Обязательно

— Да ладно, серьёзно что ли, даже из аэропорта выйти не дадут? — бормочет Генри себе под нос, замечая краем глаза сотрудников службы безопасности, выходящих из-за угла стены в нескольких метрах от стойки паспортного контроля, у которой стоят они с Алексом. Он легонько пихает Алекса локтём, а когда тот поворачивается к нему, дёргает подбородком в сторону, откуда приближаются представители правопорядка. «За тобой,» — говорит взгляд Фокса, Алекс разворачивает голову и выпускает тихий раздраженный вздох. Ну конечно, за ним, за кем же ещё. Им итак весь полёт пришлось отгораживаться от вспышек камер журналистов, которые выкупили билеты на тот же рейс, едва только появилась информация о том, что на нём Александр Клермон-Диаз вернётся домой, а тут ещё и такой тёплый приём. Хотя, им уже впору привыкнуть. Генри знал, что быть женихом известного политика будет непросто. Но быть женихом главного оппозиционного политика страны — это совершенно новый уровень непростого. Согласился ли бы он на это всё, если бы знал, что его ждёт? Сам Генри считает, что согласился бы, потому что несмотря на все тяжести, что приносит им такая жизнь, Генри верит в Алекса, верит в то, что он делает что-то очень важное, и ничто не способно это изменить. Алекс глубоко вздыхает и разворачивается обратно к стойке регистрации, он всё также спокоен и уверен, как и минуту назад, только теперь ещё и слегка огорчён. Он уже напредставлял себе тёплую ванну и спокойный вечер в кругу семьи, хоть и знал, что шансы на то, что эти мечты воплотятся в реальность, довольно малы. Чем ближе подходят полицеские, тем громче в голове звучат до дыр заученные ответы, просьбы поговорить с адвокатом и название книжки, которую он попросит Генри принести ему, когда они увидятся в следующий раз. Алекс нутром чувствует, что в этот раз он не отделается пятнадцатью сутками. Генри не то чтобы разочарован, просто он думал, что у них будет чуть больше времени, но обстоятельства складываются иначе. Им действительно это всё не впервой, поэтому Фокс не пугается, когда полицейские подходят совсем близко, не пугается, когда чувствует как толпа людей окружает их со всех сторон, не пугается, когда Алекс оглядывается по сторонам и, понимая, что пора прощаться, тянется к нему с поцелуем в щёку и виноватым выражением лица. Генри же, почувствовав тёплые губы Алекса на своей щеке, чуть застывает, думая о том, что он хотел бы продлить этот момент хоть немного, хоть чуть-чуть. Прощания всегда давались ему несколько болезненно, пусть Алекс и делал всё, чтобы убедить его в том, что они снова увидятся в скорейшем времени, Генри знает, что ситуация не всегда идёт по плану. Фокс притягивает своего недоделанного правонарушителя ближе, рукой обвевая шею, обнимая крепко-крепко. Алекс тут же отвечает, прижимая Генри к себе также сильно и выдыхая ему на ухо: «Почеши Дэвиду за ушком от меня». Генри прыскает ему в плечо, шепча обнадёживающее «обязательно» и чуть приподнимает голову, чтобы потереться своей щекой о щёку Алекса. Они застывают в таком положении лишь на мгновение, прежде чем Алекс сам отстраняется. Это не первое их скомканное прощание, да что уж там, если быть совсем честными, то это и в топ-10 не войдёт, однако у Генри внутри все равно всё сжимается от того, что он не знает, когда им удастся в следующий раз увидеться вживую. Пока на него надевают наручники, Алекс в последний раз глазами ловит взгляд Генри и чуть улыбается, беззвучно транслируя: «всё будет хорошо». Его уводят спустя секунду, и Генри остаётся лишь смотреть ему вслед, на мерцающий кусок ярко-зелёной куртки и беспорядочные кудряшки, торчащие из-за спин сотрудников полиции.