Змеиный треугольник

Вот уже почти полчаса Драко нервно расхаживал из угла в угол, не находя себе места в ожидании назначенной встречи с Гарри. - Прекращай мельтешить, лучше сядь и постарайся успокоиться, - сделал замечание Люциус, которому порядком надоела нервозность сына. Он, конечно, прекрасно понимал его чувства, и сам сидел чересчур напряженный, постукивая пальцами о край стола. Однако снующий туда-сюда Драко лишь подливал масла в огонь, при этом, вдобавок ко всему прочему, вызывая жгучую мигрень. - Да как успокоиться, отец! А вдруг он не придёт? Это же Поттер, он вечно сам себе на уме, - возмутился блондин, но приказ отца выполнил, присаживаясь в кресло напротив. За те пару дней, что Поттер старательно избегал их, они изрядно устали, пытаясь выяснить причину такого поведения. Ведь их расставание не предвещало ничего такого, наоборот, они расставались с ленцой, обещая друг другу встретиться в скором времени. А, в конечном итоге, Гарри исчезал с их горизонта, стоило лишь им его заметить. Драко давалось сложнее всего эти дни, ведь им с гриффиндорцем приходилось встречаться на занятиях. И каждый раз Малфой-младший порывался схватить Поттера и как следует врезать ему по смазливой мордашке за все потраченные нервы. А после, в присутствии свидетелей, показать, кому он принадлежит. Но парню приходилось каждый раз себя одёргивать, боясь таким поступком ещё больше оттолкнуть от себя брюнета. Отношения с отцом в эти дни были тоже довольно напряжены, Драко не мог подпустить к себе Люциуса, выстраивая между ними стену. Он подозревал, что именно из-за их совместного натиска, Гарри и избегает их, испугавшись подобных отношений или просто посчитав недопустимыми. И теперь оба Малфоя с нетерпением ожидали, когда же наступят злополучные семь часов, на которые была назначена встреча. - А если он не придёт, то мы сами явимся к нему, и тогда ему точно не поздоровится, - с хищным оскалом проговорил мужчина – неделю сидеть не сможет. - А что, если… - договорить Драко не успел, так как в дверь, наконец-то, постучали, оповещая всех о прибытии долгожданного гостя. - Заходите, Поттер! - произнес Люциус, весь подбираясь и вновь становясь высокомерным аристократом, за маской которого сложно было распознать настоящие чувства. - Добрый вечер, профессор, вызывали? – с осторожностью вошел брюнет, оглядываясь по сторонам и пытаясь проанализировать, что его ожидает. Заметив так же присутствующего в комнате Драко, Гарри понял, что разговор пойдет не только об учебе, отчего он ещё больше напрягся. - Вызывал. Позвольте мне узнать, мистер Поттер, почему вы своевольно решили, что посещение моего предмета не является обязательным, или возможно вы возомнили, что раз вы одержали победу над Вол-Де-Мортом, то уже всё знаете? – Люциус всё же не смог сдержать эмоции, которые выходили из-под контроля в присутствии двоих дорогих ему людей. Он искренне не желал с самого начала переходить в наступление, но стоило лишь увидеть юношу, что с подозрением смотрел на них, как все его маски полетели к чертям. - Нет, профессор, я так не считаю, и заверяю вас, что впредь не буду пропускать ваши занятия без уважительной на то причины. Если это всё, что вы хотели от меня узнать, то я, пожалуй, откланяюсь, - с нотками язвительности произнес юноша, разворачиваясь, чтобы покинуть класс, а точнее, просто сбежать. - Не так быстро. Не думал же ты, что так легко отделаешься от меня? - А что, снова решите отшлёпать меня? - в голосе теперь послышались нотки иронии. - Забываетесь, Поттер. Помните, с кем вы разговариваете, - всё сильнее раздражался мужчина, понимая, что спокойного разговора у них не выйдет. - Я прекрасно помню, с кем веду диалог, - шикнул Гарри, взглядом метая молнии в Люциуса, - с бывшим Пожирателем Смерти, решившим, что неплохо устроить какие-то игры и потешить своё эго в стенах учебного заведения. Удобно, наверное, когда жены нет рядом, и она не сможет застукать вас! – чуть ли не выплюнул свои обвинения Поттер, ноздри которого начали раздуваться от гнева, а душу - заполнять обида, при мысли, что Гермиона всё же была права, и Малфои лишь играли им. - Вы отдаете себе отчет в том, что вы несете? – вскочил со своего места Люциус, бросая беглый взгляд на побледневшего Драко, который до этого момента сидел притихший в кресле, пытаясь не вмешиваться. – Причем здесь вообще моя жена? - А что, хотите сказать, что Нарцисса знает о ваших играх с собственным сыном, или у вас это является нормой? Так я вам напомню, что помимо этого, вы переспали со своим учеником, или это тоже норма? – перешел на повышенный тон Поттер, и когда, наконец, он озвучил все свои вопросы, ему прилетела звонкая пощечина от Драко, который незаметно для Гарри оказался перед ним. - Совсем идиот? – тихо прошептал он, - мы тут себе места не находили, пытаясь понять, что сделали не так, а ты пришел и обвиняешь нас непонятно в чём. Мы может и не пример для подражания, но уж точно не те, кем ты нас представляешь. - Драко… - весь пыл угас в мгновение ока, стоило только Гарри обратить внимание на измученный вид слизеринца. - Что, Поттер, понял, что бывшие Пожиратели тебе не ровня, и решил таким образом избавиться от нас? - Я не… я думал… - растерянно бормотал брюнет, окончательно запутавшись в себе и в ситуации в целом. - Вы и думать - понятия несовместимые, - едко заметил Люциус, который уже потихоньку начал осознавать причину всего этого цирка, - так, признавайтесь, кто вас надоумил на эту выходку? Драко с удивлением взглянул на отца, не понимая о чем тот говорит, а потом вновь повернулся к Поттеру, с подозрением вглядываясь ему в глаза, готовясь в любой момент запустить в него какое-нибудь темное проклятия, стоит лишь тому опять сказать что-то едкое. - Никто меня не надоумил, - вновь вспыхнул Гарри, задетый словами мужчины, однако признавать его правоту он не спешил. – Хотите сказать, что я не прав, и это не было игрой? - А как вы сами считаете? - Не знаю, я уже ничего не знаю, - прошептал парень. Плечи его вмиг осунулись, а голова опустилась, говоря о том, как сильно он измотан. Люциус не спеша вышел из-за рабочего стола и, подойдя к обоим юношам, заключил одного из них в свои объятия, решив, что пора прекращать это представление и расставить все точки над «и». - Гарри, никто не играл с тобой. Тот вечер, не скрою, был запланирован мной и Драко, но лишь для того, чтобы наконец-то завлечь тебя в свои сети и больше не отпускать. Ты нужен нам. И мне, и Драко – решил на всякий случай уточнить мужчина, взглядом показывая сыну, чтобы он присоединялся к ним. И вот уже оба Малфоя обнимают истеричного гриффиндорца. - А как же Нарцисса, и невеста Драко… - Какая ещё невеста? – слизеринец аж поперхнулся от неожиданности. - Ну… ты, по-любому, помолвлен с кем-то, у вас, чистокровных, так принято же, - припоминая слова Гермионы, уточнил Поттер. - Принято, не спорю, но это не обязательно, и в моём случае отец позволил мне самому решать, с кем мне быть. - А насчёт Нарциссы, - вмешался Малфой-старший – она является моей женой лишь номинально, для меня она, скорее, верная подруга и соратница, подарившая мне Драко. Она всегда знала о моих предпочтениях и будет рада узнать, что я нашел своё счастье. - И насчет Драко знает? – не унимался брюнет, решивший выяснить всё до конца, чтобы вновь не возвращаться к этой теме, однако слова мужчины грели его душу, и Гарри заставлял себя сдерживать улыбку, которая так и стремилась расползтись на его лице. - Не знает, - признался мужчина – но я уж как-нибудь разберусь с этим вопросом, не волнуйся. Так или иначе, она не помешает нам. - Значит, вы не играли? - в очередной раз задал вопрос Гарри, пытаясь понять, взаправду ли это. - Конечно, нет, глупый ты гриффиндорец, - язвительно произнес Драко, ещё крепче обнимая брюнета, - ещё раз скажешь такую глупость, и точно воплотим отцовское наказание в реальность. - Какое ещё наказание? - Да так… - уклончиво ответил парень, переглядываясь с мужчиной и подмигивая ему. Поттер косо посмотрел на чересчур хитрых блондинов, в чьих глазах плясали чертята, и нутром почувствовал, что наказание светило его многострадальной заднице. Такой расклад его не особо устраивал, и он поспешил заткнуться. - Ну, раз мы во всем разобрались, тогда, может, стоит перейти к примирительной части? – предложил Драко, а после уточнил – к бурной, страстной примирительной части – при этом на его губах расплылась проказническая улыбка. - Извращенец, - прокомментировал Поттер, скрывая за своими словами смущение и нежелание показывать, как сильно ему понравилось прозвучавшее предложение. Однако оба Малфоя уже не слушали его, и, схватив Поттера в охапку, они прямиком направились в покои профессора ЗоТИ, чтобы наконец-то приступить к лучшей части ссоры, а точнее - к примирению. *** После ссоры с последующими бурными извинениями друг перед другом прошло уже чуть больше месяца, и подступал конец октября. Гарри почти каждую ночь тайком покидал гриффиндорскую башню, и, словно шпион, прокрадывался в личные апартаменты Люциуса Малфоя, где его уже, конечно, поджидали оба мужчины. Они часами проводили в обществе друг друга, ведя разговоры на всевозможные темы или просто балуясь. И, конечно же, чаще всего, всё заканчивалось страстным сексом, после которого они все вместе засыпали в одной постели. А на рассвете Поттеру вновь приходилось возвращаться к себе, дабы никто не заподозрил его в ночных вылазках. Конечно, такой образ жизни очень сильно выматывал, недосып зачастую сказывался на внимании всех троих. Однако они понимали, что пока еще не время распространяться об их отношениях. Никто не поймет, так ещё и осудят. Но, несмотря на все трудности, Гарри светился от счастья, его мечтательная улыбка и неровная походка зачастую вызывали уйму вопросов со стороны друзей, но гриффиндорец каждый раз отмалчивался или придумывал очередную байку. Веселее всего проходили уроки ЗоТИ. Разумеется, индивидуальные занятия проходили четко по расписанию, при этом зачастую заканчиваясь в довольно интимных позах. А вот групповые занятия, на которые Гарри приходил по большей части для спаррингов, походили на целое представления в лице трех актеров. Они старательно пытались не выдать своих чувств, но при этом как малолетние идиоты, которым отбила все мозги первая влюблённость, стремились раз за разом встретиться глазами или прикоснуться друг к другу. Всё это зачастую вызывало тихие смешки у присутствующих, наблюдавших за тем, как в очередной раз Гарри или Драко устраивали потасовку, во время которой вдоволь умудрялись облапать друг друга. И лишь Гермиона, наблюдая за этими представлениями, продолжала косо смотреть на Малфоев, убежденная в том, что они лишь играют с чувствами её друга, который столь доверчиво впустил их в свою жизнь. Однако и вмешиваться она больше не спешила - Гарри дал чётко ей понять, что дружба - дружбой, но со своей личной жизнью он разберётся сам. *** В один из вечеров, когда все студенты вновь собрались в большом зале на ужине, директор школы Минерва Макгонагалл решила сделать небольшое заявления, которое привело всех в неописуемый восторг. - Дорогие студенты, я рада вам объявить, что в этом году по традиции нашей школы, пройдет осенний бал в честь Хэллоуина. События прошлого года нам не позволили провести этот чудесный праздник, так что в этом году мы обязаны наверстать упущенное, - торжественно произнесла она. - Ах да, ещё хотела бы сделать важную пометку: бал будут открывать выпускники нашей школы, которые не смогли окончить обучение в прошлом году, и поведёт их Гарри Поттер. И тут же по залу раздался оглушительный шквал аплодисментов, свиста и других проявлений радости студентов. Один только Гарри горестно вздохнул, утыкаясь в свою тарелку. На его голову свалилась очередная дилемма в виде выбора пары на бал. Не позовет же он Драко или, уж тем более, Люциуса. И дело было даже не в том, что они - Малфои, чья фамилия ассоциировалась с бывшими Пожирателями Смерти. Проблема заключалась в том, что магическое общество хоть и было достаточно толерантным, и спокойно относилось к таким парам, но всё же считало необходимым соблюдать традиции, в частности и в том, что на бал нужно приглашать девушек. Брюнет приподнял опечаленный взгляд от стола и тут же встретился с такими дорогими и родными глазами, которые одобряюще ему подмигивали, вселяя надежду на то, что всё будет замечательно. Тем же вечером они втроем сидели перед камином, Гарри удобно расположился в объятиях Люциуса , а на его коленях расположилась голова Драко, который довольно жмурился от прикосновений брюнета, методично перебиравшего белобрысые прядки волос. - Да не парся ты так, - лениво протянул слизеринец, который уже битых десять минут пытался вместе с Малфоем-старшим объяснить Поттеру, что в предстоящем балу нет ничего страшного – пригласим каких-нибудь девчонок, исполним свой долг в виде первого танца, и дело с концом. Потом делай, что хочешь. - Ты не понимаешь, - как попугайчик повторял Гарри – я не готов танцевать с какой-то девчонкой, только потому, что так обязала Минерва. Что за дурацкие традиции, не позволяющие пригласить человека, которого я люблю! – выпалил Поттер, и только через пять секунд до него дошло, что он незапланированно признался в своих чувствах, о которых до этого так открыто не заявлял. - Любишь? – хором спросили Малфои. - Люблю! – браво заявил парень и тут же покрылся пятнами смущения и смятения. А вдруг его чувства не взаимны? - И мы тебя любим, Гарри, - прошептал на ухо юноше Люциус, проходясь по его шее легкими поцелуями в знак признательности за его открытость. - Обещаю, ты ещё пригласишь нас на танец, и мы обязательно согласимся, а пока давай не будем шокировать общество и обойдемся малой кровью. Я верю, ты справишься и выдержишь один единственный танец. К тому же, ты ведь сам можешь выбрать себе партнершу на вечер. Так выбери ту, с кем тебе будет менее всего неприятно. Гарри был благодарен Люциусу, который в очередной раз нашел нужные слова, чтобы его поддержать. В их трио мужчина был центральным звеном, которое всегда могло сбалансировать двух молодых и, зачастую, чересчур вспыльчивых парней. Драко же в этот момент любовался своими мужчинами, радуясь, что в своё время решился попробовать отношения с собственным отцом и не прогадал. Он оказался тем, кого так не доставало, когда юноша задумывался об отношениях с Поттером . И в этот момент, смотря на них, он с уверенностью мог сказать, что они преодолеют все проблемы и смогут сохранить свои отношения.