогда нельзя соглашаться пить с незнакомцами, – янтарные глаза прищурились, глядя на молодого нага, – это опасно. Но еще лучше с незнакомцами вообще не разговаривать и сразу бежать.       Сималий прыснул и, потерев покрасневший нос, возразил:       – Но вы меня спасли от стражников!       – Глупый ты, – печально улыбнулся Кора и поднялся. – Стража тебе не враг.       – Вовсе я не глупый. И вообще, – Сим гордо вознес тонкий указательный палец над головой, не заметив упрека, – теперь я совершеннолетний.       – Взрослый? – по-кошачьи поморщился рыжий. «Вот по-взрослому и ответишь, дорогой ученик», – подумал он.       – Именно!       Встряхнувшись, мужчина сделал несколько шагов и потянулся. Он был гибок и обладал привлекательными чертами лица, но что-то в нем пугало. Широкие плечи напряглись, а густые волосы зашевелились, будто это шерсть становилась дыбом.       Вдруг Кора зевнул.       Клыки уходили глубоко вглубь рта, а длинный шершавый язык вывалился наружу. Сималий ошарашенно наблюдал эту картину: он никогда не видел подобных челюстей. Даже его необычная внешность не шла ни в какое сравнение с этим.       – Уже ночь, – пробормотал Кора. – Я принесу чего-нибудь пожевать.       Мальчишка остался сидеть в узком переулке, слабо освещенном фонарями с соседней улицы, и рассматривал облезлые стены. Тут и там висели старые афиши городских праздников и рекламные объявления. Сималий встал на ноги и отряхнулся.       Алкоголь Кора унес с собой, поэтому, коротая время в ожидании, наг ходил мимо плакатов и изучал их. На одном из облезлых листков его привлекло ярко-рыжее пятно. Там был изображен его сегодняшний знакомый с подписью: «Одних чудовищ церковь прячет, а других – выпускает!». Кора на стене улыбался, невинно прищурив глаза, художнику удалось верно передать острые черты человекоподобного хищника.       Вдруг Сим услышал шорох.       – Кора?       Никто не ответил. Юноша сглотнул и моментально протрезвел.       – Это вы? – он вжался в стену, не зная, бежать или ждать. Если ждать, то кого?       Рыжий не появился. Вместо него в переулок бесшумно вплыл бледный эльф. И в руках он сжимал обнаженный меч.       – Где то, что ты забрал? – холодно спросил воин, и оружие в его руках угрожающе блеснуло.       – Я… – Сим вдруг понял, что он не знает. Ни где чужие бутылки, ни куда пошел Кора и вернется ли он. Что, если соврал? «Лучше с незнакомцами вообще не разговаривать», – мелькнуло в голове мальчишки. – Я не знаю!       – Не ври, – ледяным голосом сказал эльф и рванул к присевшему от испуга парнишке.       Меч царапнул стену, пронесшись над лысой головой, и замер прямо над сжавшимся от страха Симом.       – Глупый мальчишка! Думаешь, красть – лучший способ проявить себя в городе? – белый эльф поднял парня за воротник и грубо потряс его. Меч он уже опустил. – Станешь вором, а там и до убийцы недалеко, и до виселицы.       – Я н-не хочу становиться вором, – прохныкал Сим.       – А кем же хочешь? – сузил глаза воин.       – Сапожником, пекарем… – если бы молодой наг умел плакать, то уже во всю рыдал бы, но все, что он мог – тихо мямлить.       Эльф нахмурился и еще раз тряхнул худенького парня. Когда он поставил нага на землю, тот неожиданно понял, что он одного с воином роста, но гораздо тоньше.       – Ну, довольно, – мягко попросил кто-то из тени. – Сим-Сим усвоил урок, верно?       В переулке показался Лика и ласково улыбнулся воспитаннику. Юноша не утерпел и бросился к чтецу. Острые плечи дрожали, в горле стоял ком, грудь ходила ходуном. Нежные руки оборотня укачивали Сима, пока тот приходил в себя.       – Ты слишком сильно его напугал, – укоризненно покачал головой Лика, обращаясь к своему другу.       – Сказали напугать – я напугал, – воин пожал плечами и спрятал меч в ножны. – Уж не ранил бы дурачка.       Чтец вернул подопечного в церковь, но не ругал его, отчего Сималию становилось еще страшнее. Это значило, что отчитывать его будет сам Мантра. Вдруг откажется его учить? Или запрет в подвале? Или отправит на грядки. Да! Пусть лучше он целый год проведет на грядках – заслужил!       «Сам виноват! – корил себя юный наг. – Хотел посмотреть город. Посмотрел! С незнакомцем повелся, вот и получил». Он раздосадовано потер ушибленную из-за белого эльфа коленку и вздохнул. Всю оставшуюся ночь парень обдумывал вчерашний день, и утром его ждал у себя священник.       – Что же ты понял? – спросил Мантра скрипучим голосом, указав большой ладонью на кресло перед собой.       – Не доверять незнакомцам, не воровать, – четко выдал Сим, усевшись на край кресла, – отвечать за свои поступки.       – Это все?       – Я понял, – сдавленно добавил юноша, – что в городе никто мне не поможет, я буду сам за себя.       – Ты не совсем прав, – Мантра ухмыльнулся под своим капюшоном, – в каждом городе найдутся те, кто поддерживает таких, как мы. Но для этого нужно вести себя подобающе. А ты, похоже, забыл все, чему тебя здесь учили.       – Да, – понурившись, согласился Сималий и натянул свой капюшон пониже, до самого подбородка. Он повелся на соблазнительные предложения. «Дурак и есть, правильно друг Лики сказал», – горько вздохнул юноша.       – Значит, ты больше не пойдешь в город?       – Н-нет, – еле слышно ответил он.       Священник, пользуясь тем, что мальчишка не смотрит на него, скинул с себя тяжелые церковные одежды. Освободив свою гриву, он довольно закряхтел.       – Ты, паршивец, – с какими-то чужими нотками проговорил Мантра, – изрядно напугал Лику.       – Я не хотел… Я больше не буду.       Когда Сим осмелился поднять взгляд, вместо скучного старика возле стола возвышался Кора. Наг удивленно раскрыл рот. Огромные черно-бурые шрамы перетекали с живота за спину и тянулись по ней обугленной полосой вдоль всего позвоночника.       Моложавый мужчина набросил на себя вчерашний ржавый костюм и по-кошачьи улыбнулся.       – Сималий, – произнес он серьезно, – с этого дня я забочусь о тебе. Того, что ты делал вчера, я никогда больше не допущу. Мы, монстры, не сильнее людей или эльфов. И они не всегда добры. Ты должен научиться вести себя правильно и честно, чтобы не поплатиться за это так, как я. Бери пример с Лики.       Наг закивал.       Мантикора – так когда-то звали его нового учителя. Вместе с ядом люди забрали и его имя.