Гимн смерти

— Я понимаю, что у вас шило в заднице, но как?.. Как можно столько действовать мне на нервы?! — словно рев разъяренного тигра пронесся по третьему этажу ГУ МВД. Сотрудники, проходившие мимо дверей майора, подпрыгнули и переглянулись. Обычно сдержанный и вполне дружелюбный старший по званию, не позволял себе повышать голос. Стало очень любопытно, кто мог настолько вывести из себя Крашенинникова, поэтому один из офицеров заглянул через приоткрытую дверь в кабинет начальства. То, что он там увидел, заставило его на мгновение отступить с широко раскрытыми глазами. — Там дети… — Чего? — его товарищ тоже подошел ближе. — Вы хоть понимаете, что натворили?! — Владимир Петрович как сумасшедший расхаживал перед группой старшеклассников, виновато опустивших головы. — Дядя Володя… — светловолосый парнишка без тени страха поднял голову и посмотрел прямо на майора. — Мы все прекрасно понимаем. Может, просто отпустите нас на этот раз? — Ты мне поговори еще! — зашипел на него мужчина и потряс какой-то папкой среднего размера перед лицом школьника. — Вот это — только одного тебя рук дело. И таких документов у меня на каждого из вас. Что теперь прикажете делать? Почему я всегда должен за вами подчищать?! — Так мы это… Не специально же, — робко заявила брюнетка, сдерживая белобрысого пожатием руки. — Дядя Володя, вы же знаете, что все совершенно случайно выходит. Мы бы, может, и хотели избавиться от этой ужасной привычки… Да все никак не выходит. — Черт бы вас побрал! — в сердцах кинул папку на стол и резко обернулся к двери. — Кто там? — Аникимов, шеф, — вытянулся по струнке и ввалился в кабинет. Перед ним раскрылась по истине редкая картина — по всему кабинету были разбросаны какие-то документы, горшок с цветком разбит на полу… И в центре всего этого хаоса сидят подростки, по виду которых не поймешь, малолетние они преступники или свидетели. Причем довольно-таки колоритная компания у них: светловолосый, рыжий, зеленоволосая, шатенка, брюнетка, парень с красивыми глазами и еще один, с загадочным выражением лица. И несмотря на виновато опущенные головы, в глаза бросается, что они вовсе не сожалеют. Скорее даже наоборот, гордятся собой. Это довольно странно. — Вы заняты, — тот же светловолосый приподнялся со своего места, не смотря на протестующие жесты его товарищей. — Да и нам уже пора по домам… А то шнурки снова будут вопросы задавать, мол, где были и все такое. Вы это, слово то сдержите, не говорите им ничего. Ладно? — Квитко, — шепотом позвал его рыжий парень и покачал головой, как бы предупреждая не говорить ничего лишнего. — А ты, Денис? — внезапно обернулся к нему майор. — Эти-то, я понимаю, почему поперлись туда. Но ты? Ты ведь только прилетел! — Ну… — парень покраснел и посмотрел на друзей, ища их поддержки. — Я его в это втянул. Но, честно, мы просто хотели прогуляться по улицам, — тут же выступил в защиту высокий парень с большими синими глазами. — Просто все так внезапно случилось, что у нас не было другого выбора. — Правда, — поддакнула зеленоволосая девчушка, чей вид свидетельствовал о ее принадлежности к такой субкультуре, как готы. — Там везде были камеры, так что проверьте их. Глядишь, и остальных гаденышей… ой, простите… преступников вычислим. — Ладно, — голос майора стал мягче. — Валите отсюда, пока я не передумал. Но, если вашим родителям я ничего и не сообщу, то генерал точно будет в курсе дела. Ты меня поняла? — Да ладно, — отмахнулась вмиг повеселевшая зеленоволосая. — Он, поди, уже давно узнал. Прослушку же никто не отменял! Она хитро подмигнула и первой вприпрыжку выскочила из кабинета. За ней, словно по дуновению ветра, скрылись и остальные. Крашенинников посмотрел на весь бардак, потом на все еще стоящего у дверей Аникимова и устало опустился в кресло. — Давай документы, — принял папку из внезапно затрясшихся рук офицера, — Позови сюда уборщицу. И Мурыжко. Скажи, что эти дети снова натворили дел. Пускай разберется…