Прикольно

      Ветер разрывает кожу на запястьях, выгрызенных из тьмы сумасшедшим.       -Ты в курсе, что псих конченный?       Ким Рок Су улыбается, другой Ким Рок Су, который изнутри чужой кровью вымазан и тысячи раз переписан своим отчаянием. Сияют глаза медлительным помутнением, расползаясь, взгляд потрошит пространство. Образ двоится, сверкают браслетами шрамы, которых не существует.       Мир, заточенный в голове, расколотый и разбитый.       -Весьма польщен.       Его плечи опущены, расслаблены тонкие пальцы, устало сцепленные на собственных костяшках в псевдомолитвенном жесте. Потому что Ким Рок Су богов ненавидит, не шлет молитвы — одни сплошные проклятия.       Ли Су Хек смотрит слишком внимательно, выжигает линии, контуры, штрихи, выучивая, запоминая каждое нелепое действие, чтобы его Ким Рок Су никогда не стал счастливым такой ценой.       Смерть ласково целует губы, пересчитывает ребра мимолетными касаниями, и ему страшно, что не досчитает, оставит Рок Су лишенным, калекой внутри опустошенного города. Тонкие запястья почти светятся, прозрачными тенями пропускают кровь в пустоту.       -Я страдал перед смертью?       Сколько помноженных ночей ты вспоминал,       -Да.       заставляя себя умирать снова и снова?       Ким Рок Су режет зрачками небо, отслаивает куски, к самой черноте подбираясь. Яркий голубой — ничего для него не значит. Оно такое же, одинаковое везде, куда не смотри, куда не вглядывайся, болезненными пятнами облаков разрешеченное, звездами продырявленное.       -Ты сделал мою жизнь проще.       Выгоревший Ли Су Хек сгорает снова, заживо, с еще большим пламенем. Рок Су лишь мрачно смеется, его кровавые губы лепестками бархатного безобразия тянутся, образуя половинчатую спираль полумесяца.       -Возможно. Я просто не хотел, чтобы они умерли.       И чтобы я вспоминал об этом?       Су Хек чертит разметку в воображении, на секунды жалкие задыхаясь. Как он мог позволить себе упасть на его глазах, так оступиться?       -Прикольно, наверное, было умереть.       Рок Су приподнимает бровь, выпуская недоверчивый смешок. Рай — это в любом случае прикольно, когда тебя не пытаются убить и сожрать. Прикольно, когда тебе не приходится испытывать чувство вины, бросая того, кто даже забыть этого не сможет.       Ли Су Хек себя не-себя уже с головы до ног ненавидит. Ведь, если смог тот он, значит и он сам сможет?       У Рок Су есть собаки, которые он спускать с поводка не намерен, душит, упирая под горло ткань. От них скелеты одни остались, в сонмы призраков превращенных. Су Хек слышит их вой: грустно, страшно и больно.       Мечта наивно скулит, пуская пузыри, тыкаясь кончиком носа в кромку воды. Смерть кошек не любит, топит в ведре, ломая хрупкие кости. Мечта Ким Рок Су мертвым ребенком на дне его глаз упокоена. Он следует внутрь себя, к могиле, которой в реальности не существует.       Это сделал с ним Ли Су Хек.       -Полагаешь? Тогда, возможно, страдал ты не так уж сильно.       Другой, перегоревший и потухший он оставил все, пока несчастное все тянуло к нему свои руки.       -Наверняка.       Ким Рок Су за выставленную ладонь хватается, поднимаясь с земли. Кладбище под стянутой кожей остается прежним.       Извиняться за это было бы неправильным, и неправильным бы было за это не извиниться.       Ли Су Хек благодарен, за то, что его спасли.       -Я не умру.       Пусть даже почти неживым, сейчас Ким Рок Су был счастлив.       -Даже, если это прикольно?       -Да, Кейл,- Су Хек смотрит внутрь раздробленного улыбающегося существа,- даже, если это будет моей последней стадией эйфории.