maknae on top.

он на вершине всех своих проблем, потому что смог покончить с ними раз и навсегда. на высоте по сравнению со своими бывшими одноклассниками, что так и не смогли добиться таких же высоких результатов, как и чонин. на вершине среди своих любимых хёнов, которые чуть ли не богом его выставляют, потому что чертовски любят. для себя ян на вершине по всем возможным критериям, потому что действительно смог сделать невозможные раньше для себя вещи. «абсолютно ничего не опустит этого мальчишку на землю» — уверяли другие, да и сам макнэ, в общем-то тоже. но только не губы хвана, что буквально сейчас покрывают его молочную шею поцелуями, заставляя почувстовать табун мурашек и окунуться в поток похоти и желания. зажать мальчишку прямо перед важным интервью показалось ему весьма удачной идеей, но по началу младший её совсем не разделял: — хён, у меня сейчас совершенно нет времени на твои игры, давай не сейчас. — а я бы советовал прислушиваться к старшеньким, айэн-а. но как же быстро этот спор превращается в прекрасную картину в виде лежащего на его кровати любимого макнэ и просящего больше, чем просто поцелуи в самых чувствительных местах. хван ухмыляется, ведь любит дразниться, но всё ещё помнит о времени, поэтому пусть и нехотя, но отрывается, приподнимая тело брюнета так, что можно было бы снять с него верх. но и тут чонин спешит отказать, притягивая блондина за галстук и в шипит в самые губы: — снимай только низ, я заебусь надевать эту грёбанную рубашку ещё раз. старший хрипло смеётся, но всё ещё слушается парня, спускаясь ниже и устраивает руки на чужих бёдрах, стягивая надоедливые брюки прямо с боксерами. брюнет тихо фырчит, потому что движения были грубоватыми, но после этого следует облегчённый вздох, стоит только ткани перестать давить на возбуждение. хёнджин облизывается, тут же устремляя руку на аккуратный член и размазывает влагу по всей длине, заставляя колени макнэ дрогнуть, а губы протяжно застонать, показывая свою нетерпеливость. — х-хён, блять, — ян стыдливо колени сводит, будто прося прекратить эти мучения. — ну и где же мой властный айэн-и, м-м-м? — он отпускает чужой ствол, слизывая смазку со своей ладони. — кто же сейчас на вершине для тебя, милый? а чонин слишком упёртый, поэтому молчит, пока рука вновь не потянулась к его члену, тут же вырывая из него торопливое: — т-ты, пожалуйста, хён, у нас меньше часа. затем переворачивается на живот, по-блядски зад выпячивает и выгибается так, будто готов сломаться. хотя, хван явно топчет его гордость, пусть и в хорошем, на данный момент, смысле. блондин сколько раз задаёт этот вопрос младшему, а ответу довольствуется, прямо как в самый первый. теперь он на вершине. прямо над яном, чего добивался так долго. старший уже и сам не в силах держать себя в руках, поэтому припускает свой низ вместе с бельём и прижимается возбуждением прямо к сжатому сфинктеру и слегка толкается, но не проникает, лишь имитируя половой акт. после, ненадолго отстраняясь, тянется к тумбочке за лубрикантом, и, обильно смазывая свой член, вновь примыкает к желанному телу. — опять расстягивал себя, негодник? ты уже планировал сегодня? — парень резко вводит влажный большой палец в сфинктер, подтверждая свои догадки и быстро вынимает его, шлёпая темноволосого по ягодице. — поражаюсь тобой с каждым разом всё больше. ну же, постони ещё раз, шалун. ян, будто под чарами, подчиняется и стонет сладко, прям и выпрашивая у хёна желаемое. и получает его в ту же секунду, наконец-таки ощущает, как приятно его тугие стенки чужой член сжимают, принося чертовски приятные ощущения. — айщ, чего так сжимаешь-то? — блондин тихо шипит и поглаживает чонина по тонкой талии, пытаясь заставить младшего расслабиться. нин, издавая тяжёлый вздох, всё же поддаётся ему и позволяет хвану сделать пробные толчки. сам же руку на свой член перемещает, лениво надрачивая, потому что знает, что кончить способен и без рук, а времени на долгий секс у них уже попросту нет. — ох, айэн-и, как думаешь, твои хёны будут рады, если услышат и застанут нас за очень интересным делом? — толчки становятся чаще, задевая простату, а рука тянется к чужим волосам, оттягивая пару прядей на себя. — так что будь тише, хорошо? ответ поступает в виде приглушённого стона, а у джина с этого момента полностью крышу срывает, заставляя бедра двигаться резче, а член проникать гораздо глубже, а после и вовсе с удовольствием наблюдать, как его макнэ свободную руку кусает, сдерживая звуки наслаждения, однако помогало это не особо, если честно. блондин сжимает чужие бёдра настолько сильно, что вероятно, синяки останутся, но сейчас его мысли совершенно не об этом. такой красивый, желанный, нуждающийся в его ласках лисёнок, активно и так хорошо принимающий его член в себя, сводил старшего с ума, выбивая из самого себя же тихие рыки и постанывания, уж слишком ему хорошо. брать это тело — всё, что ему нужно сейчас. хёнджин смотрит, не отрывая глаз и чувствует себя самым счастливым. да, секс — это всегда дело хорошее, но для него это гораздо большее, чем просто уничтожение своей похоти. он отдаёт себя чонину целиком и полностью, а тот, естественно, делает это в ответ. да и факт, что он смог покорить «ту самую вершину» не мог не радовать, наконец-то приземляя его малыша на землю. именно там, где они сейчас могут быть равными. как же блондин скучал по этому, пусть с последней близости прошло не так много времени, да и обстоятельства были попроще. его ход мыслей прерывает тихий хрипловатый голос, прерывающийся постаныванием: — ох, я скоро, но хён, пожалуйста, ах, дай мне развернуться. — как пожелаешь, негодник. блондин ненадолго выходит, разворачивая яна на спину и проникает вновь, тут же накрывая чужие губы своими, но целует медленно и нежно, однако втрахивать парня в матрас ему это вовсе не мешает. чонин, уже не стараясь молчать, открыто стонет в губы напротив, вновь продолжая стимуляцию рукой. оргазм вот-вот настигнет его тело, и хван это прекрасно чувствует. старший с характерым чмоком отстраняется и желает взять это буквально смысле слова на себя, убирая чужую руку и обхватывает ствол, начиная быстро надрачивать младшему, но при этом сохраняя свой нынешний темп толчков. — ну же, кончи для меня, сладкий, — звучит с уст хёнджина так хрипло и сексуально, что ян не выдерживает. задрожав, младший вмиг прикрывает рот рукой, приглушая крик и выгибается в позвоночнике до хруста, обильно кончая на руку хвана. тот её быстро убирает, дабы капли спермы не оказались на его верхе и отдаётся оргазму следом, кончая внутрь паренька. тишина окутывает всю комнату и прерывается лишь тихим обрывистым дыханием двух обмякших парней. — сколько до интервью? — полусонным голосом бухтит чонин, прижимаясь к телу хёна. — двадцать одна минута, дорогой. — вот же чёрт, я же не успею собраться. да, может быть хёнджину никогда не быть на такой же вершине, что и макнэ, но зато он всегда может стать вершиной его красочных оргазмов. а чонин и не против. если и спускаться с «небес до земли», то только так. особенно, когда любит старшего настолько, что готов поделить эту вершину пополам.