Не то, чем кажется

Давным — давно, в одном прекрасном и большом королевстве, где все процветало в гармонии и порядке, жили — были король и королева, правящие уже долгое время. Его величество король очень любил свою страну и подданных, что населяли ее. Народ кланялся своему правителю, подаривший людям долгих лет спокойной жизни, не ведая кровопролитных войн, болезней и голода. Но, несмотря на спокойное правление свое, король был ужасно опечален отсутствием маленьких топающих ножек по его дворцу и звонкого смеха, словно звенящие колокольчики — продлевая жизнь лишь своим звучанием. Сколько бы они не пытались с королевой подарить этому свету наследника престола, все было совершенно напрасно. Однако, спустя долгие годы ожидания и надежд, процветающее царство ожидало самое настоящее божье благословение. Появился на свет его высочество наследный принц. Словно маленький нежный цветочек, был столь хрупок, нежен, и в свое первое появление на свет, одарил этот мир теплой улыбкой и звонким детским смехом. К несчастью, королю не пришлось долго радоваться столь счастливому известию. Его прекрасная супруга, что подарила жизнь их такому же прекрасному дитя, отошла в мир иной, не выдержав появление на свет своего чада. Поглощенный своим горем, король поклялся оберегать своего сына от всех бед, не выпуская его из дворца, ведь ребенок стал последним смыслом жизни Монарха. Годы шли, а его высочество рос и хорошел собою. С каждым днем, он все больше походил на свою добрую, нежную мать. Конечно же, с возрастом росло и его любопытство. Принц хотел увидеть свет, желал узнать, что находится вне каменных и холодных стен замка, желал путешествовать по всей стране и спокойно общаться с простым людом. Ведь за прошедшее время, никто так и не узнал, как выглядит отпрыск королевских кровей. Король не разделял амбиций своего сына и наотрез отказался выпускать его на волю, боясь потерять своего преемника, что скрашивал его серое и потерянное существование после того, как королева покинула этот свет. После множественных побегов настойчивого юноши, терпение короля не выдержало. И в возрасте восемнадцати лет, наследный принц был заточен в высокой башне под надзором не просто кого-то, а великого, могущественного и страшного дракона. Откуда дракон появился — никто знать не мог. Было покрыто мраком тайны и то, как его величество смог договориться со столь опасным и громадным чудищем. Говорят, ящер был жестоким и поистине беспощадным монстром, что не жалел ни одной души, желающей спасти принца от тоски и одиночества в холодной, высокой башне. Многие рыцари пытались блеснуть отвагой и своей удачей в сражении с драконом. Но никто не выстоял перед гигантскими устрашающими когтями и невероятно мощной силой белоснежного ящера.

***

Именно так звучала легенда о прекрасном юном принце, что томится в высокой башне под взором страшного чудовища вот уже на протяжении долгих столетий. Эту старую, но такую чарующую историю рассказывали вот уже множество поколений. Она передавалась из уст в уста от матерей, что любили пересказывать легенду своим детям. Изменилось лишь то, что того самого процветающего и не знающего бед королевства больше нет, однако ходит молва, что та самая холодная и высокая башня все еще существует, а дракон продолжает держать в плену прекрасного юношу, для которого время будто бы остановилось. Проникшиеся этой сказкой дети играли целыми днями в доблестных рыцарей, делали себе деревянные мечи и мечтали, что когда-нибудь тоже отправятся спасать его высочество от ужасного бедствия. Мо Жань в очередной раз наблюдая за одним из таких представлений, повел бровью. Уже будучи зрелым и сформировавшимся молодым человеком двадцати двух лет, он не понимал какого это - грезить о столь глупых сказках днями напролет. Ведь если вернуться в детство, Мо Вэйюю только и приходилось, что тратить целый день на поиски хоть какой-то еды, даже если это будут лишь ошметки, выброшенные где-то в грязном переулке. О добыче чистой воды даже и говорить не приходилось, повезет, если он найдет небольшую лужу, что проливалась недалеко от канавы. Не спасала его даже матушка, что из кожи вон лезла, лишь бы заработать хоть один медяк. Заработанных грошей не хватало даже на одну паровую булочку, что каждый день выпекал жадный полный пекарь в своей лавке  недалеко от захудалого, заброшенного сарая, где они с мамой пытались прожить очередной день. Вскоре от переутомления матушка слегла, а еще полгода спустя умерла. И Мо Жаню оставалось лишь только выживать самому, получая, наконец, свою порцию объедков за победу в жестокой борьбе с дворовыми псами. После нескольких лет таких скитаний, его приютил один фермер, что зарабатывал себе на жизнь выращиванием пшеницы, да пары корнеплодов. Старик этот был мягкотелым и слабым, оставшихся сил в его возрасте хватало только на то, чтобы прокормить еще один появившийся рот. Поэтому, все оставшееся хозяйство на себя брал маленький Жань. Но и этого хватало мальчику-сироте, уставшему выживать на холодных и сырых улицах всю свою жизнь, впервые познавшему хоть какой-то теплый кров и заботу за последние годы. Чуть позже, когда подросший пятнадцатилетний юноша немного познал мир, он решил стать бравым рыцарем, что по разговорам людей, совершают множество подвигов, имеют огромную славу и богатства. Именно последнее заставило паренька возжелать утереть всем нос и доказать, что он тоже достоин купаться в море славы и денег. Найдя среди кучи старого металлолома одну пластину железа — слегка покрытую на конце ржавчиной — Вэйюй отточил ее и сделал свой первый меч. С огнем в глазах он тренировался каждый день, не жалея себя.

***

Уже, будучи рыцарем, Мо Жань оставался непреклонным реалистом и никогда не верил в детские сказки. Если подумать, то не только дети мечтали проверить реальность легенды о наследном принце. Было немало мужчин и юнцов, что отправлялись на поиски этой башни. Парню же, было все равно на эту глупую, по его мнению, выдумку. Он считал, что нет никакой башни, где который год проживает некий его высочество. У него и так уже за плечами несколько серьезных подвигов, благодаря которым он возымел возможность прославиться и иметь довольно неплохое вознаграждение за каждый из них. К тому же, Мо Вейюй был очень хорош собой, как лицом, так и телом. Острые черты лица, волевой подбородок, глаза, отливающие фиолетовым, угольно-черные длинные волосы, поднятые в высокий хвост и падающие своими концами на большие, крепкие плечи, смуглая от долгого времени на солнце кожа. Поджарое тело, не обделенное красотой подтянутых и окрепших с годами и тренировками мышц. Только увидев такого потенциального красавчика, девушки, а то и молоденькие парни, толпились в очереди и даже дрались за внимание хваленного подвигами рыцаря. Мо Жань был доволен своей жизнью, и не собирался в ней ничего менять. До одного случая… Очередной подвиг оказался удачным, но довольно утомительным. В небольшом городке, напротив места, где храбрый рыцарь остановился на пару дней, была небольшая таверна, в которой можно подкрепиться и выпить чего-нибудь покрепче, простой воды. Заведение такого типа, обычно, кишело сплетнями, что ходят среди пьяных и не очень людей. Найдя столик — присесть, Мо Вэйюй заказал один сосуд с вином и стал прислушиваться к тому, о чем говорят за соседним столом. Мужчины — уже хмельные от алкоголя — вели праздную беседу. Налив себе выдержанного вина, и преподнося чарку ко рту, Мо стал слушать. — Говорю же вам, я своими собственными глазами видел эту тварь! Громадина, пролетела прямо над моей головой. Амитабха, я чуть богам свою душу не отдал! — мужчина, что говорил, был небольшого роста, с округлым животом и уже на половину полысевшей головой. — Да что ты мелешь, старый дурак, завязывай лучше с выпивкой, вот и перестанет мерещиться всякое, — за столом образовался согласный вопль. — Ничего я не придумываю. Огромная белая ящерица, пролетела прямо над лесом поблизости от нашего города. Клянусь своей шевелюрой! — Какой? Вот этой… — мужчина чуть левее, провел пальцем прямо по блестящей от кожного жира лысине. Все мужчины тут же залились безудержным смехом. Вот же пьянь. Ничего толком не добыв с этого разговора, Мо Жань встал и поспешил удалиться, оставив пару серебряных монет за быстрое обслуживание и хорошее вино. Выйдя из таверны, Вэйюй увидел неподалеку большое скопление народа, казалось, весь город собрался, чтобы обсудить что — то важное. Рыцарю стало интересно, поэтому, не раздумывая, он подошел ближе. — Боже, спаси нас всех! — Какая напасть, значит, нас скоро съедят? Я не хочу! У меня дети и жена, что же делать! — Нам пришел конец! От всех сторон разгорались крики паники и истерики. Люди были взволнованы и напуганы. От всего этого шума, Жань начал раздражаться. — Тихо! Послушайте все, что происходит? От чего такое волнение? Многие люди, услышав крик, обернулись и с непониманием уставились на парня. Некоторые из простых крестьян узнали в стоящем напротив человеке, отважного рыцаря Мо. — Ах! Мы спасены, спасены! Смотрите же, люди, это тот самый рыцарь Мо, что недавно одолел самого морского дьявола! От такого признания, что выкрикнул из толпы смышленый мальчик, мужчина приподнял голову. Он просиял, как начищенная до блеска монета, от распирающей гордости. Ведь, он действительно несколько дней назад спас небольшую портовую деревеньку от огромного морского угря, который мешал торговым судам проплывать. — Да, это я. Так, что случилось? Одна женщина в опрятных одеждах, вышла из толпы. Весь ее вид говорил, что она была знатного происхождения. Подойдя ближе, она стала говорить за всех, кто собрался: — Храбрый рыцарь — настолько сильный, что убил морское чудище — не откажешь ли нам в помощи побороть белого дракона, что совсем недавно пролетел вблизи от нашего городка? Боюсь, что в следующий раз, это чудовище и мокрого места не оставит, ни от города, ни от людей, что здесь живут. От всего народа, молю вас, сэр Мо. Конечно, геройствовать — так за большое вознаграждение. Мо Жань задумался. За драконами еще он не охотился. Да и деньги, лишними никогда не будут. Все-таки тот пьяница в таверне не совсем еще спился. — Хорошо, я отыщу крылатое чудище! Только скажите, куда оно направилось?

***

Много времени пришлось потратить на поиски. Мо Жань уже даже сбился со счету, сколько дней он идет с остановками на сон и еду, в погонях за крылатым. Холодными ночами, лежа под открытым ночным небом, он задумывался. Нужно ли мне это все? Но все думы в конечном итоге, приводили его к большому вознаграждению. Он представлял, как после поимки дракона, закатит пир, пригласит кучу юных дев и неписанных красавцев, и будет пить вино от заката до рассвета. Это заставляло его еще больше хотеть отыскать огромную тварь. Спустя бесчисленные дни и ночи, Мо Жань забрел в странного вида местность. С каждым новым шагом, рыцарь ступал на забытые земли. Это был небольшой лес, что, видимо, вырос за последние несколько столетий. Лес укрывал развалины, напоминающие дома и покрывал их заросшей травой. Старые деревья в некоторых местах почти иссохшие, доживали свои последние годы. Они скрипели под натиском ветра, будто разговаривая или даже предупреждая о чем — то. На землю опустилась густая дымка тумана, придавая этому месту еще большей мрачности и таинственности. Здесь чувствовались ничем не заполняемая глубокая пустота и одиночество. Чуть в дали этих заброшенных домов, виднелось единственное, что слишком хорошо сохранилось за долгие годы забытья. Мрачная, высокая, каменная башня. Обойдя дома или то, что от них осталось, Мо Вейюй снял шлем и осмотрел территорию внимательнее. Равнина, на которой стояла сама башня, была окружена небольшим количеством деревьев и полностью освещена холодным светом круглой луны. Невысокую зелень, словно ковер покрывающую землю, метал из стороны в сторону ветер, обдавая прохладой и само тело рыцаря. На коже проступили мурашки. Его не покидала мысль, что башня слишком хорошо сохранила свой облик, несмотря на прошедшие столетия. Словно только вчера закончили ее строительство. Круговые каменные ступени простирались ввысь до самого окна. Среди зелени, росли разного вида красивые цветы, образовывая целую поляну. Они отдавали разными оттенками и переливались в лунном освещении. Неужели, кто — то здесь живет и ухаживает за ними? Вокруг образовалась такая тишина, что хруст старой засохшей ветки, на которую случайно наступил Вэйюй, раздался по всей округе. — Кто здесь? — внезапно, раздался нежный, но обеспокоенный голос. Мо Жань одеревенел, не ожидая вопроса. В дымке тумана он увидел приближающийся огонек старой лампы, чей свет исходит от фитиля внутри нее. Приближающаяся фигура была мужской, но не крупной. Наконец, рыцарь смог четко увидеть того, кто задал столь неожиданный вопрос. Это был юноша, на вид, может чуть младше самого Мо. Большие глаза, открыто смотрящие на весь мир, прямой носик, нежные губы цвета алой розы, кожа точно цветущий персик, розовая и гладкая, а волосы цвета каштана, были распущены и покоились на плечах юноши. Одежда из дорогих тканей — хоть и выглядела поношенной, но очень элегантной и изысканной-обволакивала паренька и подчеркивала его тонкую талию. Этот молодой человек был прекрасен. Держа в тонких руках лампу, парень, увидев нарушителя, удивительно тепло улыбнулся — будто не незнакомцу, а давнему товарищу. — Приветствую странствующего друга. Я прогуливался по лесу и не ожидал наткнуться на кого-то… Вэйюй же, застыл от столь прекрасного великолепия. Он просто не мог сказать и слова. Его поразила красота человека, стоявшего перед ним. Казалось, ангел спустился по его душу. И он уже, хотел сорвать этот нежный цветочек! Поборов себя, Мо Жань произнес: — Здравствуй, я Мо Вэйюй и очень рад видеть столь прелестное создание. Уверен, что ты наслышан обо мне. Юноша, казалось, смутился от комплимента, но после, все же тепло улыбнулся: — К сожалению, я давно не покидал этих мест, и не слышал о тебе ничего, извини. Но я очень рад с тобой познакомиться. Позволь мне представиться, имя мне Ши Минцзин, можно просто Ши Мэй. — В таком случае, зови меня просто, братец Мо, — включив всю свою обольстительную натуру, рыцарь пытался произвести впечатления на Ши Мэя. — Хорошо, братец Мо. Не поведаешь, если не секрет, что привело тебя сюда? Ши Мэй, как и представил себе Вэйюй, был ангелом во плоти. Ничего не утаивая, он провозгласил: — Я здесь, чтобы одолеть огромного, белого дракона, что решил покуситься на город далеко отсюда. Ты случайно не видел, пролетал он здесь или нет? С лица Ши Минцзиня пропала улыбка, а лицо побледнело. — Так ты здесь, чтобы убить его? Прошу, братец Мо, не делай этого! Он не сделал ничего плохого. Неожиданно… услышав слова Ши Мэя, рыцарь поднял одну бровь. — Его? Тут откуда не возьмись, в небе раздался громкий рев, сообщающий о прибытии нечто громадного и ужасного. Гигантский, белоснежный дракон парил в небе, словно огромная птица. Его белоснежные крылья были неописуемой длины и при взмахе, пронзали небеса. Твою ж мать! Тут белоснежный ящер начал спускаться и вскоре, опустился на землю. Его расправленные крылья рассеяли весь туман, что окутывал лес. Большое тело возвышалось над всей лесной равниной, белоснежная чешуя отливала перламутром при лунном свете. Острые зубы — слава небесам — были скрыты в пасти громадины, а острые когти — те самые острые когти, что убивали без любой осторожности — вскопали немного земли. Несмотря на ужасающие габариты и устрашающий вид, отважный рыцарь Мо Вэйюй должен признать, что дракон был неописуемо красив. Ящер выпустил из больших ноздрей пар, словно вздыхая от усталости. Мужчина уже был готов к нападению, доставая меч, чтобы защитить прекрасного…. — Советник, вы вернулись. ….как вдруг, Ши Мэй с восторгом произносит именно это! Что здесь происходит? Они знакомы? О каком советнике идет речь? Об вот этой вот ящерице?! Увольте! Вдруг, дракона покрыла густая пелена дыма. И уже спустя несколько секунд, перед двумя людьми возник человек невообразимой красоты. Мужчина. Словно небожитель, он зашагал прямо в их сторону. Как и Ши Мэй, он не был крупного телосложения, тело, сухое и тонкое, вот — вот сдует ветром — было полностью окутано белоснежными одеждами, скрывая лебединую шею и тонкие запястья. Длинные волосы цвета вороньего крыла и собранные в хвост, развивались на ветру. Прямая спина, превосходная осанка. Острые черты лица, брови вразлет, тонкие, но красивые губы образовали недовольную прямую, а холодные глаза феникса с презрением были направлены на Мо Жаня. Этот незнакомец был словно божество, которое удостоило своим вниманием ничтожного смертного. Да что скрывать, этот достопочтенный господин затмил даже самого ангелочка Ши Мэя! — Ваше высочество, почему ты снова разговариваешь с незнакомцами? Отойди от него подальше! — эти слова были произнесены с таким холодом, что на секунду Вэйюю захотелось вздрогнуть. Рыцарь взял себя в руки и с оскалом на устах возмутился: — Почему же это я незнакомец, может для тебя да, но для Ши Мэя — уже нет. Да и с тобой быть незнакомцами тоже не хочется, ящерка. — Добивая свои слова подмигиванием. — Ты!… Но тут, до него дошло: — Ваше высочество? Так, получается Ши Мэй… — Не смей фамильярничать! Несмотря на падение родной страны, его высочество наследный принц стоит перед тобой, целый и невредимый. Как смеешь ты употреблять столь непочтительное обращение?! — слова этого дракона — человека отдавали холодной яростью. Королевство?! Тут Мо Жаня осенило. Неужели, та самая сказка совсем не выдумка! И это и есть — тот самый принц, что томиться в башне и дракон, что его охраняет?! Посмотрев на Ши Мэя, Вэйюй спросил. — Так ты — принц? Тот виновато склонил голову. — Извини, что не сказал сразу, — и обращаясь уже к советнику, стоящему напротив: — Советник Чу, прошу не злитесь, я помню о вашем наставлении, но вас слишком долго не было, мне захотелось пообщаться с кем-нибудь, уверяю вас, братец Мо неплохой человек, прошу, дайте ему шанс. После этих слов, на душе Вэйюя потеплело, ему понравилась искренность Ши Минзцина, которую он вложил в свои слова. Видимо, действительно прошло много времени с тех пор, как Ши Мэй с кем — то нормально общался. Неужели эта ледышка даже с принцем не разговаривает?! Хоть мужчина и выглядел как небесный чиновник, но на язык оказался остер. Все светлые представление об этом человеке, разбились в дребезги. Советник, скрыл свой взгляд под длинными ресницами и негромко объявил:  — Делай, что хочешь. И покинул их, оставив после себя неловкое молчание. Не выдержав, рыцарь Мо недовольно воскликнул: — Да что с ним такое? Ши Мэй невольно улыбнулся такому детскому негодованию:  — Прости за это, братец Мо. От столь грустного тона этой феи, рыцарь вмиг растаял и заговорил: — Не бери в голову, все хорошо. Просто я не ожидал встретить самого наследного принца. Примите мои извинения, — и выполнив небольшой реверанс, улыбнулся. Ши Мэй смутился окончательно. — Аха, прекрати немедленно! Все это уже в прошлом. От моего королевства остались лишь руины. Какой теперь из меня принц. — Самый настоящий. Может…расскажешь, что с тобой произошло? Почему королевства нет, а ты…здесь? И почему эта ледышка — огромный дракон? Принц натянуто улыбнулся, но отмалчиваться не стал.

***

Оказывается, после смерти королевы, правящий Монарх сошел с ума от тоски. Он пытался править королевством, как и раньше, но это не помогало отгородиться от мыслей о любимой. Однако все переменилось, когда король объявил о новой женитьбе. Женщина, чье происхождение было даже не известно, ворвалась в их жизнь, как снег на голову. Она как будто околдовала короля, и тот позабыл все невзгоды, что тяготили его. Ши Мэй понимал, что здесь было что-то не так. Он не хотел, чтобы отец связывал свою судьбу со столь подозрительной особой. Поэтому хотелось все выяснить. Как и предполагалось, эта женщина и правда вертела королем как хотела. Именно она настроила правителя против собственного сына, заявив, что наследный принц желает свергнуть отца и занять престол раньше времени. Сумасшедший старик заточил своего родного и единственного наследника в башне, а после отдал в руки новой возлюбленной управление всем королевством. Это была катастрофа. Советник Чу Ваньнин пытался исправить ситуацию, которая вышла из-под контроля. Но все оказалось тщетно. Ведьма обладала невероятной силой. Она превратила его в дракона и заставила охранять башню, где томился принц. Заклятье было с подковыркой, принц мог выйти из башни. Но не мог выйти за пределы определенного барьера, состоящий из ведьмовских чар и только дракон мог покинуть это место ненадолго, возвращаясь назад. Внутри этого барьера, время будто бы остановилось, как для принца, так и для советника.

***

Мо Жань потерял дар речи. Это точно не та легенда, которая уже сотни, а то и тысячи раз, была рассказана среди людей! — Получается, вы оба здесь пленники? Даже ледышка? С небольшой грустью, уже принц, Ши Мэй, ответил: — Чу Ваньнин когда-то был королевским советником при дворе. Отец в нем души не чаял, так ему доверял, но после того, как он сошел с ума, перестал подпускать господина Чу близко, не прислушивался к его мнению и стал слушать только свою жену — ведьму. Она превратила его в дракона, а папа этого даже не заметил. Так его зовут Чу Ваньнин. Ваньнин… очень красиво звучит. Ши Мэй продолжил: — С тех пор утекло много воды. Из-за потерянного контроля королевство пало. Много людей погибло. Некоторые из них покинули земли раньше падения. Но к чему все привело, ты можешь наблюдать и сам. С Мо Вэйюйя сползла улыбка. — Хочешь сказать, что именно ледышка — основа проклятия? — Именно так и есть, как я уже и говорил, принц не может выйти сам из барьера, но и помочь нельзя, пока не рассеются чары над драконом, что охраняет принца. Мо Жань мысленно прыгнул со скалы. Ну почему нельзя все сделать попроще?! — Гм, ясно, я так понимаю, никто из вас двоих и понятия не имеет, как развеять эти чары. -…. Ну…. нет, многие рыцари до тебя, братец Мо, пытались разными способами разрушить чары советника, однако из-за непростого характера господина Чу, они даже близко боялись подойти. Нахмурившись, рыцарь взял руку Ши Мэя в свою, и со всей уверенностью произнес: — Не переживай. Я сделаю все, чтобы разрушить чары. Я вытащу тебя отсюда любой ценой….ну, и ледышку тоже. Освободив свою руку, принц с теплотой и благодарностью сказал:  — Спасибо, братец Мо. До завтра. Похлопав рыцаря по плечу и пожелав ему в нелегком деле удачи, Ши Минзцин, вновь подняв руку с фонарем, решил отправиться в башню на покой. Мо Вэйюй хотел поболтать с прекрасным принцем еще чуть-чуть, но осознав, с кем ему нужно сейчас вести переговоры, он почувствовал, как его захлестнуло уныние. Ну почему вместо того, чтобы проводить свое время с милым и обворожительным Ши Мэем, ему необходимо общаться и уговаривать эту неприступную ящерицу?! Мда, не самая простая ситуация, с которой Мо Жань сталкивался, но это и не невыполнимо! Уж он то хорошо ладит с людьми, даже с такими сосульками, как Чу Ваньнин.

***

Плутая по лесу, доблестный рыцарь Мо Вэйюй искал советника Чу. Но нашел он не его, как хотелось бы, а небольшое озеро, отдающее голубизной и создающее необычную атмосферу в глубине леса. Озеро было кристально чистое, несмотря на растительность, в нем можно было увидеть свое собственное отражение. Так что мужчина не сомневаясь, зачерпнул в руки немного воды. Он немного испил, как вдруг, резко раздался сухой голос: - Её нельзя пить. Она медленно отравляет весь организм. Стоило прозвучать данному факту, как Вэйюй тут же выплюнул все до последней капли. Оглянувшись, он увидел стоящего позади бессмертного, в прямом смысле этого слова, советника. Несмотря на то, что он спас рыцарю жизнь, его лицо оставалось безмятежным, а взгляд отдавал острым холодом. Мо Жань повернулся к нему всем телом и заулыбался. — Большое спасибо, я вам жизнью обязан, — мужчина выбрал тактику вежливости, улыбчивости и дружелюбности, надеясь, что это хоть как — то поможет смягчить эту льдинку в глазах напротив. — Не стоит, просто у меня нет никакого желания лицезреть твое бездыханное тело под своими ногами на моей территории. А теперь уходи, не трать свое и мое время попросту. Холод не растаял. Попытка номер два. Все еще улыбаясь своей яркой улыбкой, рыцарь произнес: — Да какое время? Да как попусту? Его у вас точно навалом. А свое время я готов потратить на такого человека, как вы. Чу Ваньнин снова опустил взгляд, бурно отреагировав на столь постыдные слова. — Прекрати говорить глупости, бесстыдник. Уходи по-хорошему, — проговорил бессмертный и, обернувшись, попытался скрыться среди почти иссохшей лесной листвы деревьев. Но Мо Жань умел быть упертым, когда это надо. Он не собирался сдаваться. — Постой же…

***

Холодный, жестокий, отчужденный от всего мира дракон — не желающий ни с кем разговаривать — уходит прочь. Так можно было подумать. Однако на самом деле, он просто позорно убегает как последний трус. Чу Ваньнина еще долгие столетия назад недолюбливали. Все остерегались его, словно он действительно состоит из одного куска льда и может заморозить одним прикосновением. Лишь один король считался с его мнением, не опасаясь прислушиваться. Его величество был добр, несмотря на статус Монарха, и проявлял свое почтение к мудрому советнику. Но все изменилось. Чу был заколдован, а его высочество наследный принц стал сокровищем, охраняемым «опасным и жестоким» драконом. И теперь, спустя бесконечное отпугивание надоедливых рыцарей, которые только и пытались, что сразится с ним разными способами, ему не по силам прогнать этого самоуверенного, но очень обворожительного и, что уж греха таить, безумно красивого молодого мужчину. Признаться честно, этой ящерице достопочтенного возраста, было крайне стыдно за постоянные упреки по отношению к наследному принцу. Сам он, не любитель поддерживать праздные беседы, поэтому, бывшему наследнику трона только и остается, что ожидать нового человека для общения, а Ваньнин лишает Ши Мэя и этой, столь редкой возможности. Но его можно понять, ведь все так называемые «рыцари», только и делали, что прибегали к грубости по отношению к советнику, игнорируя слова Ши Минзцина и доставая холодное оружие из — за пазухи. Боясь легендарной силы дракона, поджимали трусливые хвосты, и пускались прочь с позором. Тот самый «ужасающий» дракон даже пальцем их не тронул, сам он был человеком, который и мухи не обидит. Но этого симпатичного юношу не хотелось прогонять - напротив, за все долгие годы своего существования, Чу Ваньнину впервые так сильно захотелось не защищать кого-то, а самому быть защищенным. Ощутить эти сильные, крепкие руки на своей талии и почувствовать тепло чужого поджарого тела. Однако этот господин понимал, что не его пришли спасать, а от него. Этот факт заставляет вести себя холодно и отстраненно. Но, несмотря на все его усилия, мальчишка даже не думал отставать, задавая кучу вопросов. Пришлось отвечать, думая, что он, таким образом, отстанет, и оставит старую и уродливую ящерицу в одиночестве. — То есть ты летаешь везде, где хочешь? Даже в города? — Я забочусь о комфорте его высочества, и предоставляю все необходимое, ведь это единственное, что я могу сделать. Принцу необходима была свежая провизия, да и информация о том, что происходит за пределами барьера, лишней не будет. Сначала, Мо Жань задавал вопросы исключительно связанные с принцем Ши Мэем. Чем увлекается? Как проводит свой день? Какие блюда предпочитает? Но с каждым полученным ответом, Вэйюй отдалялся все дальше. Крайней точкой стал слишком интимный вопрос. — Каково это, быть драконом? Чу Ваньнин — до недавнего времени, прогуливаясь неторопливым шагом — замер. — Довольно! Уже поздно. Думаю, людям все еще нужно восстанавливать силы, так что иди спать. — Но… — Уходи. Улыбка, преследующая до этого момента Мо Вэйюя, сползла с лица. Неожиданно для себя, он осознал, что это было довольно неприятно слышать. Однако стоило дракону озвучить следующие слова, как сердце будто расцвело. — Доброй ночи, — это было последнее, что произнес советник Чу за этот день. Затем, он скрылся в глубинах леса, оставляя Мо с непонятным чувством на сердце. Устроившись поудобней на своих верхних одеждах, Мо Жань с удивительной легкостью стал больше размышлять о столь таинственной фигуре Чу Ваньнина. Оказывается, эта ящерка не такая уж и ледышка, какой хочет казаться. Особенно, когда советник хочет уйти от ответа на вопрос о себе. Особенно, когда пытался скрыть свои покрасневшие ушки. Почему-то в тот момент, так и хотелось дотронуться до них, ощутить пылающий жар своими пальцами. Или даже, попробовать на вкус…

***

Так прошла неделя. Мо только и делал, что с утра ходил искать советника Чу, общаясь с ним до позднего вечера. Уходил рыцарь только тогда, когда дракон его прогонял, но он делал это с каждым разом все позже и позже. Иногда, Ваньнин вновь улетал в города, принося разную провизию. Ши Мэй однако, не особо часто принимал участие в общении. Несмотря на множественные предложения братца, он огораживал себя заботой за лесом и его цветущей клумбой. За второй получалось ухаживать лучше. Но рыцарь не особо грустил. С каждым днем его все больше посещали мысли о божестве, от которого все труднее было оторвать взгляд. Утром все тело ныло. Но, несмотря на это, спалось Жаню просто замечательно. И он ни за что не признается, что ему всю ночь снились всякие дракончики. Нет уж! Добыв немного уже знакомых ягод, которые были пригодны для употребления, рыцарь заглотил горсть, сразу ощутив кисловатый сок на языке. Чуть походя по окрестностям, и не найдя дракона, Вэйюй вернулся к башне. Там ему встретился Ши Мэй, сидящий в большой клумбе цветов. — Ши Мэй, доброе утро! Принц поприветствовал его своей фирменной, теплой улыбкой: — Доброе, братец Мо. Смотрю, с каждым днем тебе все лучше спится? — Ахах, есть немного. Ну, а где ледышка, что-то не могу его найти. — Советник Чу снова улетел с утра пораньше. Уверен, он вот-вот появится! С каждым их разговором, Мо Жань понимал, что принц не имеет особого желания сближаться, да и ему тоже как -то перехотелось флиртовать с королевской особой. Видимо с ним было что-то не так, раз уж вместо прекрасного принца, его предпочтения сменили курс на неприступного, но такого доброго и невинного маленького советника. Чуть погодя, вернулся и Чу, снова приземлившись своей драконью ипостасью на землю, меняя облик. На этот раз он принес небольшое количество продуктов, часть которых отдал Ши Мэю. А остальное рыцарю. Тот из всего добытого сварганил замечательный завтрак. Живя у старика на ферме, Вэйюй научился готовить сам и питал к этому делу страсть. Поэтому, как только он узнал, что Чу Ваньнин целыми днями мог питаться чем попало, отдавая всю провизию лишь его высочеству, пришел в ужас и немедленно решил покорить сердце чешуйчатого готовкой. Самому ящеру не хотелось признавать, что за прошедшую неделю он слишком привык к вкусной стряпне Мо и даже не имел представление, что будет делать, если рыцарю все-таки удастся снять чары и он уйдет под ручку с его высочеством в закат. Сам советник не питал каких-либо надежд. Кто полюбит такого уродливого старика, как он, и предпочтет чешую с крыльями красивым и ухоженным ручкам Ши Минцзина? Вот и он о том же. Однако, храбрый рыцарь стал его сердцу очень мил, и он не хотел прекращать их общение — даже если парень порой раздражал, он мог моментально затмить своей улыбкой все невзгоды. С каждым новым днем Вэйюя охватывал неописуемый жар в сердце. Этот небожитель был не только красив, но еще и умен, что полностью оправдывало статус советника при королевском дворе. Он узнавал много нового от такого интересного человека, что долгое время провел в драконьей шкуре, и на душе теплело лишь от этого. Парень понимал, что ему не нужен никакой принц, когда есть такой, пусть и холодный на первый взгляд, но на самом деле нежный и милый дракончик. День уже подходил к своему концу. Они провели в беседах почти все время, и советнику впервые так сильно понравилось с кем-то общаться — ему не было это в тягость. Скорее всего, причиной был человек, что все шел рядом. Мо, окончательно убедился, что во чтобы то ни стало, найдет способ разрушить проклятье, теперь не из-за вознаграждение, а для спасение этих потрепанных долгой жизнью людей, особенно, его Ваньина. Он все пытался подвести разговор к этому, но никак не мог собрать всю свою отвагу в кулак. Он боялся, что Чу отвергнет его, даже не пожелает слушать. Но все-таки… Наконец решившись, Жань привлек внимание: — Ваньнин, знаешь, с самого раннего детства я не знал, чего хотел, просто выживал, пытаясь прожить еще хотя бы день. Честно, до этого самого момента, не представлял, чего мне желать, но теперь я понимаю тех маленьких детей, что так мечтали спасти принца, а затем жить долго и счастливо. Мужчина сделал паузу, Чу, стоящий неприлично рядом, мгновенно застыл, он так и знал, что все идет к этому, но все равно проявил слабость перед этим юнцом! Он не должен был рассчитывать на что — то хорошее для себя. Теперь все подошло к концу. Но после следующих слов его глаза стали чистым стеклом от непролитых слез. Жань нежно взял его за руку, продолжив: — Принц первый привлек мое внимание, это правда. Однако, человек, с которым я желаю быть рядом вовсе не он, а сказочный дракон, что лишь одним теплом своего сердца смог пробудить мое. Хочу спросить тебя, Ваньнин, если я найду способ разрушить чары, останешься ли ты со мною? Я сделаю так, чтобы ты никогда не пожалел о своем решении, выбрав меня. Рыцарь смущенно взглянул на советника и чуть сильнее сжал холодную ладошку в своих больших и теплых пальцах. У старого дракона дыханье сперло. Неужели, все это — правда? Ему не мерещится от бесконечного одиночества признание в симпатии? Сейчас перед ним стоит юноша, который сильно нервничал. Чу Ваньнин чувствовал, как у рыцаря напротив потеют руки — значит, не только он думал о них? Мо Жань и правда что-то чувствовал к этому несчастному ящеру?! Но ведь, это было взаимно, и поэтому следующие слова были правильными, хотя с трудом выходили из уст: — Я хочу провести с тобой свои оставшиеся годы, только если ты не пожалеешь, взяв к себе такого черствого уродца, как этот старик. Услышав неожиданное согласие, воодушевленный Мо Вэйюй, подошел к Ваньниню еще ближе, соприкасаясь с ним носами. Шепотом, он ответил:  — Ты — самое красивое существо, что мне когда-либо доводилось видеть, не только прекрасное, но еще и умное, доброе — такое нежное. И после сказанных слов рыцарь приблизился еще ближе и подарил этому божеству первый, сладкий поцелуй, вкладывая всю нежность, на которую был только способен. Чу не умел целоваться. Но, видя рвение Мо Жаня, он отдался этому необычному чувству полностью, как бы говоря: я здесь, никуда не уйду и приму все, что ты мне дашь. Они чуть прикусывали губы друг друга, зализывая ранки и проникая в рот языком. Каждый боролся за лидерство в поцелуе, но вскоре драконья крепость не устояла, и Чу Ваньнин полностью отдал инициативу в руки рыцаря, наслаждаясь настойчивым мужчиной. Отстранились они, когда у обоих совсем не осталось кислорода в легких. С раскрасневшимися щеками и ушами, Мо Вэйюй припал лбом ко лбу советника и улыбнулся, стирая с уголка чужих губ капельку слюны. От этих действий Чу стал краснее любого помидора. Вдруг земля под ногами задрожала, небо потемнело и покрылось необычно — прозрачной пленкой. Затем эта самая пленка вмиг рассеялась, оставляя после себя небесно-голубой оттенок, с расплывающимися воздушными облаками и теплыми лучами солнца. Поцелуй любви: вот, что смогло рассеять заклятье! Старая ведьма думала, что никто с такими чувствами, как любовь, к Чу Ваньнину не приблизится. Но ведь всегда бывают исключения. Посмотрев друг на друга и счастливо улыбнувшись, пара из бывшего дракона и храброго рыцаря направились к высокой башне, держась крепко за руки. Ши Мэй, — все смотревший в небо — завидев подходящих, поднялся и побежал в их сторону на встречу. — Вы это видели?! Что происходит? Вэйюй не стал долго молчать и прояснил ситуацию: — Ваше высочество, успокойся. Лучше радуйся: я разрушил чары, теперь вы свободны! Ты свободен! Принц обомлел от услышанного заявления, пришедшей новоиспеченной парочки. — Как…. как ты разрушил заклятье? После прозвучавшего вопроса, советник, что стоял рядом с рыцарем, неожиданно закашлялся, и его щеки покрылись тонким слоем румянца. — Это…неважно, главное, что теперь мы можем покинуть это место. Наконец придя в себя, Ши Минцзин вновь посмотрел в небо и, отпуская себя, облегченно улыбнулся, подставляя свое лицо солнечным лучам.

***

Спустя некоторое время, троица вернулась в город и под громкими поздравлениями всего народа, отправилась праздновать. Праздничное застолье продолжалось на протяжении всего вечера. Уже после Ши Мэй оповестил друзей, что хочет отправиться в длительное путешествие, как и хотел столетия назад. Он, наконец, мог делать то, что пожелает, оставив заботу о советнике на плечи Мо Жаня. Взяв все необходимое и чуть раньше покинув пир, он отправился, куда глаза глядят. На этом чудном моменте их пути разошлись. Чу Ваньнин же остался с доблестным рыцарем, что смог не побороть дракона, но покорить его сердце — точно. Сам Мо не стал брать вознаграждение, предложенное ему от всего города. Он понял, что награда, которую действительно заслужил, стоит сейчас рядом с ним и наблюдает последние закатные лучи солнца прошедшего дня. Он улыбнулся так искренне, как никогда. Радость кипела в его теле, не оставляя и капли тревоги. У них еще все впереди, и он не собирается отпускать своего Ваньнина: теперь пришла его очередь защищать этого достопочтенного советника в белоснежных одеждах. Так не простая сказка оказалась не тем, чем хотела казаться на первый взгляд.