GON

- Геральт! Геральт, подожди меня! – Лютик поспешно перекинул лямку лютни через плечо и поспешил за ведьмаком. Геральт вел Плотву под уздцы немного прихрамывая. С очередного трупа на крупе лошади капала густая фиолетовая кровь. Капли тяжело падали в дорожную пыль. - Геральт! - Лютик прибавил ходу, нагоняя седовласого. Ведьмак не дал ему посмотреть на бой, отправив искать какую-то целебную травку в поле. Нужное растение Юлиан конечно нашел, но пропустил весь бой. И о чем теперь писать балладу? - Что? - Геральт даже не обернулся, но что-то насторожило барда. Хоть ведьмак его и недолюбливает, но обычно хоть оборачивается на него. Не полностью, с тихим раздражением в глазах, но оборачивается. Быстро догнав Плотву, юноша аккуратно дотронулся до плеча ведьмака. Тот опустил взгляд и поспешил отвернуться. - Вау! Какие эликсиры ты пил? У тебя после всех глаза чернеют или только после некоторых? – восторженно спросил бард, пытаясь снова поймать взгляд Геральта. - Зачем тебе? - Интересно. Ты не часто их пьешь. Они такие загадочные... Я сложу о них балладу! – воодушевился Лютик. Ведьмак неразборчиво хмыкнул и поморщился. Жагница успела его тяпнуть. Не сильно, но позаботиться о ране надо было. Хотя, когда они доедут до деревни, ведьмачья регенерация, подкрепленная эликсирами, уже заживит рану. Все таки не зря он отправил барда за подорожником. Жагница нашлась совсем недалеко, внизу по течению реки. Гибрид рака и богомола пять метров длиной противно стрекотал и шипел. Продолговатое тело было покрыто хитиновыми пластинами с отростками и шипами. Все это еще покрывал толстый слой ракушек с разными водорослями. Тварь сожрала несколько стад овец и множество людей. Геральт промок и испачкался в тине в перемешку с кишками твари. Лютику совершенно незачем лишний раз волноваться. А для баллад он напишет о другом чудовище. Лютик что-то играл на лютне и с задумчивым видом напевал текст, хмурясь и меняя слова. Геральт прикрыл глаза. Голос барда успокаивал и усыплял. Никто никогда не узнает, что грозный ведьмак успокаивался от нежного пения Лютика и засыпал сладким сном. Сном, без криповых кошмаров, где всех вокруг убивают чудовища и он ничего не может сделать. Или где убивают его самого. А еще хуже версии со смертью Лютика. От таких снов ведьмак подлетал на два метра, сразу хватаясь за меч. Юлиан неоднократно пугался от таких резких движений посреди ночи, но быстро успокаивался и опять начинал болтать. Геральт лишь морщился от неприятного остатка после сна и незаметно ложился ближе к барду. А вдруг и правда кто-то нападет? Через двадцать минут они наконец пришли в деревню. Отдав голову чудища и забрав деньги, Геральт поспешил в таверну. Рана не успела зажить, и рубашка продолжала впитывать кровь. Стоило наложить повязку, или еще лучше чтоб Лютик обработал рану. Геральт прикрыл глаза, вспоминая, как бард в первый раз жутко нервничал, но был максимально сосредоточен и смог отлично зашить рану. Ведьмак помнит, как наблюдал из-под прикрытых век за работой тонких пальцев. Помнит, что когда, под конец он закрыл глаза, Лютик осторожно прижался губами к свежему шву. Помнит, как было приятно и тепло в груди. По закону подлости оказалась только одна комната. Опять. Хотя какой закон подлости? Они бы все равно легли в одной комнате. Хотя, ради приличия надо сказать, что ведьмак не был против, но его настораживала реакция барда, который прикусывал губу и отводил взгляд. Заказав ужин и эль, парочка села за самый дальний стол. Лютик не пел, а что-то задумчиво писал на бумаге, постоянно что-то зачеркивая и задумываясь, начиная смотреть в никуда. Даже когда принесли тарелки с едой, бард не оторвался от своей излюбленной писанины. Геральт немного подождал, а потом аккуратно забрал перо из рук великого писателя. - Геральт, я пишу вообще-то... – Юлиан растерянно посмотрел на свою пустую руку. - Поешь и пиши дальше, - рявкнул ведьмак, принимаясь за еду. Бард решил, что это так сказываются эликсиры. Ну или просто Белому Волку надоел скрип пера. Ну или еще что-то. Ведь может быть такое? Скрип пера может надоесть, верно? И даже когда бард поел, ему не дали дописать, а утащили наверх, в комнату. За окном уже темнело и Лютик щурился, но не отрывался от бумаги. Свечи не шибко помогали. Пламя дрожало и помогало лишь немного ориентироваться в комнате. Геральт начал раздеваться. В груди что-то неприятно сжалось. Хотелось, чтобы Лютик смотрел на него и восхищался, а он сидит со своими чертовыми листиками. Ведьмак зашипел, когда случайно задел рубашкой края раны. - О, боже, Геральт, эта тварь ранила тебя! Почему ты сразу не сказал? – Обернувшись на странный звук, Лютик поспешно отложил листы в сторону и подошел к седовласому. Критически осмотрев рану, юноша достал из сумки бинты и пузырьки с мазями. За все годы путешествий он научился неплохо латать Геральта и даже самостоятельно делать некоторые эликсиры. Они, конечно, были совсем легкие по составу, ведьмак не давал барду что-то опасное. Но все равно, такая помощь значительно улучшала жизнь Белого Волка. - Хм... Лютик театрально закатил глаза на такой ответ и поспешил обработать рану. Это был не самый худший вариант раны, но все равно заставил Лютика понервничать. Тонкие музыкальные пальцы бережно нанесли мазь и перебинтовали мощный торс. - Вот и все, - Юлиан чуть отклонился назад, осматривая свою работу. Он сидел на кровати, что Геральту нравилось до безумия. Хотелось показать всем, что неугомонный бард уже занят: - Давай задержимся тут ненадолго? Завтра праздник намечается, я смогу много заработать. Интересно, какая баллада больше им понравится? Про тебя или про одинокого путника? Она тоже была достаточно популярна… - Хмм... - Геральт задул свечи и улегся на свою часть кровати. Юлиан немного помедлил, а затем последовал его примеру, собираясь устраиваться на полу. У Геральта достаточно серьезная рана, а кровать узкая, так что лучше Лютик поспит на полу, чем помешает ведьмаку. Не сахарный ведь. Не успел бард устроиться поудобнее, как сильные руки потянули его вверх, на кровать. - Спи тут. По полу дует. Петь не сможешь, – коротко объяснил свои действия ведьмак. - Ладно, - Лютик устроился поудобнее, замерев, когда почувствовал, что его прижали к сильному телу. Геральт уткнулся носом в аккуратные лопатки и с удовольствием втянул запах чужого тела. Хотелось подмять, впиться зубами, присвоить, подчинить… Привязать к себе и никуда не отпускать. - Геральт? - Спи, – тихо, но твердо пробурчал ведьмак. Барду ничего не осталось, кроме как повиноваться.