Мелочи

      Эмити всегда трепетно относилась к коллекциям, находя в любовании ими способ отвлечься от груза обязательств, налагаемых на неё дома и в школе. Предметы её особого интереса менялись с течением времени. Когда-то её сокровищем был симпатичный альбом, украшенный блёстками, в котором хранились фантики от любимых конфет девочки. В первые годы школы она заразилась всеобщей одержимостью наклейками, заведя тетрадь, куда помещала редчайшие экземпляры. Становясь старше, Эмити открыла для себя мир книг, и её личный музей превратился в стопку прочитанных романов. Однако ни одна из её коллекций не значила для неё так много, как та, что связывала её с Луз — той глупой человеческой девчонкой, к которой она так привязалась.       Это новое увлечение брало своё начало с ночи Грома, когда подруги стали королевами бала, победив грозное чудище. Танец, радость взволнованных зрителей, неловкие для Эмити объятья — в произошедшее было сложно поверить и значило оно для неё очень многое. Придя домой, она долго сидела на подоконнике, мечтательно обнимая шкатулку с короной внутри — самой драгоценной вещью, которая у неё теперь была. — Эмити, — обратилась к ней как-то в школе Луз, — не хочешь прогуляться после уроков?       Засмущавшись, та промямлила что-то вроде согласия, и подруга, одарив её широкой улыбкой, умчалась на занятие. Весь оставшийся день ведьма только и думала о предстоящем променаде, представляя возможные исходы событий. Когда уроки кончились, она тут же направилась к главному входу в здание школы, где её уже ждала Луз, нетерпеливо притоптывая ногой.       Прогулка оказалась достаточно заурядной. Подруги болтали на отвлечённые темы, прохаживаясь по небольшой поляне, — наверное, самому мирному месту на Кипящих Островах. «Хотя чего я ожидала?» — с долей скептицизма подумала Эмити, окидывая взглядом высокую траву и очертания деревьев вдали. Тут Луз, оживлённо рассказывавшая об очередной милой выходке Короля, прервала поток речи и, остановившись, указала на цветок, растущий у тропинки. Ведьма непонимающе вскинула бровь. — Смотри! — подруга наклонилась к растению, — ромашка! Какая красивая!       Сорвав её, Луз протянула цветок Эмити, округлившей глаза в замешательстве. Она неловко приняла подарок и всю оставшуюся прогулку, аккуратно держа в руках ромашку, с глуповатой улыбкой слушала истории приятельницы. Обнявшись на прощание, они разошлись, и ведьма поспешно направилась к дому, чтобы поскорее оказаться в своей комнате и побыть наедине с трепещущим сердцем.       Закрывшись у себя, чтобы брат и сестра не лезли с навязчивыми вопросами, Эмити достала самую толстую книгу, раскрыла её на одной из последних страниц и бережно вложила в разворот ромашку — засушить цветок и увековечить его показалось ей замечательной идеей. Спустя какое-то время подарок оказался в шкатулке, разделив тесное пространство с короной королевы Грома.       Шли дни, и маленькая сокровищница постепенно наполнялась. Был обеденный перерыв, и Эмити, наполовину погружённая в учебник, краем уха слушала беседу Луз и Уиллоу. Говорили они то о предстоящей контрольной по какому-то из предметов, то о воскресной ярмарке, куда должны были приехать лучшие представители ковена иллюзий и которую с таким предвкушением ждал Гас, — темы сменяли одна другую. Эмити устало подняла глаза на друзей, думая о том, что готовиться к уроку при таком щебете она не может, но уходить тоже не хотелось: компания была ей приятна. Погружённая в мысли, она остановила взгляд на шоколадной конфете, которую держала в руке Луз. Интереса к этому предмету ведьма не испытывала, но заметив, куда был направлен её взор, человеческая девочка поняла обратное. Выпрямив спину, она указала на конфету, сказав: — Моя любимая! Хочешь попробовать? — и достала ещё одну из ланч-бокса.       Эмити закрыла учебник, в спешке забыв оставить закладку на нужной странице, и с несвойственным ей нетерпением взяла предложенное. Она уделила несколько мгновений изучению фантика: ярко-оранжевого, с крупной надписью и восклицательным знаком — под стать любительнице сладкого. Осторожно достав конфету из обёртки, ведьма попробовала кусочек. Собственно, ничего необычного — обыкновенная шоколадка. — Как тебе? — с любопытством подалась через стол Луз. — Вполне, — улыбнулась ей Эмити, доедая конфету.       Подруга просияла и радостно продолжила разговор с Уиллоу, принявшись обсуждать сладости, которые недавно купила Ида. Эмити опустила взгляд на фантик. «Любимая шоколадка? — подумала она, — надо будет запомнить». Чтобы не потерять нужное название, ведьма вложила обёртку в учебник.       Вечером, сосредоточенно склонившись над тетрадями, Эмити полностью погрузилась в учёбу, откинув все посторонние мысли. Закончив одно из заданий, она потянулась в портфель за нужным пособием, параграф которого им задали законспектировать. Книгу она доставала небрежно, так что что-то, видимо, лежавшее между страницами, выпало и неспешно спланировало на ковёр. Заметив это, ведьма наклонилась и подняла загадочный предмет, которым оказался ярко-оранжевый фантик. Вспомнив про его важность, Эмити взволнованно разгладила его складки. Она решила отложить учёбу и, встав со стула, одним скачком оказалась у шкафа, на полке которого стояла шкатулка. Ведьма взяла её и с осторожностью, словно та могла разбиться от грубого прикосновения, понесла к кровати. Удобно устроившись на подушке, она взволнованно открыла шкатулку. Та была почти пустая: корона, засушенная ромашка — всего-то. Но вот теперь к ним прибавилось и новое сокровище — фантик от любимой конфеты Луз. Тоскливо вздохнув, Эмити положила его в шкатулку и, мечтательно окидывая взглядом её содержимое, какое-то время ещё сидела на кровати.       Где-то спустя неделю Луз предложила подруге прийти в гости и уютно провести вместе вечер. Ида уходила по делам, забирая Короля с собой, так что дом был полностью в их распоряжении. Эмити долго готовилась ко встрече: вновь и вновь рисовала стрелки на глазах, поправляла причёску, перемеряла одежду. И всё же пунктуальность не позволила ей задержаться, и сказав родителям, что уходит в библиотеку, она поспешила к Совиному дому.       Место это всегда поражало её. Оно так и веяло загадкой, разгадать которую было страшно. Пройдя по тропинке к зданию, ведьма остановилась у двери и, боязливо помявшись на месте, постучала. Дверь открылась моментально, и на пороге показалась Луз, одетая в костюм выдры. Эмити опешила от такого вида подруги, но решила не задавать вопросов. К тому же объяснение последовало почти сразу. — Узнаёшь? — человеческая девочка обхватила ладонями-лапами свои щёки, — я хотела надеть это на бал, но, пожалуй, дружеские посиделки — более подходящий случай.       Эмити слегка улыбнулась, сдерживая отчаянье, охватившее её от слова «дружеские». Не заметив её рассеянного взгляда, Луз схватила гостью за руку и повела её на кухню, чтобы налить сок. Они молча выпили по стакану, и тишина показалась ведьме донельзя неловкой. — Не хочешь порисовать? — первой заговорила её подруга.       Не дождавшись ответа, Луз выбежала из комнаты и вскоре позвала Эмити в гостиную, где уже разложила на столике бумагу и карандаши. Плюхнувшись на диван, выдра тут же принялась творить, бормоча что-то себе под нос. Гостья аккуратно присела рядом, взяла карандаш и в растерянности посмотрела на белый лист, лежащий перед ней. Рисовать при ком-то и показывать свои произведения ей было неловко. Луз оторвалась от занимательного процесса и посмотрела на смущённую Эмити. — Не знаешь, что нарисовать? — с участием спросила она. — Да так… — моргнула ведьма и склонилась над листом, — а у тебя что будет? — Сюрприз! — хихикнула подруга и закрыла ладонью лист.       Эмити тихо засмеялась и с нежной улыбкой отвернулась, решив не мешать Луз. Над темой рисунка она думала немало и в итоге остановилась на зачинательнице всего этого занятия. Костюм выдры рисовать оказалось достаточно сложно, но в целом ведьма была довольна тем, что у неё выходило. Сама подруга уже закончила и, перевернув лист чистой стороной вверх, ждала, когда гостья тоже завершит своё творение. Спешно раскрасив рисунок, Эмити тоже перевернула его. — На счёт «три»? — Луз с готовностью взялась за свой лист.       Ведьма кивнула. — Раз, два… три!       Они обе перевернули рисунки, показывая друг другу результат: девочку-выдру с надписью «Не воровать!» сбоку и Гекату, разве что выглядела вторая как-то неправильно. Эмити внимательно посмотрела на рисунок подруги. Черты героини любимой книги были налицо, но в то же время она напоминала кого-то ещё. Луз заметила замешательство и, подвинувшись поближе к гостье, пояснила: — Это ты в виде Гекаты!       Ведьма вспыхнула, а выдра продолжила объяснение: — Просто раньше, когда мы ещё не были друзьями, мы были очень похожи на Азуру и Гекату в первых книгах, но потом мы тоже стали «союзницами» — понимаешь? Поэтому я решила нарисовать тебя в виде одной из нас… то есть одной из них. Тебе нравится? — Очень! — тут же воскликнула Эмити, — я же могу это забрать?       Луз было приятно видеть, что её творение настолько понравилось подруге. — Конечно… — смущённо ответила она, положив Гекату на стол, — а твой рисунок? Это я?       Ведьма повернула лист, который держала в руках, к себе лицом, словно забыла, что сама же нарисовала. Она перевела взгляд на любопытствующую и кивнула. Луз одарила её улыбкой, попросив показать портрет поближе, и Эмити подрагивающими руками протянула ей своё творение. — Потрясающе! А какие тени! — похвалила её подруга и прижала рисунок к себе, — как забавно, что мы обе нарисовали друг друга!       Ведьма с трудом сдержала взволнованный смешок, прикрыв рот ладонью.       Остаток вечера они провели в разговорах о любимых моментах из книг про Азуру и рассуждениях о том, почему выдры такие милые. Вскоре вернулась Ида с Королём, заснувшим у неё на руках, и Эмити решила, что ей уже пора идти. Не забыв о рисунке, она попрощалась с обитателями Совиного дома и направилась домой.       Родители укорили ведьму за то, что та вернулась поздно. Выслушав замечание, она виновато потупилась и поспешила к себе в комнату. Оказавшись одна, Эмити достала из сумки рисунок. Ей очень хотелось оставить его на видном месте, чтобы любоваться значимым для неё подарком. Однако опасаясь того, что Эдрик и Эмира могут излишне заинтересоваться подобным, она решила положить его в шкатулку — там он останется её секретом.       Поставив на стол и с любовью открыв сокровищницу, она поместила в неё сложенный пополам лист. Только сейчас Эмити начала осознавать, что у неё складывалась настоящая коллекция вещиц, что связывали её с Луз, — пожалуй, самая дорогая ей коллекция. Наклейки можно обменять, книги — сдать в библиотеку. То же, что лежало сейчас перед ней, было неповторимым, слишком ценным, чтобы расстаться с ним. Улыбнувшись, ведьма подумала о том, сколько всего ещё может оказаться в этой шкатулке — мелочей, особенных для неё, ведь именно мелочи иногда значат для нас так много. Дружба, любовь — не важно, они не всегда проявляются в грандиозных поступках. Симпатичный цветок, предложение любимой конфеты, старание, вложенное в скромный подарок, — вот те маленькие детали, показывающие настоящую привязанность.       Закрыв шкатулку, Эмити поставила её на место. Уже было действительно поздно, а завтра — школа. Она переоделась, выключила свет и легла, думая о том, какая мелочь ожидает её, может быть, уже даже завтра.