Не по пути

Всё, что слышал Скайварп поверх собственных невесёлых мыслей, было тихим шелестом вентсистем и мерным гудением ушедших в спящий режим навороченных систем совершенной боевой машины рядом с ним. Если кратко, то ТиСи перезаряжался рядом. Такой убаюкивающе тёплый, такой успокаивающе знакомый. Одно его присутствие практически сводило на нет ненужную деятельность его расшалившегося процессора. Он был здесь. Он был здесь. Эта мысль как бы намекала, что тут должен быть кто-то ещё. Кто-то третий. Но без сомнения первый среди них троих. Главный. Ведущий. Почему именно в эту ночь из тысяч и сотен тысяч других таких же его разум решил задаться этим вопросом, он не знал. Они перезаряжались вдвоём гораздо чаще, чем полным составом. Не то чтобы он жаловался, Старскрим вечно занимал своими крыльями всю платформу, оставляя их ютиться по краям, если они не успевали занять место раньше него. Эгоистичный глюк. Впрочем, несмотря на преимущества парной перезарядки, было что-то завораживающее в том, чтобы отключаться и приходить в онлайн прижавшись к красному грудному отсеку, украшенному золотистым стеклом. Он с одной стороны, Тандер с другой. Прямо как в академии. По ощущениям последний раз был именно тогда. Сложно было оторваться от тёплой обшивки рядом, но фиолетовый сикер всё же сделал это и сел, сгорбившись на краю металлической плиты. Ему не впервой было среди ночи идти блуждать в поисках своего прославленного ведущего, хватать его за крыло (ладно, ладно, не в прямом смысле) и тащить перегретый, перегруженный корпус на платформу или близлежащую горизонтальную поверхность, подходящую для перезарядки. Об этом знали немногие, но этот трудоголик очень любил проводить дефрагментацию онлайн. Сидит себе на совещании у Мегатрона, плюётся колкостями, а в перерывах удаляет мусор из процессора, пропуская половину слов их лидера мимо аудиосенсоров, а половина фракции потом думает, что он намеренно игнорирует приказы сверху. Всё же доля правды в этом была, как и в прочих слухах и домыслах касательно опального заместителя самой великой армии в галактике. Непонятно только было, зачем так издеваться над собой, если весь сложный процесс фильтрации и сортировки накопившихся файлов выполнялся непроизвольно во время перезарядки, да и надо было на это джоора два, не больше. Даже Саундвейв перезаряжается регулярно, думал Скайварп, вставая с платформы и оглядываясь на спящего сотриадника. Знать он этого, конечно, не мог, но почему-то был в этом уверен. Не может у меха с депривацией плановых отключений быть такой ясный процессор. Да к тому же он телепат, думал Варп, заметив на платформе движение — его копошение раздражило сверхчувствительные сенсоры второго истребителя, — шлака с два ему захочется читать чужие мысли круглые циклы. — Варп? Всё таки-разбудил. Впрочем, неудивительно, ведь их связывало нечто более тесное, чем воинское товарищество, многоворновая дружба и общая процессорная боль в виде ходячей проблемы с набором белых крыльев и противных ухмылок. Связь между ними всегда была открыта. — Я сейчас вернусь, ТиСи. Не вставай.

***

Переборки мерно гудели от скрывающихся в них разнообразных коммуникаций, вдалеке слышались скрипы и стоны опорных балок и перекрытий базы от давления тысяч тонн воды над ними. Трудно было понять, какое время суток сейчас было в этом полушарии, ведь здесь, на дне океана всегда царила вечная ночь. Впрочем, обитателям базы не было дела до того утро сейчас, или вечер, у них были свои смены, закрепившие их расписание отключений ещё со времён, когда десептиконский флагман разрезал космические просторы, порабощал миры и оставлял своих обитателей победителями в любой битве. С тех пор, казалось, прошла целая вечность. На нижних уровнях освещение работало хуже, было влажно, душно, отовсюду слышалось капание, создающее впечатление, что вот сейчас прочную дюрастиловую переборку прорвёт, ледяная вода затопит его на самые аудио и зальётся в воздухозаборники. Процессор и правда сегодня шалил. Старскрим прятался где-то здесь. Так уж вышло, что его маленькая неприкосновенная вотчина, его лаборатория, располагалась в кормовой части Немезиса, которая при падении корабля в воду оказалась в самом низу. Впрочем, Скайварп никогда не слышал, чтобы тот жаловался. Столь неудачное расположение быстро отвадило отсюда всех его любопытных, надоедливых соратников, и даже больше — его непосредственное начальство. Шагая по тёмному, слабо иллюминированному коридору, Скайварп вскользь задумался, когда он вообще в последний раз видел Старскрима. Две недели назад? Три? Месяц? Нет-нет, месяц назад как раз произошёл инцидент, успокоил он себя. Скайварп не мог не найти иронию в произошедшем. Старскрим «попробовал вкус своей собственной пилюли», кажется, так говорили органики, населявшую эту планету. Интересно, насколько опасно по шкале от одного до Мегатрона было спросить его о том, какого это самому быть преданным? Он так и видел кончик нуль-луча, гневно потрясаемый перед самым его фейсплейтом. В так называемой лаборатории было гораздо светлее, яркое окошко света бросилось в оптику ещё издалека, но манило не больше, чем свет в конце тоннеля во время особенно тяжёлого ранения, сопровождаемого сильной энергопотерей и сбоями в центральном процессоре. Но он сам сюда пришёл. Уже пришёл. Отступить сейчас было бы глупо. Тем не менее, нужно быть на чеку, держать боевые и маневровые системы наготове. Один Юникрон знал, в каком состоянии находился процессор его ведущего после всего, что случилось несколько недель назад. Было тихо. Столы вокруг были завалены запчастями, микросхемами, чертежами и прочим на посторонний взгляд бесполезным хламом. Среди него был и искомый субъект. За широкой рабочей станцией, заставленной со всех сторон реактивами, единственным организованным инвентарём в этом помещении, перезаряжался Старскрим. Хотя, это уже было сомнительно, учитывая какой шум поднял новопришедший сикер, спотыкаясь о какой-то мусор на каждом шагу. Белые, опущенные вниз крылья вздрогнули, уловив чужеродные вибрации, и встали торчком, встревоженные, за ними оторвал от сложенных на столе рук лицевые пластины их хозяин. Две тусклые шестиугольные линзы, уставились в другие такие же, но более яркие, фокусируясь и перенастраиваясь, постепенно разгораясь до своего обычного резкого свечения. Этот мех был не из тех, кто любит паузы. Как раз таки наоборот: он обожал заполнять их, не жалея ни своего вокалайзера, ни чужих аудио. — Варп. Что-то случилось? Да, с тобой. Как назло в процессор не лезло ни одной приличествующей этой ситуации мысли. Одно неверное слово и его вышвырнут отсюда, не успеет он и сказать, зачем пришёл. Вот, точно! — Никогда не подозревал, что перезаряжаться за столом удобнее, чем на платформе. Окуляры напротив мгновенно сузились. — Я вовсе не перезаряжаюсь, просто задумался на клик. Я в поря… — Ты определённо не в порядке. Я понимаю, всё, что случилось с тобой и Скайфайром… — и кто ж его за глоссу-то тянул! А говорят, Старскрим свой вокалайзер не контролирует. Буря не заставила себя ждать. — Не произноси имя этого предателя! Второго предупреждения было не нужно, но вопрос остался без ответа, впрочем, Варп уже видел примечательный обходной путь. Он замаячил неожиданно и точнёхонько за острым краем белого крыла напротив. — Это пушка Мегатрона, — его недоумение было совершенно искренним, да и не умел он притворяться в отличие от многих индивидов из командования. Она и правда была там. Хоть и не сказать, что во всей красе. Частично разобранная, в пятнах оружейной смазки и копоти, и всё же закреплённая на верстаке в центре комнаты, словно ценнейший музейный экспонат. Старскрим обернулся, чтобы взглянуть на неё вместе с ним, вновь встретились их взгляды тоже синхронно. — Устанавливаю апгрейды. — Давно пора. Не пойму только, чего ты тянул все эти ворны, — попытался он пошутить. Выражение на тёмной лицевой как будто испортилось, но всё ещё было необычно нейтральным на вкус Скайварпа. И он ещё говорит, что он в порядке? — Без постоянной травмы головы работать гораздо легче. — Это из-за Скайфайра? — ну вот опять. — Что?! — Вы помирились из-за Скайфайра? — а чем ещё объяснить это переворачивающее всё топливо в баках «без постоянной травмы головы» и далее по тексту. — Угх. Слишком много ужасных слов в одном предложении. Заткнись, пожалуйста, иначе меня стошнит. Даже огрызаясь и плюясь ядом, он каким-то образом оставался отстранённым. Всего в нём не хватало. И визгливых ноток и скрипучих полутонов в голосе, и буйного огня в рубиновых окулярах, и резкости и непредсказуемости в жестах, и блеска в давно не полированной обшивке. — Разве ты не должен сейчас лежать отключенным и греть ТиСи бок? — в голубых когтях закрутился стилус, другой манипулятор потянулся к ближайшему датападу. А ты стрелки то не переводи, хотелось крикнуть Скайварпу. — А разве тебе не надо перезаряжаться? Плохо выглядишь, Скример, — он осмелился подойти ближе. — Теперь ты оскорбляешь меня в моей собственной лаборатории. Чего тебе надо, Варп? — Я чувствую, что тебе плохо, — и даже облокотился на край стола. — Не можешь ты ничего чувствовать! Наш канал уз закрыт, — уже кричит, но до сих пор не вскочил со своего места. Нехорошо. — Спасибо, я это прекрасно знаю. И ТиСи тоже, если тебе интересно, — он и сам кричать умел. — Но это не отменяет того, что наши искры связаны, — добавил он тихо. Мог он, в конце концов, хотя бы раз в миллион лет обидеться. Он в отличие от переборки не дюрастиловый, знаете ли. — Варп... Чего ты от меня хочешь? Праймус, да разве он знал ответ на этот вопрос, знал ли вообще хоть кто-то, кто знал Старскрима. Хотя, один всё-таки был, но ничем хорошим это не обернулось. Чего хотел Скайфайр было написано на его благородной белоснежной лицевой большими красными буквами, вот только он не брал в расчёт ничьи чужие чувства, страхи, пережитый опыт. Что было странно для такого меха, как он. Наверное, ему можно было простить, он провёл миллионы лет в сладком неведении обо всех тех ужасах, что произошли на Кибертроне за время его отсутствия, обо всём шлаке, что произошёл со Старскримом и происходил до сих пор, каждый цикл его странного, неправильного функционирования. Скайварп давно бросил попытки раскрыть эту тайну. Тайну Старскрима. Тот всем подряд не по раз за цикл объявлял о том, чего хочет, и, тем не менее, никто не знал, ведь он и сам не знал, а всё говорил и говорил. Разве за тупым плоским желанием власти не скрывалось что-то более приземлённое? Определённо. Но знал ли он об этом и верно хранил эту тайну ото всех, слишком гордый, чтобы признать, или был в неведении и страдал из-за этого, попутно заставляя страдать всех вокруг. Варп не знал, чего хочет Старскрим, не знал, как ему помочь, не знал, что делать с тем, что уже у них было и что они потеряли в бесчисленных ворнах войны. Он не знал, чего хочет от Старскрима. Чёрные воздухозаборники громко стравили воздух. — Иди перезаряжайся... — окуляры напротив остались индифферентными и безжизненными, но несмотря на появившуюся между ними пропасть, Скайварп знал, что эго его ведущего трансформируется и взлетает к небесам, когда его о чем-то просят, даже если это просьба позаботиться о себе самом, так что он добавил, — …пожалуйста.

***

Переборки всё скрипели, старые лампы верхних уровней стреляли искрами, а они шли вместе в сторону казарм ВВС, хоть и каким-то странным обходным путём, но Варпа вполне удовлетворяло то, что Страскрим вообще пошёл с ним. Он не был уверен, что лишнее слово не испортит его с трудом завоёванного результата, поэтому держал вокалайзер на предохранителе, периферическим зрением наблюдая за бело-красным силуэтом, шагающим с ним в ногу. На развилке он резко затормозил. Фиолетовый сикер огляделся и понял, что они находятся недалеко от мостика, вот тут поворот налево, от него ещё поворот, а дальше коридор, ведущий к квартам высшего командования, а если пойти направо, то… Его окуляры зацепились за пристальный взгляд напротив, все мысли, кроме одной, разом вылетели из его процессора, оставив копошиться под обшивкой чувство, то же, что было сейчас в окулярах напротив. Сухое, нейтральное и в то же время невыразимо глубокое и ненавидимое. До смерти привычное. Он видел это выражение множество раз за последние тысячи лет и очень хорошо знал, что оно означает. Им было не по пути.